Темная сторона света: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Алек завел мотор и выехал на шоссе. Они довольно долго молчали, прежде чем Алек понял, что Оливия тихонько плачет, отвернувшись к окну. Он съехал на обочину и заглушил мотор.

— Оливия. — Алек отстегнул оба ремня безопасности и притянул ее к себе. На мгновение она прижалась к нему так сильно, что он ощутил ее влажное тело под белой блузкой.

— Прости меня, — пробормотала она, когда снова смогла говорить.

Оливия немного отстранилась, опустила голову. Губы Алека почти касались ее макушки. Он закрыл глаза и прижался губами к шелковистым волосам.

— Я так давно об этом не говорила, — призналась Оливия, — я даже не думала об этом. — Она подняла на него глаза. На длинных ресницах сверкали слезинки. — Я благодарна тебе за снисходительность. Мне всегда казалось, что я должна быть выше того, что со мной случилось, забыть о прошлом и помочь Клинту, но…

— Но ты знала, что не сможешь позаботиться о нем и о себе одновременно.

Оливия кивнула.

— Наверное, мне повезло, что меня изнасиловали. Я смогла вырваться оттуда.

— О каком везении ты говоришь! — изумился Алек. — Ты в любом случае ушла бы из дома.

— Не знаю. — Оливия снова села на свое место, откинулась, закрыла глаза. — Этот случай помог мне выбраться из помойки, но заплатила я за это слишком высокую цену. — Она открыла глаза и отстраненно посмотрела на пейзаж за окном. — Я стала избегать мужчин, страшилась секса и почувствовала себя еще более никчемной, чем раньше.

Алек внимательно смотрел на ее точеный профиль.

— Но ведь ты сумела это преодолеть, правда? Оливия кивнула.

— Пол изменил мою жизнь. Он был невероятно терпеливым.

Алек не сомневался, что Пол на это способен. Оливия улыбнулась, мечтательное выражение не уходило из ее глаз.

— Я так нервничала. Мне казалось, что после изнасилования я никогда не приду в себя. Я думала, что не могу никому позволить прикоснуться ко мне, ведь я не в состоянии предсказать собственную реакцию, физическую или эмоциональную. Пол стал первым мужчиной, которому я смогла доверять. Я знала, что он сумеет понять меня. Мне очень хотелось заняться любовью, но нам потребовалось четыре или пять ночей, чтобы… дойти до конца. — Оливия покраснела и покосилась на Алека. — Тебе неловко, когда я об этом говорю?

— Нет. — Голос Алека выдал его неискренность. — Мне приятно слушать тебя, и мне просто необходимо, чтобы ты напоминала мне о существовании Пола, потому что, когда я с тобой, я о нем забываю.

Оливия прямо посмотрела ему в глаза, потом продолжала:

— Пол писал стихи. Каждый день он приносил мне новое стихотворение, посвященное нашим отношениям. Иногда стихи были милыми и трогательными, иногда метафорическими. Что-то об охотнике, подбирающемся к добыче. — Оливия рассмеялась. — Наконец это получилось. Мне было двадцать семь лет, и я испытала первый оргазм. Я даже не представляла, что это настолько… потрясающе.

— Ты кончила в первый же раз, когда занималась любовью? — Алек сообразил, что вопрос бестактен, когда тот уже сорвался у него с языка. Но Оливия не смутилась.

— Да, — ответила она. — И с тех пор у меня с этим нет проблем.

— Тебе повезло. Анни… — Алек замялся. Ему было труднее говорить об этом, чем Оливии. — Анни это удавалось не всегда. Правда, я довольно быстро понял, что секс не слишком много для нее значил. Ей больше всего хотелось, чтобы ее приласкали, чтобы она почувствовала себя любимой. Анни говорила, что духовная близость — это ее лекарство, а секс — побочное действие.

— И все те годы, что ты был женат на ней, тебе приходилось сдерживать свои сексуальные потребности?

— Нет. Ты забыла, что я был женат на самой щедрой женщине в мире. Я всегда получал желаемое. — Алеку вдруг стало стыдно, что он так говорит о покойной жене с другой женщиной. — Ничего себе! — Он смущенно улыбнулся. — Не могу поверить, что мы с тобой об этом разговариваем.

Оливия ответила ему улыбкой, потянулась и спросила:

— Как насчет ужина? Я умираю от голода и мечтаю об исправном кондиционере.

Они остановились возле первого же ресторанчика, и их разговор перешел на более безопасные темы. Они говорили о маяке и грядущих выступлениях в его защиту. Как только они снова сели в машину, Оливия почти сразу же заснула, неловко запрокинув голову между подголовником и окном.

Когда они проезжали по мосту, ведущему в городок Китти-Хок, Алек разбудил ее. Закат был слишком красивым, чтобы пропустить его. Заходящее солнце окрасило небо в пурпурный и золотой цвета. Они опустили стекла в боковых окнах, и салон машины наполнился влажным морским воздухом. Оливия отстегнула ремень, встала на колени на сиденье и повернулась назад, чтобы смотреть на закат через заднее стекло. Алек заметил поехавшую петлю на чулке, вздувшуюся у пояса блузку, английскую булавку вместо застежки, и это показалось ему странно трогательным. Он протянул руку и легко коснулся ее волос.

Оливия снова села, и машина поехала по улицам Китти-Хок. Наконец Алек свернул на шоссе Кроатан, направляясь к дому Оливии.

— Ничего, что ты останешься одна сегодня вечером? — спросил он.

— Все нормально. — Оливия порылась в сумочке в поисках ключей. — Как только ты меня разбудил и на меня повеяло ветром с Внешней косы, сразу почувствовала себя лучше. Пусть у меня здесь всего один друг — ты, — это место все равно кажется мне домом.