Римские императоры. Биографический справочник правителей римской империи 31 г. до н. э. — 476 г. н. э: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Однако 1 июля восточные армии заявили о том, что поддерживают не Вителлия, а наместника Иудеи, Веспасиана, и Муциан, наместник Сирии, от его имени возглавил поход на Рим. В августе дунайские легионы, прежде поддерживавшие Отона, перешли на сторону Веспасиана, а один из командиров этих легионов, Антоний Прим, совершил стремительный бросок в Италию через летние Альпы. Валент был болен, и Цецина, ставший консулом, втайне договорился с префектом равеннской флотилии предать Вителлия и перейти к Веспасиану. Однако его войска в Гостилии отказались последовать за ним и арестовали его, после чего присоединились к армиям Вителлия, пытавшимся удержаться на рубеже реки По и Кремоны.

В октябре недалеко от этого города оба войска сошлись в решающем сражении, известном как Вторая Бедриакская битва. Поскольку сам Вителлий остался в Риме, его войска вступили в бой без высшего командования, что стало серьезным деморализующим фактором. Отчаянно упорное сражение продолжалось до глубокой ночи, и тогда яркий свет луны, поднявшейся за плечами солдат Прима, не сделал сторонников Вителлия легкой добычей; ряды последних были смяты, и они потерпели полное поражение. Кремону победители подвергли жестокому разграблению. Мизенская флотилия предала Вителлия; на Рейне Цивилис возглавил мятеж батавских солдат, который охватил также галльские области и перерос в галльско-германское восстание. Попытка выздоровевшего Валентина набрать армию в Галлии не увенчалась успехом; Прим после капитуляции войск Вителлия в Нарнии сразу же двинулся в столицу.

Римский городской префект Сабин, брат Веспасиана, едва не убедил Вителлия сложить с себя полномочия, чего не делал еще ни один римский император. Но остававшиеся в Риме войска выразили поддержку императору и вместе с гражданским населением вынудили его прервать переговоры. Сабин, укрывшийся на Капитолийском холме, был схвачен германскими легионерами и убит, а храм Юпитера, являвшийся поистине символом римского государства, был разрушен до основания. После этого Прим начал штурм Рима, преодолевая яростное сопротивление. 20 декабря 69 г. Вителлия, оставшегося в одиночестве в своем дворце, схватили, приволокли на Форум и зверски растерзали.

Согласно Светонию, он был очень высок ростом, из-за частых возлияний лицо покрывали красные пятна, его отличали огромный живот и покалеченное бедро, поврежденное при падении с колесницы, запряженной четверкой лошадей, которыми правил император Гай. Писатели древности описывали Вителлия как жестокого, праздного, извращенного и сумасбродного до нелепости человека. Возможно, он был алчным, но эта характеристика подтверждается лишь сведениями, почерпнутыми из пропагандистских материалов его противников. К несчастью, ему недоставало военного опыта и он полагался на двух соперничающих заместителей, ни один из которых не внушал достаточного доверия. Тем не менее сам Вителлий вовсе не был непопулярным; каким бы коротким ни было его правление, он проявил признаки конструктивной сдержанности и такта. Например, он согласился отсчитывать период своего Правления с 19 апреля, когда его признал сенат, а не со 2 января, когда армия впервые провозгласила его императором. Более того, Вителлий исправно посещал все заседания сената, допускал свободное выражение оппозиционных мнений и сдержанно отстаивал своих кандидатов на консульские посты. Он первый не использовал титулы «Цезарь» и «Август», ассоциировавшиеся со знаменитыми предшественниками — эти титулы так и не появились на его монетах. Однако, в отличие от предыдущих императоров, он назначил себе пожизненное консульство: без сомнения, правитель, который происходил не из семейства Юлиев и Клавдиев или древнего аристократического рода, не мог пренебречь такой формой привилегий и престижа.

