Апинис с папкой в руке походил по берегу и вскоре доложил:
- Ничего такого, что говорило бы о борьбе или насильственных действиях, не заметил.
Настроение Кубулиса заметно ухудшилось. Может, все-таки не стоило лезть в холодную воду, Как бы опять не скрючил его радикулит.
- Вроде бы никаких следов нет, - пробурчал, ежась от холода, прокурор. - Впрочем, рано еще делать выводы.
- Так где же вы, Калниетис, ловили рыбу? - обратился он к подростку, который стоял на прежнем месте и словно ожидал, когда о нем вспомнят, - Тут даже начинающий рыболов верши не поставит, а ты ведь своими уловами известен всей округе.
Дайнис поджал губы, точно опасаясь сболтнуть лишнее.
- Будем в молчанку играть? Или расскажешь все начистоту? - спросил Кубулис.
Дайнис нахохлился как воробей перед дракой и процедил сквозь зубы:
- Я тут верши не ставил.
- Что же ты тут делал вчера в половине шестого утра?
Подросток глухо выдавил:
- Не скажу, и все! Хоть убейте!
- Убивать тебя никто не собирается. Но зря с нами хитришь. Сам потом пожалеешь. Каяться будет поздно… Что ж, ступай домой. Молчальник нам не нужен.
Дайнис медленно повернулся и пошел не оглядываясь.
Апинис недоумевающе пожал плечами:
- Будь моя воля, я бы его посадил. Денька на три, чтобы пораскинул умишком и одумался. Ручаюсь, признался бы наверняка.
Прокурор покачал головой.
- Вам бы только сажать, - гневно сказал он. - А за что? Ну не сказал он нам сегодня правду. Может, кого-то боится. Допустим, мы его задержим, но тем самым спугнем преступников. А дальше что?.. Какие у нас факты против Дайниса Калниетиса? В чем мы можем его обвинить? В том, что он рано утром ходил на речку? Нам даже неизвестно, имеет ли этот факт связь с межсаргским делом. Разве у нас есть законное основание для задержания гражданина Калниетиса, товарищ следователь? Подозрения еще не доказательства. Расследуйте, найдите доказательства, а тогда уж задержите или ставьте вопрос об аресте. Лишение свободы не шутка!
И безрезультатный выезд, и запирательство Дайниса - все это злило Кубулиса, хоть он и понимал, что подросток чем-то встревожен и вряд ли удастся так просто вызвать его на откровенность, особенно в присутствии Апиниса, который был с ним грубоват на первом допросе. «Психологический момент, - подумалось Кубулису, - только не все наши работники признают его существование. А как много зависит от этого в нашем деле!»
Прокурор и следователь вышли из леса на шоссе. Метрах в трехстах стоял прокурорский «газик».
- А мы ведь шли по другой тропинке, - сказал Кубулис скорей себе, нежели Апинису.
Капот машины был поднят, старик Антон ковырялся в моторе.
- Теперь до него не докричишься, - устало вздохнул Кубулис. - Если Антон залез под капот, то все. Пошли к машине…
IX
- Старуха Каролина к посуде даже не прикасалась! - Стабинь, обернувшись, силился перекричать свистевший в ушах ветер.
- Это заключение экспертизы? - выкрикнул Розниек.
Они ехали на мотоцикле в Юмужциемс. Мимо, словно бегуны-марафонцы, проносились телеграфные столбы.
- Да, сегодня утром получил. На бутылке и на стаканах только отпечатки пальцев Катрины.
На повороте шоссе мотоцикл сбавил ход, и говорить стало легче.