И в церквах послушай — Страсть,
И на школьном дворе погляди — Страсть.
Джой подарила ему страсть. Только она одна.
Без тебя я жить не могу, страсть.
Даже президенту нужна страсть.
Всем, кого я знаю, нужна страсть.
Умирать и убивать заставляет страсть.
Джой. Он любил ее, хотя она была шлюхой, даже хотя она была лгуньей, даже хотя она была блудливой, врущей сукой, сукой, сукой…
Умирать и убивать заставляет страсть.
Согласие Джой ошарашило Дека. Она сказала:
— Ладно, командир, назначай день. — А потом добавила:
— И чтоб у меня было кольцо. А хочешь, чтоб я бросила работу, так подкидывай мне башли каждую неделю. — С усталым вздохом она растянулась на своей незастеленной кровати. — А когда мы поженимся? Скоро? — И кивнула, словно спрашивала себя. — Ага.
Скоро, — постановила она.
Он тупо смотрел на нее. Одно дело предложить, и совсем другое — исполнить. О стольком надо подумать. Вот его мать. Девушку домой он пригласил всего раз — еще давно, когда был совсем мальчишкой. Она обошлась с девушкой очень ласково, а потом, когда осталась с ним вдвоем, печально улыбнулась и сказала: «Она не для тебя, сын, верно? Недостаточно хороша».
Только для его матери все было недостаточно хорошо — и его школьные отметки, и его работа, и его увлечения.
«Машины! — Она брезгливо морщила нос. — Так, значит, мы платили за твое образование, чтобы ты весь день валялся под машинами? Ради этого, сын? Ради этого мы во всем себе отказывали?»
Она так и не смирилась, что он работает в гараже. И с Джой не смирится.
— Ну, пусть скоро, — пробурчал он.
— Когда? — потребовала Джой.
— Я обдумаю…
— А где мы будем жить? — перебила она.
Он чуть не пожалел, что предложил ей пожениться. Он не ждал, что придется сразу же принимать решения.
— Я подышу что-нибудь.
— Дом?
Столько он в гараже не зарабатывал. И ведь ему надо отдавать матери точно назначенную сумму. До Джой ему удавалось кое-что откладывать. Но теперь в банке у него осталось только несколько сотен.
— Там у видим.
Она слетела с кровати, глаза, обведенные синяками, вспыхнули угрозой. Левый от усталости косил больше обычного.
— Вот что, ковбой, ты мне одолжений не делай!
— Я даже не думал, — поторопился он ее успокоить.
— Во-во! — Она потянулась и широко зевнула. — Я бы сто раз замуж вышла, если б захотела. По мне один полицейский с ума сходит, скушал?