Все равно уже поздно, подумал я, не стоит ничего менять. Настроение у меня испортилось.
Потом я позвонил Маргарет Морден. В трубке зазвучал ее бодрый голос, четко произносящий слова:
– Я все расставила по своим местам. Кредиторы в шоке. Норман Кворн действительно ловко сработал. Но я уговорила банк и налоговую инспекцию не спешить. Мы предполагаем снова встретиться в среду, после того как они обсудят дело со своими головными учреждениями. Хорошо уже то, что завод пока что работает и сбывает свою продукцию, получая доход, и пока там действует Десмонд Финч и нынешний главный технолог, завод остается на плаву. – Вы... вы говорили с кредиторами насчет скачек?
– Они поняли, что вы имеете в виду, и обсудят этот вопрос в среду.
– Значит, надежда есть?
– Но они хотят, чтобы сэр Айвэн вернулся к своим делам.
– Я тоже хочу этого, – вырвалось у меня.
– А пока что, однако, вы имеете право ставить свою подпись вместо него. Он непреклонен в том, что делать это можете только вы и никто другой.
– Даже его дочь?
– Я задавала ему тот же самый вопрос. Александр – и никто другой, таково решение сэра Айвэна.
– В таком случае я сделаю все, чего вы захотите от меня, и... Маргарет...
– Да?
– Как вы сегодня одеты?
Наверное, она от удивления открыла рот и не знала, что сказать. Потом засмеялась:
– Кофе со сливками.
– Мягкие, приятные тона?
– Действующие на подсознание. В среду – неяркий, практичный темно-синий костюм. Деловито, но не слишком.
– Дай Бог, чтобы это помогло.
– В самом деле... – В ее голосе появилась неуверенность. – В этом есть что-то странное...
– В чем?
– В счетах пивоваренного завода. Вот оно что!
– Что именно там странного? – спросил я.
– Не знаю. Не могу точно сказать. Как будто ощущаешь какой-то запах, но не можешь определить, что это. – Вы пугаете меня, – сказал я.
– Не волнуйтесь. Возможно, все гораздо проще, чем кажется.
– Я верю вашему чутью. Она вздохнула:
– Тобиас Толлрайт представил данные аудиторской проверки. На него можно положиться. Если бы что-то было не так, он заметил бы это.
– Не спугните кредиторов, – взмолился я.
– Их интересует только будущее – возврат их денег. То, что тревожит меня, – она перешла на полушепот, – в прошлом. Теперь я буду думать об этом перед тем, как заснуть, удачные решения часто приходят в голову ночью, во сне.
Я пожелал ей плодотворных сновидений и, сидя в своей заливаемой дождевыми струями машине, понял, как мало у меня знаний, чтобы ответить на те вопросы, которые встают один за другим. Приходится во многом, слишком во многом полагаться на Тобиаса Толлрайта, Маргарет Морден и Юнга (Аттли).
Мое дело – живопись. Я хотел заниматься своим делом.