ВЕСПАСИАН

Веспасиан (Тит Флавий Веспасиан) (69–79 гг.) родился в 9 г. в Реате, расположенном в Сабинии, к северу от Рима. Его отец, Флавий Сабин, был сборщиком налогов из сословия всадников, его мать, Веспасия Полла, происходила из семьи такого же ранга, но ее брат стал сенатором. Того же добились Веспасиан и его старший брат Сабин.

В 40 г. Веспасиан стал претором, а потом успешно продвигался по служебной лестнице под покровительством вольноотпущенника Нарцисса, министра при Клавдии. В 43–44 гг. в качестве командира легиона он отличился при покорении Клавдием Британии, заслужив триумфальные знаки отличия (ornamenta) и два жреческих сана. В 51 г. Веспасиан получил консульство, а д 63 г. стал проконсулом Африки. Его как правителя удостоили похвал, поскольку он не использовал свое служебное положение для личного обогащения. В результате сам он оказался на грани разорения, и только брат спас его от банкротства под заклад дома и земли.

Как член императорского окружения, он сопровождал Нерона во время выезда в Ахайю (Грецию) в 66 г. и впал в немилость, поскольку задремал, когда император пел. Тем не менее в феврале 67 г. Веспасиан был назначен наместником Иудеи и получил задание подавить первое восстание евреев, которое сами иудеи назвали Первой Римской войной. Возможно, Нерон предпочел бы видеть во главе грозного многочисленного войска человека, пользующегося заурядной репутацией, однако уже к середине 68 г. Веспасиан восстановил покорность Риму почти во всей провинции, за исключением Иерусалима и еще нескольких крепостей. Услышав о самоубийстве Нерона, он приостановил подготовку к штурму Иерусалима, вскоре пришло известие о восшествии на трон Гальбы.

Теперь возросли собственные честолюбивые помыслы Веспасиана, и чрезвычайно важную роль в его планах и решениях играл наместник Сирии, Гай Лициний Муциан. Незадолго до этого их отношения были натянутыми, потому что Муциана обидело присвоение наместнику Иудеи более высокого статуса, чем его собственный. Но после смерти Нерона они забыли прежние распри и вместе обсудили развитие политической ситуации. Убийство Гальбы в январе 69 г. побудило их задуматься о возможности восстания, а самоубийство Отона в апреле подтолкнуло к активным действиям. Пока Вителлий наслаждался вкусом победы, они втайне заручились поддержкой наместника Египта, Тиберия Юлия Александра. Ни Александр, ни Муциан не могли претендовать на трон сами: первый был всадником, а не сенатором (к тому же — иноземцем и иудеем-отступником), второй не имел собственных сыновей и не мог основать династию. У Веспасиана же было два сына, Тит и Домициан (от брака с последней женой, Флавией Домициллой Старшей), и наместники согласились, что именно он должен стать их кандидатом на престол.

1 июля Александр привел египетские легионы к присяге Веспасиану как императору, и еще до середины того же месяца армии Иудеи и Сирии сделали то же самое. План состоял в том, что Муциан с двадцатитысячным войском должен был выступить в поход на Италию, тогда как Веспасиан временно оставался на Востоке, откуда мог контролировать жизненно важное снабжение Рима египетским зерном. К концу августа данувийские армии тоже приняли сторону Веспасиана. Инициатором такого решения был Марк Антоний Прим, галл из Толозы, командир одного из легионов в Паннонии. Прим немедленно двинулся на запад, быстро достиг берегов Италии и, не дожидаясь предписаний от вдохновителей восстания, по своей инициативе разгромил армию Вителлия во Второй Бедриакской битве.

Затем Прим устремился к Риму, где встретил отчаянное сопротивление. Незадолго до его появления у стен столицы брат Веспасиана, городской префект Сабин, попытавшийся убедить Вителлия в необходимости капитуляции, был убит на Капитолийском холме соратниками императора. И самого Вителлия тоже ждал ужасный конец — его убили 20 декабря. На следующий день Прим торжественно вступил в город, а сенат объявил Веспасиана императором. Вскоре в Рим пришел и Муциан, который строго осудил самовольные действия Прима и обвинил его в чрезмерной жестокости. Прим отправился на Восток, чтобы пожаловаться Веспасиану — тот встретил его почестями, но предписал вернуться в родную Толозу.

