Но Рорку было тем более приятно прочитать черным по белому, что не кто иной, как Ева отправила Риккера за решетку.
Он уже готов был закрыть файл, когда его внимание привлекла пометка о поездке Патрика в Даллас. Время, место, связи… У него кровь застыла в жилах.
Патрик Рорк совершил перелет из Дублина в Даллас, Техас, под именем Рорк О'Хара. Прибыл в Даллас 12 мая 1980 г. в 17.30. Был встречен в аэропорту объектом, известным как Ричард Трой, он же Ричи Уильяме, он же Уильям Баунти, он же Рик Марко. Объекты прибыли на машине в отель «Каса Дьяб-ло», где Трой остановился под именем Рик Марко. Рорк снял комнату под именем О'Хара.
В 20.15 объекты покинули отель и направились пешком в бар «Черное седло», где оставались до 2.00. Запись разговора прилагается.
Там было много чего еще: стандартные отчеты о наблюдении за все три дня, что Патрик и Ричард Трой провели вместе, их встречи с другими такими же жуликами, как они сами, в барах и ночных клубах.
Они много пили и обсуждали перемещение партии боеприпасов с военной базы в Атланте.
Ричард Трой, он же Рик Марко. Отец Евы… Рорка не удивило, что этот проходимец тоже был доверенным лицом Риккера, хотя доверял он ему не так уж много. Его поразило, что ОБР знала об их встрече в Далласе. За несколько дней, всего за несколько дней до того, как Ева была найдена в переулке, избитая, изнасилованная, со сломанной рукой.
Они все это знали.
Объект Рорк О'Хара выписался из отеля в 10.35 на следующее утро. Трой отвез его в аэропорт, где он сел на рейсовый самолет до Атланты.
Трой вернулся в номер отеля, который делил с несовершеннолетней женского пола. Наблюдение за Рорком О'Харой поручено оперативному агенту Кларку.
— «Несовершеннолетняя женского пола», — пробормотал Рорк. — Ах вы, ублюдки! Подлые ублюдки, вы же все знали!
Гнев душил его, ему даже стало дурно. Он вывел на экран составленное ОБР досье Ричарда Троя.
Еще до наступления рассвета Ева зашевелилась и почувствовала, как его руки обнимают ее. Она повернулась в полусне, прижалась к нему, ощутила тепло его тела, а потом тепло его губ у себя на губах.
Этот поцелуй был так нежен, так хрупок, что она позволила себе отдаться ему, не выходя из состояния сумеречного полусна.
В темноте… Она всегда могла найти его в темноте, она всегда знала, что он окажется на месте, успокоит ее или, наоборот, возбудит.
Ева погрузила пальцы в его волосы, обхватила руками его голову и жадно ответила на его поцелуй. Их губы и языки сплелись, но поцелуй остался нежным, как сон, который она уже начала забывать. Остался только Рорк — его гибкое тело, его гладкая кожа, скользящая по ее коже, его запах и вкус. Она была вся полна им.
— Я люблю тебя. — Его шепот она ощущала кожей. — Я потерял голову от любви к тебе.
«Не потерял, — подумала Ева, улыбаясь в темноте и чувствуя, как ее пульс учащается. — Нашел. Мы ничего не потеряли. Мы оба нашли то, что искали. Друг друга».
Рорк прижался щекой к ее груди, закрыл глаза и на мгновение замер, слушая стук ее сердца. Ему надо было успокоить бушующие в душе чувства. Он хотел быть уверенным, что будет нежным с ней. Душа его разрывалась от желания быть нежным.
Ева сонно вздохнула, и он понял, что ей понравилось такое пробуждение. Что бы он с ней ни делал, ее сердце было открыто ему, и это открытое сердце подняло его на высоту, о которой он не смел и мечтать.
А потом он скользнул в нее, и они слились в единую тень, двигающуюся в темноте. Они слились воедино в этой большой постели под взмывающим к потолку окном, за которым начал брезжить жемчужно-серый рассвет.
Когда все было кончено, Ева продолжала обнимать его, и ей казалось, что она может лежать так бесконечно. Лежать тихо, ощущая его в себе и чувствуя себя счастливой. Ей нужно было набраться сил перед возвращением к реальному миру с его жестокостью и кровью. Перед возвращением на работу.
— Ева. — Рорк прижался губами к ее плечу. — Нам надо поговорить.
— М-м-м… Не хочу говорить. Спать хочу.
— Это важно. — Рорк отодвинулся от нее, хотя она протестующе застонала, и включил свет. — Мне очень жаль.
— О, черт! — Ева прикрыла глаза ладонью. — Сколько сейчас? Пять? О чем можно говорить в пять часов утра?
— Уже половина шестого. В семь здесь будет твоя команда, а наш разговор потребует времени.
Ева прищурилась.
— Разговор о чем?
— Вчера я взломал еще несколько файлов… Даже сквозь пальцы Рорк увидел, что она смотрит на него с раздражением.