Спиридов был — Нептун: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Кончалась зима, Григорий Спиридов готовил «Самсона» к выходу в море, как внезапно его опять отлучили от эскадры.

В конторе порта тот же пожилой секунд-майор поздравил его с производством в чин капитана 3-го ранга и тут же вручил ему предписание и подорожную в Казань, для привода лесов к петербургскому Адмиралтейству.

— Не переживайте, сударь, — успокаивал он Спиридова, — сие знак внимания и доверия к вам начальства. Для такого предприятия отбирают самых надежных офицеров...

Как оказалось, в самом деле поручение было делом хлопотным и заставило Спиридова до первых заморозков проводить сплав корабельного леса в долгом пути по Волге, шлюзами Мариинки, по Ладоге и Онеге.

Где-то на Обводном канале пришла весть из столицы: наконец-то разрешилась от бремени великая княгиня, и 24 сентября Петербург салютовал из пушек новоявленному наследнику, Павлу Петровичу.

Подвыпившие задарма люди веселились, а та же придворная челядь язвительно ухмылялась: «Младенца-то по праву Сергеичем величать следует, а не Петровичем».

Не скрывал своего раздражения и Петр Федорович: «Бог знает, откуда моя жена берет свою беременность, я не слишком-то знаю, мой ли это ребенок и должен ли я принять его на свой счет».

Наверняка знала об этом и Елизавета. Спустя две недели Сергея Салтыкова отправили с радостной вестью к шведскому королю. С этой поры начались странствия Сергея Салтыкова по разным странам на дипломатическом поприще, и путь в Россию ему был заказан. Свою миссию он выполнил, а следить в царских покоях не полагалось...

Как ни пеняли члены Адмиралтейств-коллегии своего престарелого президента, все-таки князь Михаил Голицын не страшился ходить на доклады к императрице. Постепенно выправлялась служебная лестница у офицеров флота, звания стали присваиваться, как положено, по срокам и за отличия, по его ходатайству упорядочили подготовку офицеров. Взамен прежних заведений — Морской академии, гардемаринских рот, Навигацкой школы — создали единый Морской шляхетный кадетский корпус; правда, теперь принимали в него лишь дворянских отпрысков. Не забывал Голицын и основного предназначения флота. Десять лет корабельные пушки только салютовали холостыми зарядами по праздникам и при встрече с иноземными эскадрами. Требовалось многое освежить в памяти, пересмотреть регламент для действий в морском бою, обновить Свод морских сигналов. Голицын подобрал опытных командиров, назначил комиссию, одним из первых в нее определил Григория Спиридова. На этот раз служба свела его с капитан-командором Семеном Мордвиновым и, как оказалось, надолго. Вдвоем они прежде всего взялись за приведение в порядок Свода сигналов.

На море без него корабли глухонемые, а в тумане и ночью — точно слепые: не знают замыслов и команд флагмана, не могут подать весть о себе, даже в смертельных случаях. А во время боя с неприятелем только сигналы флагмана являются приказом для кораблей эскадры. Лишь сигналом командиры рапортуют флагману об исполнении приказов.

Спиридов сразу расположил к себе главу комиссии:

— Читывал я, ваше превосходительство, суждение ваше об эволюциях, они трактуют однозначно о линейном строе.

Мордвинов давно не слышал суждений о своей книге, почти двадцать лет минуло.

— Сие плод не столько моих суждений, Григорий Андреевич, сколько рассмотрение тактики флота Поля Госта. Пришлось мне ее штудировать, будучи во французском флоте. Не все там мне по душе, мы с вами как-нибудь об этом потолкуем.

Открыв «Книгу сигналов корабельных», Мордвинов и Спиридов начали кропотливую работу.

Прошло немного времени, и Спиридова отозвали в Морской кадетский корпус. Туда потребовались грамотные, опытные офицеры. Мордвинов настоял, чтобы Спиридов продолжал работу и в его комиссии.

— Мне с вами, Григорий Андреевич, весьма сподручно, у нас одно мышление о корабельных эволюциях. Так что выкраивайте время и милости прошу ко мне. Ваш новый начальник капитан 1-го ранга Нагаев тоже в сем деле лицо заинтересованное.

В Морском корпусе его встретил Харитон Лаптев, не забыл прежнюю совместную службу на Балтике двадцать лет назад.

— Нынче, Григорий Андреевич, надобно нам совместно смену готовить, на судах, сам знаешь, нехватка сплошь офицеров и штурманов.

Вечером Харитон рассказывал о своих похождениях на Таймыре, у Ледовитого океана, вспоминал Семена Челюскина.

— Рассказывал мне о тебе Семен, — говорил Спиридов, — да больно не жалуют его по службе, а зря, такое мытарство испытал.

За последние годы не раз Спиридов задумывался об участи моряков-следопытов, с которыми коротко был знаком — Чирикова и Чаплина, Овцына и Челюскина, братьев Лаптевых и Софрона Хитрово. «Великие дела творят ради потомков, новые дороги в океан отыскивают, а судьба у них не всегда завидная».

При очередной встрече Мордвинов протянул ему тонкую книжку:

— Подивитесь на досуге на оду сию о Великом Петре Михайлы Ломоносова, мне довелось весной ее слушать. Хвалу безмерную он возносит создателю флота нашего, чтобы потомки чтили.

Спиридов перелистал страницы и возвратил ее.

— Сия книжица у меня в шкафу другой месяц. Ломоносов и в самом деле в науках, видать, достоин первым числиться среди прочих академиков, а по словесности равных ему нет.

Начитанность Спиридова укрепила у Мордвинова прежнее мнение о любознательности собеседника.

— Слава Богу, у нас с вами совпадают интересы, Григорий Андреевич, давай-ка займемся Сводом сигналов. Никак вскоре понадобится. Запахло порохом в Европе.

Глава 5

СТРАННАЯ ВОЙНА

Полтора десятка лет мирной передышки для России были благом. Но мускулы армии за это время одряхлели. Караулы и парады поддерживали внешний лоск, кое-как снаряжали полки пушками и припасами, офицеры и генералы больше пеклись о своих интересах, надеясь в случае войны, как обычно бывает у русских, на авось. Легкомыслие проистекало от власти — Елизавете почему-то вздумалось возвести в генерал-фельдмаршалы своих прежних фаворитов Алексея Разумовского и Александра Бутурлина. Бывший певчий в военном деле совершенно ничего не смыслил.