— Я проверяю, не слышал ли кто об этом происшествии. Однако мне следует быть осторожным. Большое количество вопросов может вызвать подозрения.
Она коснулась ожерелья, когда я повернулся к телевизору и улыбнулся. Группа с прическами в стиле восьмидесятых визжала о потерянной любви.
— После того, как ранее я наблюдал твои танцевальные способности, ты бы легко смогла сойти за свою в 80-е.
— Мы можем не вспоминать об этом снова? — пробормотала она.
Я усмехнулся, когда посмотрел на нее.
— Ты выглядела, как из песни «Ходи как египтянин».
— Ты придурок.
Я засмеялся.
— Ты знала, что у меня был фиолетовый ирокез?
— Что? — Она захохотала, когда склонила голову на бок. — Когда?
— фиолетовый с черным. Это было до того, как мы переехали сюда. Мы жили в Нью-Йорке. Думаю, что уже прошел этот этап. Пирсинг в носу и все такое.
Она снова рассмеялась, и я бросил в нее подушку. Она положила ее на колени.
— Ты был скейтером, да?
— Что-то вроде этого. Мэтью был с нами. Стал своего рода нашим опекуном. Он понятия не имел, что со мной делать.
— Но Мэтью — он же не намного старше.
— Он старше, чем кажется. Ему около тридцати восьми.
— Вау. Он хорошо выглядит для своего возраста.
Я кивнул.
— Он появился в одно время с нами и в том же месте. Думаю, он считал себя ответственным за нас, так как был самым старшим.
— Где вы, ребята…? — Она поморщилась. — Где вы приземлились?
Протянув руку, я снял ниточку с ее футболки.
— Мы совершили посадку около Скароса.
— Скарос? — Она поморщила нос. — Э-э, это находится на Земле?
— Да. Вообще-то это маленький остров у берегов Греции. Он известен своими скалами, в которых когда-то стоял замок. Однажды я хотел бы вернуться туда. Думаю, это вроде как наша родина.
— Сколько вас там приземлилось?
— Пару дюжин, ну, во всяком случае, Мэтью так сказал. Я ничего не помню о том времени. — Мои губы поджались. — Мы жили в Греции, пока нам не исполнилось пять лет, а затем мы приехали в Америку. Нас было около двадцати, когда мы прибыли, и МО уже ждали нас.
— И как все прошло? — спросила она с любопытством.
Было странно говорить с ней о таких вещах. На самом деле ни один Лаксен бы на такое не пошел, но думаю, Доусон тоже говорил с Бет об этом.
— Не очень хорошо, Котенок. Мы не знали, что люди в курсе насчет нас. Все, что нам было известно, это то, что поблизости были Аэрумы, а МО стало для нас большой неожиданностью. Видимо, они знали о нас с момента прибытия. Они собрали вместе сотни тех, кто приехал в Америку.
Она прижала подушку к груди.