Спиридов был — Нептун: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но далее Апраксин повел себя странно, не преследовал отступающих немцев, а приказал армии отходить. Как выяснилось, он получил письмо от Бестужева и Екатерины о том, что императрица вновь слегла и, видимо, не встанет. «На смену ей придет голштинец, жди беды», — размышлял трусливый от природы Апраксин. Но Елизавета оправилась, Апраксина вызвали в столицу, арестовали и предали суду. Его место занял генерал Фермор, англичанин, весьма недолюбливавший Румянцева. Фермор так же действовал в духе Апраксина, и после сражения у Цорндорфа его заменил энергичный генерал Петр Салтыков. В кампании 1759 года в сражении у Кунерсдорфа русская армия наголову разгромила пруссаков. И в этой схватке решающую роль сыграл генерал-майор Пето Румянцев, его полки, его личная отвага в бою.

Начало войны с Пруссией капитан 2-го ранга Григорий Спиридов встретил командиром на борту 66-пушечного линейного корабля «Астрахань». Назначение состоялось по ходатайству адмирала Мишукова.

В конце мая 1757 года Кронштадтская эскадра под флагом Мишукова направилась к берегам Пруссии для помощи армии и блокады неприятельских берегов. Накануне войны престарелый Мишуков таки дождался вожделенного звания полного адмирала, а Спиридова произвели досрочно в капитаны 2-го ранга. Так уж повелось, что светская власть в преддверии схватки с неприятелем старается ублажать своих военных защитников.

Впервые Аннушка провожала супруга на войну. Она уже пятый месяц ожидала ребенка, а вокруг нее резвились, дергая друг друга, трое малышей. Самый шаловливый, четырехлетний Алексей, то и дело задирал младшего — неуклюжего Матвея, а вокруг них степенно прохаживался, разнимая братьев, старший Андрей. Он то и дело подходил к отцу, прижимался лбом к висевшему на ремне палашу и, задирая голову, солидно спрашивал:

— Никак, тятенька, сызнова в море? Меня-то когда с собой возьмешь?

Отец, приглаживая его торчащие вихры, успокаивал:

— Погоди, Ондрюшенька, еще одну-другую кампанию, и ты паруса свои вздуешь, в Шляхетный корпус пойдешь науки морские постигать.

— Бог с тобой, — испуганно отшатнулась Анна, прижимая к себе Андрея, — не пущу его, хватит, ты на море всю жизнь пропадаешь.

— Каждому своя судьба, Анюта, все полюбовно. Морюшко меня привечает, а я к нему прикипел.

Двое младших перестали шалить, схватили отца за палаш и со слезами завопили:

— И мы на море хаживать желаем!

— Будет вам и море, — Григорий взял на руки младшего, вытирая слезинки, — а ныне маменьку слушайте, она у вас за командира.

Спиридов незаметно вздохнул, опустил малыша, и ребята притихли, прислонившись к широкой юбке матери.

Спиридов трижды поцеловал супругу, та, прижимаясь, осенила его крестом, утирая слезы, прерывисто проговорила:

— Да хранит тебя господь!

Все обошлось. Эскадра полностью блокировала побережье Пруссии, корабли отличились при взятии важной приморской крепости Мемель. Среди других начальство выделило и действия Григория Спиридова производством в капитаны 1-го ранга.

Балтийский флот в первых двух кампаниях войны успешно подпирал фланги русской армии при продвижении ее в глубь Пруссии, а затем и Померании. Снабжение армии шло морским путем, и малейшая задержка приводила к неудаче. В жестокие осенние штормы 1758 года погибло 11 транспортов с вооружением и продовольствием, и наши войска потому сняли осаду сильной крепости Кольберг. В том же году русская эскадра заняла позиции вблизи Копенгагена, чтобы воспрепятствовать прорыву в Балтийское море Флота Англии.

