Западня для Евы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ПРОЛОГ

Убить его было бы мало.

Ведь смерть — это конец, своего рода освобождение. Разумеется, он отправится в ад, в этом у нее сомнений не было, и там его душа будет обречена на вечные муки. Но это дело будущего. А пока пусть помучается на этом свете — да так, чтобы она могла на это посмотреть.

Лживый, двуличный сукин сын! Она хотела видеть, как он будет хныкать, молить о пощаде, пресмыкаться и ползать на брюхе, как и положено крысе из сточной канавы. Она хотела, чтобы кровь текла у него из ушей, чтобы он визжал, как девчонка. Она хотела завязать узлом его подлый член, и пусть он плачет и умоляет простить его. Не дождется, изменник!

Она хотела измолотить кулаками это красивое и гнусное лицо лжеца, превратить его в кровавое месиво. А уж потом — только потом! — пусть оскопленный и оставшийся без лица ублюдок сдохнет. Пусть корчится, пусть умрет самой медленной, самой мучительной смертью.

Никто, никто не смеет обманывать Риву Юинг!

Ей пришлось затормозить и поставить машину на аварийной полосе моста Квинсборо, чтобы отдышаться и хоть немного успокоиться: иначе она просто не справилась бы с управлением. Он посмел обмануть Риву Юинг. Она его любила, вышла за него замуж, доверяла ему безраздельно, и что же? Вот сейчас, в эту самую минуту, он занимается любовью с другой женщиной. Целует своим искусным лживым ртом, ласкает своими ловкими лживыми пальцами, доводит до исступления другую женщину!

И не просто какую-то там другую женщину, а ее подругу. Ближайшую подругу, которой она привыкла доверять, любила ее, рассчитывала на нее.

Все это не просто приводило Риву в ярость. Это было не просто больно — узнать, что ее муж завел роман с ее лучшей подругой прямо у нее под носом, а она и не заметила. Это было унизительно — собственным примером подтвердить справедливость поговорки: «Жена обо всем узнает последней». Она оказалась типичной обманутой женой, ни о чем не подозревающей блаженной идиоткой, слепо принимающей на веру любое слово изменника. Он говорил, что задержится на работе, или должен поужинать с коллегой, или отъехать из города на пару дней для получения нового заказа, а она верила.

«А самое обидное, — думала Рива, пока другие машины проносились мимо ее замершего на аварийной островке автомобиля, — что именно я, а не какая-нибудь простушка, так легко попалась на обман. Черт побери, я же эксперт по безопасности! Я пять лет проработала в Секретной службе и охраняла президента! Где же были мои глаза, уши, интуиция?»

Как это могло случиться, что Блэр чуть ли не каждый вечер возвращался домой от другой женщины, а она ничего не заподозрила?

«Потому что я любила его, — признала Рива. — Потому что я была счастлива, счастлива до безумия».

Она поверила в чудо, поверила, что такой человек, как Блэр — с его утонченными, изысканными вкусами, с его внешностью, наконец! — мог влюбиться в нее. Такой красивый, талантливый, блестящий! Свободный художник, элегантный представитель богемы с мягкими темными волосами и изумрудно-зелеными глазами. Теперь-то Рива понимала, что пошла ко дну в тот самый миг, когда впервые встретилась с ним взглядом, когда он послал ей эту свою убийственную улыбку. Через полгода они поженились и переехали в большой уединенный особняк в Квинсе.

Два года она отдавала ему всю себя целиком, каждую частичку своей души и тела. И все это время он водил ее за нос, как последнюю дурочку. Что ж, теперь он ей за все заплатит.

Рива стерла слезы со щек и глубоко вздохнула раздувая в душе гнев. Скоро Блэр Биссел узнает, какова она на самом деле!

Она вновь влилась в поток движения и погнала машину в северо-западную часть Манхзттена.

«Сука, ворующая чужих мужей» — только так Рива теперь мысленно называла свою бывшую подругу Фелисити Кейд — жила в очаровательном кирпичном особняке на северной окраине Центрального парка. Рива решительно выбросила из головы всякие воспоминания о том, как приятно проводила время в этом доме на званых обедах, импровизированных вечеринках, на знаменитых воскресных утренниках Фелисити, — и сосредоточилась на охранной системе.