Теперь Рим оказался в полном распоряжении Муциана; он казнил сына Вителлия и других возможных оппозиционеров и бдительно опекал неугомонного младшего сына Веспасиана Домициана, который был рядом со своим обреченным на смерть дядей Сабином в горящем Капитолии, но чудесным образом сумел спастись. Сам Веспасиан поручил другому сыну, Титу, захватить Иерусалим (это событие отмечено выпуском знаменитых монет с надписью IVDAEA CAPTA) и вернулся в столицу в октябре 70 г. Муциан был увенчан наградами и оставался главным советником правителя до самой своей смерти (умер через шесть лет), хотя не получил ни малейшей доли реальной императорской власти.

Великим благом, совершенным Веспасианом для Империи, стало прекращение гражданских войн, в честь чего он воздвиг на своем новом Форуме роскошный Храм Мира; Плиний Старший причислял его к Чудесам Света. Монеты того времени постоянно напоминали о восстановлении мира, поскольку император использовал любую возможность для обращения общественного мнения в свою пользу, ибо по происхождению был даже менее знатен, чем его неудачливые предшественники.

Главным элементом структуры власти по-прежнему оставалась армия. На одном краю Империи Тит положил конец восстанию евреев (хотя Масада держалась до 73 г.), а у северных рубежей военачальник Цереал решительно подавил галльско-германское восстание и в битве возле города Августа Тревиров заставил капитулировать мятежного «императора» Цивилиса. Веспасиан добивался от солдат выполнения подобных задач, управляя ими с поразительным сочетанием жесткости и такта. Он не проявлял чрезмерной щедрости и, как и Август, тщательно и точно определял, что можно сделать, а что делать не следует. Он перегруппировал армии Империи так, чтобы поддерживавшие прежде Вителлия легионы не находились на ключевых позициях. Более того, Веспасиан начал расчленять рейнские и данувийские гарнизоны: они были настолько велики, что могли представлять угрозу государственной стабильности. Отныне каждый легион имел небольшой собственный лагерь, достаточно удаленный от любого другого. В свое время легионеры выражали недовольство по поводу планов Вителлия передислоцировать их из мест, где они уже обзавелись семьями, поэтому Веспасиан намеревался обеспечить им условия постоянного расположения. Однако после вспышки галльского мятежа союзные войска стали реже использоваться для наведения порядка на их родной земле. Кроме того, Веспасиан постарался укомплектовать воинские подразделения представителями разных народов, чтобы лишить их этнического единства. Еще одним его достижением стал захват Десятинных полей, которые клином входили между верховьями Рейна и Данувия, в результате чего значительно сократилась протяженность северных рубежей. В Британии же Цереал разбил войско племени бригантов, враждебного Риму, и отодвинул границу на север до Каледонии. Впрочем, подобные операции были скорее исключением, поскольку большая часть огромной Империи наслаждалась восстановленным спокойствием.

Тем не менее военные способности Веспасиана несомненны: легионеры салютовали своему императору-победителю не менее двадцати раз. Он не согласился, подобно Вителлию, датировать свое восшествие на престол днем признания себя императором со стороны сената, а отсчитывал свое царствование с 1 июля, когда первые легионы принесли ему присягу. Очевидно, то был урок сенаторам, напоминание о том, что не они, а легионеры привели его к власти. Однако он прилежно посещал их заседания и добросовестно советовался с ними, но не проявлял ни малейшего желания предоставить им свободу действий. Напротив, в отличие от неискренних псевдореспубликанских словоизлияний Августа, он откровенно продолжил политику Клавдия — политику укрепления центральной императорской власти. В 73–74 гг., подобно последнему, он возродил цензуру, заняв пост цензора, и использовал ее для того, чтобы установить официальный контроль за членами сената. Итогом его деятельности стало государство, менее ориентированное на столицу и знать, с более развитым самоуправлением и возросшей значимостью Италии в целом. Кроме того, увеличилось количество провинций.

