Арктические походы Джона Франклина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Свою радость по поводу полученных вещей эскимосы выражали очень своеобразно: они кричали и при этом высоко подпрыгивали.

Оказалось, что в двух милях от лагеря находилось большое стойбище эскимосов, и Франклин стал поджидать гостей. Действительно вскоре явилось больше двадцати эскимосов. В двухстах шагах от палаток и в четырехстах от лодок была проведена линия, перешагнуть которую эскимосам, пришедшим для торговли, было строго запрещено.

Шла бойкая торговля. Франклин стал задавать вопросы туземцам относительно состояния льдов на море, и действительно, ему удалось выпытать от них, что при первом, сколько-нибудь сильном береговом ветре лед должен будет уйти в море и останется там до тех пор, «как на небе снова загорятся звезды», то есть до начала осени. Дальше в западном направлении морской лед нередко в течение все лета не теряет своей связи с берегом, а если и образуется проход, то очень узкий, легко исчезающий под действием морских ветров. Свободные от льда протоки, временами возникающие там, плохо проходимы для лодок, потому что они легко и часто забиваются плавучими льдами.

Все, что сказали эскимосы, впоследствии полностью оправдалось, и Франклин тяжело испытал на себе трудности шлюпочного перехода вдоль северных берегов Аляски. Эскимосы удивлялись, почему путешественники не захватили с собой саней и собачьих упряжек на случай невозможности итти водой. Отсутствие того и другого в экспедиции Франклина можно действительно считать оплошностью, но не следует забывать, что те трудные ледовые условия, с которыми ему пришлось столкнуться, были для него полной неожиданностью. Ведь с подобного рода трудностями никто из путешественников никогда еще не встречался.

Свою информацию эскимосы закончили предостережением, что следует прекратить итти на запад, когда на небе покажутся звезды, потому что в это время года начнут дуть сильные ветры, нагоняющие лед.

Только через несколько дней переменился ветер и не много разогнал лед. Попрощавшись с эскимосами, оказавшимися весьма добродушными, путешественники погрузились в лодки и возобновили свой поход на запад. Однако уйти далеко им не удалось и на этот раз. Сплошные льды преградили путь, и опять пришлось вытащить лодки на сушу.

Снова началось вынужденное безделье, самое утомительное времяпрепровождение для путешественников. По счастью, длилось оно недолго. 13 июля сильный южный ветер открыл довольно широкий проход между берегом и льдами. «Мы тотчас же спустили лодки на воду, — рассказывает Франклин, — и, отойдя на небольшое расстояние от берега, поставили парус. При этом мы взяли курс на крайний мыс, чтобы не следовать всем извилинам береговой линии. Пересекши широкую, но неглубокую бухту, мы подходили к следующей, как вдруг увидели, что впереди находится ледяная перемычка, подступающая вплотную к берегу. В то же время на море лег густой туман, с берега подул ветер, и полил сильный дождь. Мы все еще надеялись, что нам удастся обогнуть этот мыс и подошли близко к берегу, но лед оказался здесь настолько тесно сплоченным, что мы не только не продвинулись вперед, но даже не могли выбраться на берег. Не оставалось ничего другого, как повернуть лодки снова на восток и плыть вдоль кромки льда. Внезапно ветер переменился на юго-восточный, и началось сильное волнение. Качающиеся на волнах льдины достигали такого размера, что легко могли бы причинить вред настоящему кораблю.

«Земля скрывалась в тумане и только изредка показывалась в случайных просветах. Работы было по горло, нужно было проталкиваться и лавировать между плавучими ледяными массами. Лишь спустя 5 часов удалось добраться до берега. Мы высадились несколько западнее мыса Сэбин и нашли в промежутке между береговым обрывом и водой участок суши, едва достаточный, чтобы поместить здесь наши лодки и палатки. Вечером дождь ненадолго прекратился, и с высоты берега мы убедились, что все пройденное нами только что пространство покрылось сплошным льдом. У нас были поэтому все основания поздравлять друг друга с тем, что мы добрались до берега целыми и здоровыми».

Путь, лежащий впереди, был еще долог, двигались чрезвычайно медленно. Редко удавалось путешественникам сделать сколько-нибудь длинные переходы, беспрестанно натыкаясь на непреодолимые препятствия, они бывали вынуждены часто останавливаться. Зорко следили Франклин и его товарищи за появлением малейшей возможности возобновления похода и не упускали ее даже тогда, когда ясно было Видно, что далеко пройти не придется.

