Осколки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я поблагодарил соседа, махнул рукой ему вслед и, достав из кармана связку ключей, направился к дверям магазина. Воскресный вечер. Кругом ни души. Ярко освещенные витрины «Стекла Логана».

Я все еще не научился шарахаться от теней. Из глубокого дверного проема букинистического магазина и из-за темного ряда мусорных баков, которые должны были забрать в понедельник утром, возникли темные фигуры.

Вроде бы их было четверо, но вполне возможно, что мне показалось: пересчитать их я не успел. Четверых, пожалуй, было многовато: с таким делом вполне могли управиться двое-трое, а то и один человек покрепче. Видимо, они довольно долго ждали меня здесь, на морозе, и, разумеется, их настроения это не улучшило.

Я не ожидал очередного насилия. Воспоминание об оранжевом баллончике с циклопропаном несколько развеялось. Но я обнаружил, что один-единственный удар баллончиком и целый град ударов – очень разные вещи. Меня били кулаками, пинали ногами и пару раз крепко приложили о корявую каменную стенку, соединявшую букинистическую лавку с моим магазином.

Я был ошеломлен и растерян. Смутно, словно бы издалека, я слышал, как кто-то требовал, чтобы я рассказал что-то, чего я совершенно точно не знал. Я пытался объяснить, что ничего не знаю, но меня не слушали.

Все это само по себе было мерзко и жутко, но они не собирались останавливаться на этом – и когда я понял, что они хотят сделать, мой инстинкт самосохранения наконец-то включился на полную мощность и заставил вспомнить полузабытые навыки кикбоксинга, которым я занимался в школе.

Очевидно, они намеревались не просто избить, но еще и искалечить меня. Пронзительный голос верещал:

– Сломайте ему запястья! Давайте, ломайте! И чуть позже из темноты радостный возглас:

– Вот! Так ему!

Руку пронзила острая боль. Я проклял все на свете. Сильные, здоровые и гибкие запястья необходимы стеклодуву не меньше, чем спортсмену-гимнасту.

Две из проворных фигур в черном размахивали бейсбольными битами. Один, с могучими плечами гориллы, явно был Норман Оспри. Позднее, припоминая, как все было, я понял, что только одному из нападающих хватило ума прижать мою руку к стене, прежде чем его «коллега» замахнулся битой.

Я никогда раньше не подозревал, как отчаянно может сражаться человек, которому угрожает потерять все, чем он дорожит. Мои запястья остались целы – только часы разлетелись от прямого удара битой. Я был весь в шишках, синяках и ссадинах, но пальцы работали, а это главное.

Быть может, эта драка кончилась бы тем, что я упокоился бы в земле рядом с Мартином, но все-таки Бродвей – это тебе не город-призрак в штате Невада. Воскресным вечером некоторые люди, к примеру, выгуливают собачек, и именно собачник заорал на моих врагов, а три зубастых добермана, гавкающих и рвущих поводки, были достаточно веским аргументом, чтобы темные фигуры передумали и растаяли так же быстро, как появились.

– Джерард Логан! – Высокий собачник, склонившийся надо мной, знал меня в лицо, так же как и я его. Он был ошеломлен. – С вами все в порядке?

Разумеется, нет. Впрочем, я ответил «да», как и полагается в подобных случаях.

Он протянул руку, чтобы помочь мне встать, но мне сейчас хотелось не встать, а лечь, и желательно – на очень мягкую перину.

– Может быть, вызвать полицию? – спросил собачник, хотя я знал, что он не питает особой любви к полиции – скорее наоборот.

– Спасибо, Том… Нет, полицию не надо.

– А что это было-то? – судя по голосу, он обрадовался, что полицию вызывать не надо. – У вас проблемы? Все это очень похоже на разборку…

– Ограбить хотели.

Том Пиджин, который кое-что знал о темных сторонах жизни, улыбнулся немного разочарованно и подтянул поводки своих грозных защитников. В свое время он заверял меня, что они больше лают, чем кусают. Мне в это не очень-то верилось.

Сам Том выглядел так, что ему и лаять не надо было. Он не отличался могучим сложением и борцовской шеей, но видно было, что он достаточно силен. Том был моим ровесником, но короткая темная бородка делала его старше и придавала ему угрожающий вид.

Том Пиджин сказал, что у меня на волосах кровь и что, если я дам ему ключи, он откроет мне дверь.

– Ключи я обронил, – ответил я и тяжело привалился к каменной стенке. Перед глазами все плыло. Никогда прежде мне не бывало так плохо – даже в школе, когда однажды, во время очень жесткого матча в регби, я оказался в самом низу кучи и мне сломали лопатку.

Том Пиджин упрямо шарил вокруг, пока не наступил на ключи и не отыскал их по звону. Он открыл дверь магазина и, придерживая меня за талию, довел до порога. Бдительные псы ни на шаг не отходили от хозяина.

– Пожалуй, внутрь моих собачек заводить ни к чему, а то у вас там всюду стекло, – сказал Том. – Дальше сами управитесь?

Я кивнул. Он прислонил меня к дверному косяку и убедился, что я держусь на ногах, прежде чем отпустить меня.

Том Пиджин был известен в Бродвее под прозвищем «Язва», поскольку был остер на язык и скор на расправу. Он благополучно отсидел полтора года за кражу со взломом при отягчающих обстоятельствах и, выйдя на волю, приобрел репутацию «отчаянного», о котором говорили со страхом и почтением. Но, как бы то ни было, меня он буквально спас, и я был польщен тем, что он так обо мне заботится.

Том терпеливо подождал, пока я приду в себя, и заглянул мне в лицо. Его взгляд говорил о том, что отныне Том принимает меня если и не за друга, то… скажем так, за своего.

– Заведите себе питбуля, – посоветовал он.