Хотя Италия по-прежнему доминировала в правительственной администрации, провинции, получившие права гражданства и так называемые «Латинские права», быстро приобрели определенное влияние. Веспасиан хорошо знал их проблемы и обладал поистине императорской широтой мышления. Благодаря его реформам римская история все больше становилась не историей дворцов, а историей огромного цивилизованного сообщества народов.

Веспасиану пришлось проявить изрядную финансовую предусмотрительность, ибо он унаследовал Империю, опустошенную гражданской войной. Это означало, что необходимо было быстро увеличить запасы денежных средств любыми мыслимыми путями. Чрезмерные притеснения никоим образом не являлись его целью; например, он следил, чтобы поборы с провинций не были разорительными. Однако ему пришлось резко увеличить общие налоги и жестко и бдительно пресекать попытки уклонения от уплаты оных. Многие из таких мер были неслыханны для Рима, и повсюду распространились бесчисленные шутки, приписывавшие ему умственное убожество. Но эти булавочные уколы не трогали Веспасиана, поскольку он знал, когда следовало остановиться. Построив Храм Мира, Веспасиан приступил к возведению Колизея и выделил отнюдь не скудные средства на создание греческой и латинской библиотек.

Хотя Веспасиан оставлял себе время для ежедневной прогулки на колеснице и сиесты (которую проводил в компании любовницы), работал он весьма напряженно. С рассветом он приступал к чтению пришедших писем. Одеваясь и обуваясь, он принимал друзей и советовался с ними. Значительную часть дня он посвящал своим судейским обязанностям. Даже на смертном одре он с трудом попытался встать на ноги, заметив при этом: «Император должен умереть стоя». Кроме того, исполнение этим владельцем императорского престола своих обязанностей выражалось и в широкой личной доступности, которая отнимала много времени. В любимой резиденции Веспасиана в Саллюстиевых садах меры безопасности были значительно ослаблены. Он постоянно подчеркивал свое относительно скромное происхождение, и эта его черта нашла отражение даже в статуях и бюстах, создававшихся скульпторами большого дарования и проницательности.

Несмотря на непрестанные труды, Веспасиан нуждался в помощниках; хотя первым советником оставался Муциан, император все больше полагался на своего старшего сына Тита. Более того, было совершенно ясно, что именно Тит, занимавший посты префекта претория и консула, взойдет на престол следующим, поскольку в начале царствования Веспасиан (как и его менее удачливый предшественник Вителлий) открыто объявил об основании новой династии — династии Флавиев, о чем свидетельствуют надписи на монетах. Однако консерваторы решительно возражали против этого неприкрытого стремления передавать высшую власть по наследству, словно личную собственность — тем более что речь шла о семье, лишенной престижа дома Юлиев и Клавдиев. Своим упорством в этом вопросе Веспасиан вызвал по отношению к себе немалую враждебность.

В число его критиков входили моралисты, называвшие себя философами-киниками и занимавшие антигосударственную позицию. Кроме того, некоторые группировки не столь увлеченных философией сенаторов тоже твердо противостояли планам Веспасиана относительно создания династии. Заметной фигурой среди последних был стоик Гельвидий Приск, породнившийся через брак с семьей сторонников конституции — он был зятем жертвы Нерона, Тразеи. Приск публично оскорблял Вителлин и дружил с Веспасианом, но потом стал столь непримиримым его критиком, что император сначала изгнал, а в 75 г. приказал казнить упрямца, хотя, как говорили, выразил при этом сожаление. Гораздо более тревожными были появившиеся четыре года спустя сведения о том, что два влиятельных сенатора, входивших в центральное правительство Империи, Эприй Марцелл (знаменитый советник Веспасиана) и Цецина Алиен (переметнувшийся к Веспасиану от Вителлин), замыслили покушение на жизнь императора. По распоряжению Тита обоих убили.