Однажды лагерь экспедиции посетил эскимос. Он предсказал, что льды скоро отойдут от берега, после чего легко будет добраться до видневшегося вдали острова Гершеля. Другое его сообщение было менее радостным: по его мнению дальше на запад берег становится настолько низменным и так завален льдами, что пройти мимо него на лодке чрезвычайно затруднительно. Действительно, 16-го утром задул, к величайшей радости путешественников, береговой ветер и отогнал льды. Однако и на этот раз далеко пройти не удалось.

Иногда проходу шлюпки мешала сравнительно неширокая перемычка льда. Ее пытались разрубать топорами, а в некоторых случаях перетаскивали лодки через льдину.

В один из последующих дней удалось пройти дальше обычного, но при повороте за один из мысов было замечено огромное нагромождение льдов, в которое с силой ударяла волна. Прибой в этом месте был так свиреп, что рисковать пройти мимо него было невозможно и пришлось высадиться на берег. Франклин немедленно послал Августа к нескольким, замеченным неподалеку эскимосам. Вскоре явилось двенадцать мужчин и женщин, и у каждого в руках было по подарку, состоящему из сушеного мяса и рыбы. Вечером явилось еще несколько молодых эскимосов, жены которых принесли с собой свежей дичи.

От этих людей Франклин получил подтверждение любопытного факта, о котором слышал еще от эскимосов, встреченных ранее. Он узнал, что местные жители приобретают железо, ножи и стеклянные бусы не только у индейцев, живущих на востоке и выше по течению Мэкензи, но и на западе, у эскимосских племен, живущих очень далеко отсюда. Особенно интересным оказалось то, что именно на этом пути они получают большую часть нужных им предметов. Каждую весну отправляются молодые люди из района Мэкензи с грузом пушнины и сала для обмена своих продуктов на разные изделия. Язык тамошних эскимосов оказался, согласно сообщению новых друзей Франклина, настолько отличным от их собственного, что при первых встречах с ними здешние жители почти не понимали их.

Товары западного происхождения попадали в руки здешних эскимосов также через посредство горного индейского племени, обитающего где-то в юго-западном направлении и доставляющего их непосредственно в руки восточных эскимосов В том самом месте, где в данный момент находился Франклин.

Откуда шли эти товары, эскимосы не знали, но предполагали, что по всей вероятности они происходят от каблунанов, то есть белых людей, обитающих очень далеко на западе. Франклин внимательно осмотрел предметы, купленные эскимосами этим путем, и нашел, что они совсем не похожи на изделия, продаваемые индейцами Гудзоновской компанией, и пришел к совершенно правильному заключению, что происходят они из России. Русские мехоторговцы. орудовавшие в своей колонии — Аляске, по примеру своих английских собратьев, хозяйничавших в северной Канаде, скупали за бесценок дорогие меха, доставлявшиеся им издалека падкими на безделушки и дешевые принадлежности охоты и хозяйства эскимосами.

Вернемся, однако, к рассказу о походе Франклина. Трудности, беспрестанно встречавшиеся на его пути, заставляли призадуматься экипаж и прежде всего его начальника относительно реальности намеченной встречи его с «Блоссомом».

Было ясно, что если положение льдов не изменится в скором времени, то на эту встречу рассчитывать будет трудно, тем более, что по всей вероятности «Блоссому» или шлюпочному отряду с этого корабля приходится иметь дело с точь-в-точь такими же препятствиями. Все же пока что надежда на счастливый конец похода держалась еще крепко.

Нет возможности подробно описывать многочисленные приключения, которыми изобиловало это удивительное путешествие. Главная трудность его состояла в том, что хотя льды далеко не везде подступали непосредственно к берегу, но полоса воды, отделявшая их от суши, приходилась чаще всего над таким мелководьем, по которому не могли пройти не только экспедиционные лодки, но даже умиаки эскимосов. Этот мелководный район оказывался часто отгороженным рядом рифов, за которыми море было глубже. При попытках пройти здесь путешественники наталкивались па подводные камни, встречались с пенистыми бурунами и наторошенными друг на друга ледяными глыбами.

