их дружба.
– Так ты послала ее в Афины? – Клео расхохоталась. – Мать твою, это блестяще! Тебе придется еще раз рассказать это мальчикам. До их возвращения есть время, так что можем поговорить по душам. Выкладывай, что там у тебя с Малахией.
– С Малахией?.. – Тайя совершенно растерялась.
– Угу. Я знаю, ты на него злишься. Будь я на твоем месте, я сварила бы его яйца себе на завтрак, но он действительно потрясающий парень. Как ты собираешься строить ваши отношения?
– Никак. Я вообще об этом не думала. Отношения у нас чисто деловые.
– Он чувствует себя виноватым. Ты можешь этим воспользоваться. – Клео окунула палец в вино и облизала его. – Но это не просто чувство вины. Его тянет к тебе. А влечение в сочетании с чувством вины дает тебе огромную власть над ним.
– Ничего он ко мне не испытывает. Просто притворяется, надеясь, что я ему помогу.
– Ты ошибаешься. Послушай, Тайя, в чем, в чем, а в мужчинах я разбираюсь. Я вижу, как они смотрят на женщину, как ходят вокруг нее и что при этом происходит в их похотливых мозгах. Этот малый хочет выпить тебя одним глотком, как стакан содовой. А поскольку он чувствует вину за то, что морочил тебе голову, это делает его злобным, колючим и глупым. Если ты правильно раскинешь карты, то сможешь сделать так, что он будет сидеть у твоих ног и выпрашивать угощение, как собачонка.
– Нет у меня никаких карт. И я не хочу унижать его… – Но тут Тайя вспомнила чувство, испытанное ею в тот момент, когда она поняла, что Малахия солгал ей. Использовал ее. Она сделала еще один глоток вина. – Впрочем, может быть, и хочу. Немножко. Но не думаю, что из этого что-нибудь получится. Ко мне мужчин тянет не так, как к тебе.
– У тебя больше достоинств, чем ты думаешь, – возразила Клео. – Мозги. Беспомощность. Застенчивость.
– Во всем этом нет ничего сексуального.
– Для старшего брата этого достаточно. На него сильно действует твоя внешность мечтательной дриады.
– Дриада? Я?
– Радость моя, тебе нужно почаще смотреться в зеркало. Ты по-настоящему сексуальна.
– Нет. На самом деле я вовсе не… – Тайя осеклась, потом неожиданно выпалила: – Мне всегда хотелось выглядеть так, как ты.
– Как я?
– Быть высокой, смуглой, яркой и иметь хорошую фигуру.
– Нужно уметь пользоваться тем, что у тебя есть. А того, что у тебя есть, вполне достаточно, чтобы старший брат распустил слюни. Даю слово. Послушай-ка… – Клео придвинулась ближе. – Когда они вернутся, я взорву бомбу. Конечно, Ловкачу это не понравится, а старший брат и без того смотрит на меня косо. Мне понадобится твоя помощь. Поддержка, отвлечение, что угодно.
– Что ты задумала?
Едва Клео открыла рот, как в замке повернулся ключ. На ее лице отразилось не то огорчение, не то сожаление. Потом она залпом допила остатки вина.
– Время пошло, – пробормотала Клео.
– Афины? – Гедеон расплылся в улыбке. – Афины? – Он поднял Тайю со стула и крепко поцеловал в губы. – Черт побери, вы просто гений!
– Я… гм-м… – Она опешила. – Спасибо.
– Просто гений, – повторил Гедеон, закружил ее в воздухе, а потом повернулся к брату. – А ты боялся, что Анита сожрет ее с потрохами вместо ленча. Потрясающая работа!
– Гедеон, отпусти ее, пока не насажал синяков. Вы действовали умно, – сказал Малахия Тайе. – Умно и быстро.
– Скорее логично, – поправила она. А потом села, потому что у нее приятно кружилась голова. – Не знаю, отправится ли Анита в Грецию, но это наверняка отвлечет ее.
– А у нас появится время для передышки, – согласился Малахия. – Как мы им воспользуемся? Ребекка пытается как можно больше узнать об этом Джеке Бардетте. Так что пожелаем ей удачи. Если рассуждать логично, то сейчас нужно подумать над тем, как Клео забрать статуэтку Уайт-Смита. Но сделать это нужно тихо, чтобы Анита ничего не почуяла, а потом поместить
Судьбу в надежное место.
– Это не проблема. – Клео собралась с духом, обвела взглядом комнату и наконец посмотрела Гедеону в глаза. – Я уже забрала ее. И поместила в надежное место.
ГЛАВА 16