Вскоре после этого Веспасиан заболел лихорадкой во время летнего выезда на минеральные воды в Аква Кутилий, расположенный неподалеку от места его рождения, и умер 24 июня 79 г. Светоний описывал его как сильного, широкоплечего мужчину со странно напряженным выражением лица. Он обладал замечательным здоровьем, укреплению которого посвящал всего один день в месяц. По отзывам друзей, его грубое чувство юмора скорее утомляло окружающих. Темой шуток Веспасиана в основном служили его собственная скаредность и убогость средств. Тит, например, однажды возмутился только что введенной отцом платой за пользование общественными городскими туалетами. В ответ Веспасиан протянул ему монету из выручки первого дня. «Разве она воняет?» — спросил он. Когда Тит ответил, что монета не пахнет, отец с деланным удивлением заметил: «А ведь она получилась из мочи». У него хватило самообладания пошутить даже на смертном одре: «Ох, кажется, я становлюсь богом!» («Vae, puto deus fio»).

ТИТ

Тит (Тит Флавий Веспасиан) (79–81 гг.), первый сын Веспасиана и Флавии Домициллы Старшей, родился в 39 г. Он получил образование вместе с сыном императора Клавдия, Британником, с которым они стали близкими друзьями. Когда Британник умер, отравленный во время обеда своим сводным братом Нероном, Тит сидел за тем же столом и почувствовал себя плохо (поговаривали, что ему тоже перепало немного яда, в результате чего он сильно болел). Отслужив в Германии и Британии в качестве военного трибуна, в 65 г. он стал квестором, а в 67 г. командовал в Иудее одним из легионов своего отца и взял мятежные города Тарихею и Гамалу (их местоположение точно не определено), причем в одной из схваток под ним убили коня. В конце следующего года Веспасиан отправил Тита в Рим с поздравлениями Гальбе, но, узнав в Коринфе о смерти Гальбы, тот повернул назад.

В последовавших за этим переговорах между восточными наместниками, которые привели к провозглашению Веспасиана императором, Тит сыграл заглавную роль. Основной сторонник Веспасиана, Муциан, наместник Сирии, которому он помог примириться со своим отцом, был поражен не только энергичностью, но и способностями молодого человека. Летом 69 г. Веспасиан поручил Титу подавить иудейское восстание, и на следующий год, после четырехмесячной осады, Иерусалим сдался его легионерам, разрушившим храм — событие, память о котором прошла через века. Иудейский историк Иосиф (Флавий), перешедший на сторону Рима, отмечал, что Тит пытался спасти святилище; другие же опровергают это мнение. В любом случае, сведения о его расправах с плененными евреями не соответствуют действительности.

Со взятием Иерусалима на Тита обрушился град почестей, а в египетском Мемфисе его увенчали диадемой. На монетах, выпущенных восточными монетными дворами, его имени предшествовал титул «император», до тех пор принадлежавший лишь правителю. Более того, римский сенат предложил ему отдельный Триумф, который в итоге вылился в совместное чествование Тита и Веспасиана (о чем гласит надпись на Арке Тита в Риме). Успех Тита мог породить у него нелояльность по отношению к отцу, но на самом деле его верность осталась непоколебимой, что проявилось в поспешности его возвращения в Рим в 71 г.