Нередко выведенные из терпения люди перетаскивали лодки по суше, чтобы не ждать, когда сам по себе разойдется лед, отделяющий их от соседней полыньи. При такой переброске тяжелых шлюпок бока и кили их сильно царапались о камни, доски трескались, и появлялись щели.

Другим серьезнейшим препятствием были почти непрерывные туманы. По этому случаю Франклин вспоминает свой прежний морской шлюпочный переход в области устья Меднорудной реки, когда только три дня были частично туманными. По поводу одной из очередных задержек Франклин остроумно отмечает: «Мы опять начали упражняться в терпении, к чему нам дало полную возможность печальное зрелище сплошного сомкнутого льда».

27 июля Франклин достиг берега реки, оказавшейся на меридиане, составляющем границу между английскими владениями и принадлежавшей в то время России Аляской. Здесь он положил под большой грудой плавника оловянный сосуд с запиской о своем посещении этого места и двинулся дальше на запад.

30 июля впервые зашло солнце, напоминая этим о предстоящем наступлении осени.

В течение следующих дней удалось продвинуться вперед на порядочное расстояние. Франклин разделил экипаж лодок на две партии, из которых одна шла пешком по берегу, а другая оставалась в значительно облегчившихся лодках.

Все же постоянно приходилось соединенными усилиями вытаскивать из ила застрявшие в нем лодки или перетаскивать их через широкие песчаные отмели.

Однажды ночью, когда лодки проходили мимо какого-то мыса, на берегу было замечено несколько шалашей. Хотя было светло, как днем, эскимосы спали и только после третьего окрика Августа из одного шалаша выглянула обнаженная женщина. Она позвала своего мужа, который поднял страшный крик. В результате все пространство между шалашами и водой быстро наполнилось обнаженными людьми с луками и копьями в руках. Их застали врасплох, и вид у них был крайне растерянный и озадаченный. Август объяснил им в нескольких словах цель прихода экспедиции, в ответ на что эскимосы подняли радостный крик и пригласили гостей к высадке.

Начальник предпочел остаться на воде, так как на берегу было не менее пятидесяти взрослых, причем поведение их было очень резкое, а запасы рассчитанных на туземцев товаров уже значительно поистощились. Только четыре человека, подошедших к шлюпкам на каяках, получили подарки. От них Франклин узнал, что эти эскимосы — жители острова Гершеля и как раз возвращаются от западных своих сородичей, к которым ездили с пушниной. Базар кончился по их словам всего лишь несколько дней тому назад, а они намерены еще сегодня сняться с места, чтобы поскорее вернуться домой.

Расставшись с эскимосами, Франклин продолжал свой путь. Вскоре он достиг залива, названного им бухтой Кэмден. Экспедиция прибыла к месту, где происходит меновая торговля между восточными и западными эскимосами. Оказалось, что, закончив торг, западные жители отправились семь дней тому назад восвояси. Об этом рассказали Франклину несколько человек восточного племени, оставшиеся здесь после окончания торговли ради охоты. Они сообщили еще, что умиаки западных эскимосов были тяжело нагружены и потому надо думать, что они не могли уйти слишком далеко.

Что же касается дальнейшего водного пути на запад, то эскимосы не сказали ничего утешительного, утверждая, что на далекое расстояние он имеет тот же характер, что и здесь. Хотя восточные эскимосы никогда не заходят дальше этой точки и потому нельзя было придавать слишком много веры их словам, но все же впоследствии слова их целиком оправдались. Это испытал Франклин, к сожалению, на себе самом. Он не мог знать тогда, что двигавшийся в это же время высланный ему навстречу его другом Бичи шлюпочный отряд с «Блоссома» испытывал те же трудности, находясь к западу от мыса Бэрроу, где природа побережья, как мы уже знаем, совершенно такая же, как и здесь.

Чем дальше, тем хуже становилась погода. По-видимому, Франклин немного запоздал с своим выходом из устья Мэкензи, так как эскимосы с острова Гершеля и западные жители успели уже проделать нужный им путь.

Однако надежда еще не покидала путешественников. «Лев» сильно пострадал от частых ударов корпуса об лед и камни, но чинить его было некогда. Настойчиво пробивались Франклин и его смелые товарищи к своей цели, несмотря на то, что стоял уже август.