Система была надежной. Фелисити коллекционировала предметы искусства и оберегала свою коллекцию, как пес с боем взятую сахарную косточку. Рива и познакомилась-то с ней три года назад как раз на этой почве именно она помогала проектировать и устанавливать в доме Фелисити систему охраны и сигнализации. Нужно было быть настоящим экспертом, чтобы проникнуть внутрь, или уж представителем элиты воровского мира, лучшим из лучших взломщиков.

Но когда женщина зарабатывает себе на жизнь — и весьма даже неплохо зарабатывает! — поисками уязвимых мест в охранных системах, лазейку она всегда найдет. Рива пришла не с пустыми руками. У нее были с собой два дистанционных пульта для декодирования и блокировки сигнализации, умещающийся на ладони мини-компьютер усиленной мощности, добытая незаконным путем универсальная полицейская отмычка, а также парализатор, который она намеревалась воткнуть прямо в яйца Блэру.

Что будет дальше, она еще не решила. Придется действовать по ситуации.

Рива вытащила из машины увесистую сумку с инструментами, сунула парализатор в задний карман брюк и решительным шагом направилась к парадному входу. Первый пульт она включила на ходу, зная, что после контакта с внешней панелью у нее будет всего тридцать секунд. На пульте замигали светодиоды. Сердце Ривы отчаянно колотилось, пока она отсчитывала время.

За три секунды до запланированного включения тревоги ей удалось просканировать первый код своим пультом. Рива перевела дух и бросила взгляд на темные окна.

— Не отвлекайтесь, делайте свое грязное дело, парочка слизней, — пробормотала она, включая второй пульт. — Мне тут понадобится еще несколько минут. А потом мы устроим настоящую вечеринку!

Внезапно за ее спиной раздался визг тормозов. Стремительно оглянувшись, она увидела такси у тротуара. Из машины вылезла смеющаяся подвыпившая парочка. Рива прижалась к двери, стараясь как можно глубже уйти в тень, и пустила в ход миниатюрную дрель, чтобы отвинтить боковую панель сканера ладони. К счастью, ее никто не заметил. С помощью тонкой как волос проволочки она подключила к панели свой мини-компьютер и шунтом обошла код. Пришлось выждать еще несколько секунд, пока механизм не сработал. Рива педантично привинтила панель на прежнее место, затем включила второй пульт для декодирования голосового устройства.

На это ушло больше времени — целых две минуту — но она ощутила покалывающие иголочки возбуждения, когда механизм включился и выдал последний голосовой ввод:

— Огюст Рембрандт.

Губы Ривы искривились в злорадной усмешке, когда голос ее лживой подруги прошептал пароль. Теперь ей оставалось лишь ввести скопированный цифровой код, а потом при помощи инструментов взломать последний, механический замок.

Рива проскользнула в дом, закрыла дверь и, повинуясь привычке, вновь включила сигнализацию. В доме было тихо, до нее доносился запах роз. Фели-сити всегда держала розы на столе в холле и меняла их еженедельно. Рядом с вазой неярким светом горела лампа, но Рива не нуждалась в свете. Она хорошо знала дорогу и, взяв парализатор на изготовку, решительно направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. В спальню.

Добравшись до площадки, она увидела именно то, что требовалось, чтобы довести ее гнев до точки кипения: тонкую кожаную куртку Блэра, небрежно переброшенную через перила. Эту самую куртку она подарила ему на день рождения прошлой весной. Эту самую куртку он небрежным жестом перебросил через плечо нынешним утром, когда целовал свою любимую жену перед отъездом и говорил, как сильно ему будет ее не хватать, как он ненавидит даже кратковременные отлучки из города. И шутливо потерся носом о ее шею.

Рива поднесла куртку к лицу, почувствовала его запах, и этот запах вызвал в ее душе острый приступ боли, чуть было не заглушивший гнев.