— Я довезу вас до дома… Там на стоянке моя машина…
Таня поняла, что имеет над этим мужчиной какую — то власть:
— Сначала нужно в травмпункт…
— Да, да, конечно… Сначала поедем туда… Я сейчас подгоню машину…
Обе женщины стояли, опираясь на одну трость.
Печальный мужчина с затаенной болью во взгляде очень быстро вернулся на «Ауди «бизнес — класса, помог женщинам разместиться на заднем сидении.
Вскоре были в травмпункте.
Молчаливый спутник продолжал оказывать женщинам помощь.
Хирург успокоил Эльмиру Леонардовну — перелома и разрыва связок нет, только сильный ушиб и растяжение. Медсестра вколола ей обезболивающее, выписала рецепт на мази и успокоительное, выглянула за дверь кабинета:
— Мужчина, вы где? Забирайте свою жену… Костыли с подлокотниками не забудьте купить…
Бельский молча поднялся с кушетки, помог Эльмире выйти из кабинета, в аптеке травмпункта купил костыли.
Татьяна нервно улыбнулась.
Мать с удивлением посмотрела на дочь.
— Прости, мама… Просто вспомнила, как мы с Олегом Дмитриевичем познакомились…
— Да уж, — наметила тень улыбки уставшая женщина, — прямо какая — то напасть на нас, да и на Дмитрича тоже… То сам ногу сломал, то теперь отец заболел… То ты с Егором в аварию попала, то я сейчас грохнулась…
За разговором дошли до машины.
Бельский, подстраховывающий Эльмиру, неумело передвигающуюся на костылях, молча открыл перед женщинами заднюю дверцу…
До дома ехали тоже практически не разговаривая. Мужчина только изредка спрашивал куда ехать, да Татьяна иногда командирским тоном указывала путь…
Подъезды дома, в котором жили Журавлевы, были оборудованы пандусами и лифтами.
Бельский проводил женщин до квартиры. Эльмира пригласила его войти. Он принял приглашение, вошел, окинул взглядом скромную, малогабаритную «двушку».
— Танечка, отдай господину деньги за костыли…
— Не нужно, я не бедный, — резко бросил Бельский.
Эльмира не обиделась. В ее взгляде и голосе было участие:
— Почему вы такой злой? На кого? Мне кажется — у вас горе…
— Да, у меня горе… Но что из этого? Это мои проблемы!
— Почему же вы тогда стали решать наши проблемы? — усмехнулась Татьяна, — поделитесь и у вас станет легче на душе…
Бельский некоторое время молчал, не решаясь на откровенность.
— Барышня, сначала я потерял единственную дочь, а потом и жену…
— Значит вы одиноки, как и мы с Танечкой… Как вас зовут?
— Станислав Васильевич…