Командир флагманского корабля «Святой Николай» капитан 1-го ранга Григорий Спиридов неделями не сходил с мостика. В любую непогоду вышагивал на шканцах с подзорной трубой. Со стороны Штральзунда на помощь пруссакам ожидался английский флот. Командующий эскадрой престарелый адмирал Захарий Мишуков сладко подремывал в салоне флагмана. На корабле, где командовал Спиридов, он уже третью кампанию держал свой флаг и не ведал забот. Знал, что в любой обстановке командир флагманского корабля примет наиболее разумное решение и своевременно отдаст приказ кораблям эскадры от его имени. В четвертую кампанию флагману уже не пришлась по душе самостоятельность Спиридова.

В том, 1760 году был предпринят дерзкий рейд русской армии под командованием генерала Чернышева, который закончился успешным штурмом Берлина. Взятие Берлина деморализовало Пруссию. В Петербурге были бы вполне довольны исходом событий, если бы не странные действия командира одного из штурмовых отрядов генерала Тотлебена. Вначале он, вопреки плану командующего генерала Чернышева, первым вошел в Берлин, покинутый неприятелем, потом самовольно принял капитуляцию от магистрата, получив с города мизерную контрибуцию...

А вот в ставке Фридриха II, оказывается, этим были не очень огорчены. Король только что дочитал пересланное со шпионом очередное донесение Тотлебена и вызвал полковника разведывательной полиции Шица.

— Сегодня же, полковник, отправьте почту нашему другу Тотлебену. Выскажите ему признательность за действия в Берлине, разумеется, подкрепив ее суммой... в тысячу талеров, они стоят трех миллионов уменьшенной контрибуции за Берлин.

Шиц внимательно слушал короля.

— Добавьте в конце письма, что я прошу его продолжать оказывать нам добрые услуги еще одну кампанию... А сейчас вызовите ко мне генерала Веделя.

Генералу Веделю король сообщил, что он получил достоверное известие об осаде Кольберга, и добавил:

— Я не могу терять эту крепость, это будет для меня величайшим несчастьем. Напишите полковнику Гейделю — крепость не сдавать ни при каких обстоятельствах. Мы постараемся оказать ему всяческую помощь.

Два года тому назад, после сражения при Цорндорфе, русские пытались овладеть Кольбергом, но безуспешно. После двух месяцев пассивных боев русская армия, испытывая недостаток в оружии и продовольствии, сняла осаду и ушла на зимние квартиры. Нынче, одновременно с наступлением на Берлин, русские войска предприняли новую попытку взять Кольберг. Существенная роль на этот раз отводилась флоту. В середине августа к Кольбергу подошел Балтийский флот — 21 линейный корабль, 3 фрегата, 3 бомбардирских корабля. На транспортах находилось три тысячи десантных войск. Но время было упущено, флот слишком поздно включился в осаду. Чересчур осторожный Мишуков, невзирая на предписание Адмиралтейств-коллегии, в море не выходил, уповая, что войска у Кольберга создадут перелом, а флот лишь довершит осаду крепости.

В салоне флагмана, на линейном корабле «Святой Дмитрий Ростовский», адмирал Мишуков держал консилиум командиров кораблей. По установленному порядку, при всех сколь-нибудь важных обстоятельствах командующий эскадрой обязан был созывать совет командиров и действовать по его решению. Такой порядок с некоторых пор не столько приносил пользы, сколько вреда. Подобные советы зачастую прикрывали щитом устава нудную вялость и рутину многих командиров иноземных и нерешительность, а иногда и вредное бездействие, командующего эскадрой.

К трапу флагмана подошла шлюпка с командиром «Иоанна Златоуста». Не успел Алексей Сенявин ступить на палубу, как попал в крепкие объятия товарища — Спиридов дружески приветствовал Алексея, Увлек его на шкафут. Разговорились. Спиридов горячо отстаивал необходимость немедленного десанта и штурма крепости, и Сенявин полностью поддержал друга. Но так думали немногие.

В салоне флагмана сгорбленный адмирал Захарий Мишуков, которому уже перевалило за 75 лет больше всего радел о своем спокойствии. Тяжело поднявшись с кресла, хриплым голосом проговорил:

— Тому три года викторию знатную под Мемелем взяли токмо нашими бомбардирами корабельными. Регламент предписывает перво бомбардировать крепость... Ныне нет пока надобности десантом рисковать...