Одной из причин этого возвращения было стремление помочь отцу противодействовать возрастающему влиянию Муциана. Впрочем, ему не стоило беспокоиться — Веспасиан немедленно и самым недвусмысленным образом продемонстрировал, что Тит является его соправителем и наследником династии. Писали, что император заявил: «Моим преемником будет либо мой сын, либо никто». Это подтверждают и монеты 71 г., на которых Тит и Домициан изображены в военных доспехах, причем Тит назван Цезарем и DES(ignatus) IMP(erator) — что означает не более не менее как «император, еще не вступивший в должность». Будучи соправителем Веспасиана уже в 70 г., вскоре он стал сотрибуном (в 71 г.) и соцензором (в 73 или 74 г.). Более того, он быстро занял место префекта претория и распустил стражу Вителлин, заменив ее не столь многочисленным отрядом. Однако этот пост стал даже более важным, чем прежде, а сам Тит, при всем своем обаянии, исполнял свои обязанности с жесткой требовательностью.

Он не спускал глаз с сенаторов и с тех, кто глубоко ненавидел стремление Веспасиана установить династию. Но наиболее серьезная потенциальная угроза исходила от его собственных отношений с дочерью иудейского царя Береникой. К тому времени Тит был уже дважды женат: сначала на Аррецинии Тертулле (брата которой он сменил на посту префекта), а после ее смерти — на Марции Фурнилле, родившей ему его единственного ребенка — Флавию Юлию. Но они развелись в 64 или 65 г., и два года спустя в Иудее Тит обрел глубокую привязанность к богатой, красивой и талантливой Беренике; она была на десять лет старше его. Береника имела влиятельные связи при римском дворе, но не посещала столицу до 75 г., когда приехала туда с братом, царем Агриппой II, и была встречена с блистательными почестями. Береника открыто жила с Титом во дворце, но такое положение вызвало нападки и возмущение — стали поговаривать о новой Клеопатре — и через некоторое время он отослал ее.

Среди главных критиков Тита был Эприй Марцелл, который в 79 г. вместе с бывшим военачальником Вителлия, Цециной, замыслил покушение на жизнь Веспасиана (см. Веспасиан). Тит пригласил Цецину на обед и заколол его, а Марцелл, осужденный сенатом, перерезал себе горло. Когда вскоре после этого Веспасиан умер, некоторые посчитали, что его убил Тит; впоследствии император Адриан придерживался этого мнения, тогда как императорский секретарь Светоний, великий собиратель сплетен, не уделил внимания этой неправдоподобной версии при описании кончины Веспасиана.

Взойдя на престол, Тит хорошо осознавал, что чересчур решительные действия, предпринятые им на посту префекта претория, и особенно его расправы с заподозренными в заговорах, оставили неприятное впечатление. Поэтому теперь, сохранив некоторые из жестких экономических мер своего отца, он поспешил создать себе более либеральный образ. Тит существенно сократил деятельность информаторов (услугами которых активно пользовался), отменил закон о государственной измене, а следующую пару подозреваемых в заговоре помиловал. Когда же в Рим вновь приехала Береника, Тит сразу же выслал ее из города — к обоюдному горю.

Короткое царствование Тита было отмечено тремя серьезными бедствиями. Первым, случившимся всего через месяц после его вступления на трон, стало известное извержение вулкана Везувий, разрушившее города и виллы в районе Кумского залива: Помпеи, Геркуланум, Стабии и Оплонт. Это трагическое событие описано в письме Плиния Младшего, который тогда гостил у своего дяди, Плиния Старшего, адмирала Мизенского флота, жившего недалеко от вулкана. После катастрофы Тит посетил пострадавший район и создал сенаторскую комиссию для оказания всей возможной помощи; впрочем, его распоряжение составить план восстановления уничтоженных городов так и не было выполнено. Он еще находился в Кампании и руководил работами у подножия Везувия, когда в 80 г. в Риме случился сильный пожар, за три дня и три ночи спаливший множество важных зданий, уничтожив все, что в них находилось. Тит вновь принял меры по срочному оказанию щедрой помощи. Третьей катастрофой стала одна из страшнейших эпидемий, когда-либо упоминавшихся в письменных источниках, которую император попробовал одолеть не только медицинскими средствами, но и многочисленными жертвоприношениями. Последнее, без сомнения, имело целью успокоить панику среди населения.