Хотелось к Ангель.
— Ничего, если я сбегу? — спросил он у Сэйди.
— Давай, — отпустила она. — Поговорим в понедельник. Завтра еду в Палм-Спрингс, но вернусь, чтобы в начале недели выбить из Оливера что-нибудь определенное. Не беспокойся, все будет хорошо.
— Хотелось бы.
Он быстро доехал до дома и позвонил Ангель.
— Да? — ответил мужской голос.
Она говорила, что живет с двумя ребятами-гомиками.
— Ангель, — потребовал он.
— Она спит.
Он сдержал раздражение.
— Сделайте мне одолжение, разбудите ее. Дело срочное.
— Можно узнать, кто звонит?
— Бадди.
Неприветливое:
— Сейчас.
Ждал долго, наконец она подошла к телефону.
— Я больше так не могу, — выпалил он с тревогой в голосе. — Мне надо быть с тобой.
— Ты выпил?
— Ни капли, деточка.
— Мы с тобой договорились. Зачем ты звонишь среди ночи?
— Затем, что мы решили ничего друг от друга перекрывать.
А если так, то ты должна знать, что я больше ни дня без тебя не могу.
— Бадди…
— Я тебя люблю. Мы должны быть вместе.
— Не знаю… — начала она неуверенно.
— Нет, знаешь, я тебе вот еще что скажу. — Он набрал в грудь воздуха. — Что у меня есть мать, о которой я никогда не говорил…
— Ты же сказал, что твои родители погибли в автокатастрофе, — перебила она с укором.
— Знаю, что сказал. Но впредь говорю правду, так?
— Да.
— Мать моя живет в Сан-Диего. Я не говорил с ней десять лет. — Он помолчал. — Хочу уладить с ней дела, так что с утра пораньше поеду ее повидать, а когда вернусь, мне надо, чтобы ты ждала в моей… нашей квартире. Сделай так, пожалуйста, деточка. Потому что ты для меня — самое важное в жизни… и я больше не хочу, чтобы между нами была ложь. — Он молчал, понуждая ее сказать «да». — Давай, Ангель. Ты ведь знаешь, время пришло.