— Я не буду кусаться.
— Это хорошо.
— Если только ты не захочешь сама.
— Мило, — пробормотала она, отодвинувшись от меня.
То, что она не сказала мне убираться отсюда, я посчитал хорошим знаком. Я сбросил свои туфли, а потом стащил рубашку и потянулся к джинсам, пока она ещё не передумала.
— Что… что ты делаешь? — спросила она, заикаясь.
Я посмотрел вниз на себя, затем на неё.
— Готовлюсь ко сну.
— Но ты снимаешь с себя всё!
Я приподнял бровь.
— На мне есть боксеры. Что? Ты думала, я буду спать в джинсах?
— Но в прошлый раз так и было.
Из меня вырвался смех.
— Вообще-то на мне были пижамные брюки.
Кэт открыла свой рот, будто хотела что-то сказать, но затем передумала. Отвернувшись от меня, она подошла к книге, лежавшей на столе. Я наблюдал за ней секунду, а потом сбросил брюки. Я забрался в кровать, сложив свои руки за головой, так я хотя бы не схвачу её сразу же после того, как она решит подойти к кровати.
Наконец — то, после 10 лет она обернулась и прошептала. — Это была плохая идея.
— Возможно, это была самая умная из всех твоих идей.
Её руки двинулись вдоль бедер, привлекая моё внимание.
— Переспать — это значит намного больше, чем просто поужинать на День Благодарения и нарядить елку.
Иногда я задаюсь вопросом, что, черт возьми, она обо мне думает.
— Черт. В этом был весь мой план.
Её глаза сузились, и затем она, наконец, зашевелилась. Еле передвигая ноги в направлении другой стороны кровати, она раскрыла одеяло и скользнула всем телом под него.
Я ухмыльнулся.
— Можешь выключить свет? — спросила она.
Не делая никакого движения, я выключил его, мрак окутал нас.
— Это удобная способность, — пробормотала она.
— Да.
— Может быть, когда я буду такой же ленивой, как ты, я тоже буду выключать свет силой мысли.
— К этому стоит стремиться.
— Боже, какой ты скромный, — сказала она, и я мог слышать смех в её голосе.