– Будем надеяться. Всё возможно, с Божьей помощью.
– Извините, господин командир! Надо… я должен вносить это в вахтенный журнал? – обратился к командиру через некоторое время старшина рулевых.
– О чём это? Конечно, вносить, и пометить, что всё сделано по моему приказу, – отрывисто сказал Флаксенберг.
И последний пример такого рода. Вот выдержки из вахтенного журнала «U207»:
Потом следуют имена двух британских офицеров, трёх лиц старшинского состав и одного рядового.
Дальше запись Деница, сделанная по возвращении лодки на базу:
ГЛАВА XVIII
Опыты Хельмута Вальтера
Если вы опустите палец в стакан с концентрированной перекисью водорода (Н2О2), то вначале ничего не почувствуете. Но, вынув палец, вы увидите, что он обожжён и обесцвечен до линии погружения. Потом появится сумасшедшая боль. Одной капли этой перекиси на кусок дерева достаточно, чтобы дерево загорелось, и огонь при этом будет распространяться с большой скоростью. Погасить его можно только водой. Ни песком, ни обычным пенным огнетушителем ничего не добьёшься. Есть лишь несколько веществ – стекло, некоторые сорта резины, воронёная сталь V2 и V4, – которые не служат катализаторами в контакте с перекисью водорода.
Когда Вальтер представлял свои выкладки германскому флоту в 1937 году, он видел два способа применения кислорода, высвобождающегося при разложении, и выделяющейся высокой тепловой энергии пергидроля:
А. Он надеялся увеличить отдачу дизельных двигателей без необходимости использования кислорода воздуха.
Б. Он предвидел ещё большие практические возможности, если бы ему удалось применить сжатые газы, обогащённые кислородом, в качестве движущей силы для турбин.
Редер, однако, был не в состоянии выделить Вальтеру сумму, достаточную для проведения дорогих экспериментов, как бы он сам ни был уверен в том, что идеи Вальтера произведут революцию в подводном плавании. Но исследованиями Вальтера заинтересовались и в авиации в связи с планами создания радиоуправляемого истребителя, и Вальтер получил от влиятельного Геринга солидную сумму.
Работы велись Вальтером некоординированно, и это объяснялось, пожалуй, чертами характера изобретателя.
Этот беспокойный – я бы даже сказал изменчивый – научный гений не успевал запустить один экспериментальный проект, как прибегал в высокие кабинеты с новыми планами. Если бы военно-морской флот сумел дать Вальтеру адекватный штат учёных и техников, блестящие концепции Хельмута Вальтера воплощались бы в жизнь более упорядоченно и принесли бы более быстрые и реальные результаты.
Вальтер располагал небольшой группой сотрудников, она такой оставалась и в 1940 году, несмотря на то, что он сумел доказать, что его идеи, выдвинутые ещё в 1934 году и представленные Деницу в 1937 году, были, наконец, близки к реализации. Несмотря на скудные фонды и неадекватное оборудование, Вальтер сумел через несколько месяцев после начала войны создать первую экспериментальную турбину.
Оборудование было насколько примитивным, настолько и неэкономичным. На нём нельзя было использовать высвобождающийся кислород, потому что не было подвода газойля. Всё, что делало это устройство, – парокислородной смесью приводило в действие турбину.
Аппарат состоял из насоса для концентрированного вещества, трубопровода для пергидроля, катализатора, смешанного с пористой глиной, форсунки подачи парокислородной смеси и турбины.
Работал он довольно просто. Пергидроль подавался насосом из ёмкости и распылялся через мелкие форсунки на катализатор. Начинался процесс разложения. Высвободившаяся при этом вода превращалась под воздействием выделяющегося тепла в пар с температурой 485 градусов по Цельсию. Образовывалась парокислородная смесь, о которой говорилось, и под большим давлением она направлялась в турбину.
Первая экспериментальная модель показала, что аппарат развивает весьма высокую производительность и что с его помощью можно давать большую энергию на ограниченном пространстве. Надежды, взлелеянные на исследовательской стадии, похоже, стали реализовываться.
Экспериментальная подводная лодка «V-80», построенная в 1940 году, с «беспаровой силовой установкой», как Вальтер называл установку без камеры сгорания и дополнительного горючего, была испытана гражданскими инженерами судостроительной верфи «Германия», испытания прошли с успехом.
Лодка достигла подводной скорости в 26 узлов против 9 узлов обычной лодки. В верхах было полно людей, которые не поверили этим результатам, и ещё больше тех, которые рассматривали все эти эксперименты пустой тратой времени, дорогими, бесполезными и опасными.
Последняя часть этой критики являлась в некоторой степени оправданной. Очень скоро стало очевидным, что просачивание двуокиси углерода через сальники турбины, технически говоря, было неизбежным. Конструкторы, однако, предусмотрели эту возможность и придумали бронированную, газонепроницаемую переборку.
Тем временем на экспериментальном оборудовании Вальтер создал окончательный вариант, V-300, силовой установки с двумя гребными валами.
– А где, – спросили его в верхах, – вы предполагаете держать пергидроль? Ведь, как вы говорите, его нужно пятнадцать тонн на час работы.
Вальтер был готов ответить на этот вопрос. Достав из кармана карандаш, он на листе бумаги нарисовал круг, а под ним – другой, получилась фигура, похожая на восьмёрку.
– Верхний круг, – пояснил он, – это поперечное сечение обычного прочного корпуса лодки, а нижний круг представляет собой второй прочный корпус, соединённый с верхним.
В нижнем корпусе, пояснил Вальтер, он и предлагает держать пергидроль. Он должен быть достаточно большим, чтобы вмещать достаточное количество пергидроля, которого хватило бы на пять-шесть часов движения на максимальном ходу. Это позволит лодке, у которой будут и дизеля, и электромоторы, быстро подойти к конвою и столь же быстро уйти после атаки.
– А в какого рода ёмкость вы собираетесь поместить эту вашу чёртову штуку? – задали Вальтеру следующий вопрос.
Действительно, обычная топливная систерна тут не подходила. Систерну надо было покрывать изнутри либо стеклом, либо чистым алюминием, либо резиной, либо сталью V2 или V4. Но и это не решало проблем. При огромном расходе пергидроля надо было решить, как замещать эту быструю потерю веса в подводном положении. С обычным топливом всё было проще простого: поскольку топливо легче воды, оно выкачивалось сверху и замещалось в систернах по мере расхода морской водой, поступавшей снизу.
Пергидролю, однако, нельзя было вступать в соприкосновение с морской водой, так как произойдёт смешение и понижение концентрации пергидроля.