– Нет, нет, – возразил командир. – Конвой идёт, очевидно, тем же курсом, что и мы.
Такое объяснение показалось правдоподобным.
Столбы дыма росли гораздо быстрее, чем ожидал Шендлер. Но он не видел ни мачт, ни корпусов над горизонтом.
Когда же они подошли поближе, Шендлер уяснил неприятную правду. Дымы принадлежали двум энергично дымящим фабричным трубам на одном из островов Антильской группы. Взгляд на карту подсказал бы им это гораздо раньше. Но кому это могло прийти в голову в такую жару!
ГЛАВА XVII
«Лакония»
Примером может служить «U-68».
Вблизи британской военно-морской базы Фритаун[27] с лодки был замечен плывущий мешок. Первым его увидел штурман Гризе. В раздумье Мертен и Гризе разглядывали этого раскачивающегося на волнах молчаливого свидетеля гибели какого-то судна. В мирное время воображение нарисовало бы несколько картин того, как этот мешок попал в воду из трюма судна. А теперь, в военное время, тут нечего было напрягать воображение: этот мешок – с потопленного грузового судна.
– Мешок с мукой, – произнёс Мертен.
Гризе заметил, как глаза командира загорелись, и понял, что у того появилась какая-то светлая идея. Все остальные на мостике не отрывали глаз от своего сектора наблюдения, и мешок с мукой их не трогал.
– Неплохо бы, если с мукой, командир, – сказал Гризе многозначительно и вывел в воздухе рукой очертания батона.
– Ты так думаешь, Гризе? Но если даже это и мука, на что она сейчас похожа, подумай.
– Надо бы посмотреть, командир.
«U-68» развернулась в сторону мешка. Старшина Битовски взялся вытащить мешок из воды с удовольствием, поскольку это занятие нарушало монотонность жизни на лодке. Мешок был гладкий, скользкий, килограммов на девяносто. Хоффманн, кок, умело вскрыл его. Под мешковиной была сероватая кашица из намокшей и липкой муки. Кок копнул ножом поглубже – там была сухая, белоснежная мука. «Сделано в Канаде». Мокрый верхний слой отвалился, как шелуха ореха.
– Хоффманн, проверь и доложи мне, годится она или нет.
Через пять минут в люке появилась сияющая деревенская физиономия кока, обложенная рыжей неопрятной бородой.
– Годится, господин командир. Мука первосортная.
Всего из моря было выловлено пять мешков. Вечером кок колдовал у плиты, и на ужин команда ела оладьи по-берлински.
Ещё два человека очень радовались находке: Грециан, лучший пекарь хлеба, и Гест, мастер по пирожным. Их таланты, скромно скрываемые, обнаружил сам Мертен, у которого среди подводников была слава человека, умеющего использовать все лучшие стороны каждого члена команды и достоинства каждого предмета.
А вот ещё одна история, связанная с Мертеном.
Как-то его кок раскопал ржавую банку с чудесными австралийскими фруктами. Она осталась от того неудачного рандеву со вспомогательным крейсером «Атлантис».
– Жаль, что мы не можем зацепить эти суда, которые топим, чтобы посмотреть, что на них есть, – сказал Хоффманн. – На этих вспомогательных крейсерах сами не знают, в каком богатстве купаются.
Эта как бы между прочим брошенная фраза кока надоумила молодых офицеров сделать командиру кое-какие прозрачные намёки. Вначале Мертен пропускал их мимо ушей, но потом начал прислушиваться.
«U-68» находилась в спокойных водах, вдалеке от сильно охраняемых конвоев «Большого круга». Здесь царил мир, полное, ничем не нарушаемое спокойствие. Самолёт был здесь вещью неведомой. Почти то же самое можно было сказать и о грузовых судах.
Мертен решил, что следующее судно они стукнут так, чтобы оно застопорило ход, но не затонуло, а там дальше будет видно. Как-то ночью увидели за кормой долгожданный пароход. Старшина Буттке, который вёл наблюдение за кормовым сектором, увидел лишь еле различимый силуэт. Мертен стал напряжённо вглядываться в указанное ему направление.
– Та-ак… Уменьшается… Пропал, скотина!.. Нет, слава Богу! Он сейчас идёт курсом, противоположным нашему, в кормовом секторе!
Мертен поощрительно похлопал Буттке по плечу, а механику сказал, чтобы дали полный ход. Через десять минут силуэт стал ясно различим. После этого всё пошло, как на демонстрационных занятиях по тактике.
Торпеда попала в судно, но не в жизненно важную точку, как это описывал Мертен. Но на борту судна оказались, видно, крепкие ребята. Они не делали никакой попытки покинуть судно. А зачем, собственно? Судно оставалось на плаву, а пошлёт ли подводная лодка ещё одну торпеду после первого «неудачного» выстрела, это надо было ещё посмотреть.
– Ну что ж, надо подстегнуть их немного, – сказал Мертен.
Над мостиком судна просвистела пулемётная очередь с подводной лодки, и тогда команда забегала. Спущенные шлюпки направились к подводной лодке.
– Капитан Хо, – представился высокий худощавый человек в ближайшей к подводной лодке шлюпке. Человек, сидевший на банке рядом с ним, был механиком судна.
[27] В нынешнем Сьерра-Леоне.