— Ни-ни… Вам, считайте еще повезло…. С проповедниками ислама тут обычно еще хуже обходятся…
Стол под ним заскрипел. Он с внезапно вспыхнувшим любопытством повернулся к Избору.
— Чего это вы еще проповедовать — то взялись? На халат польстились?
Избор смолчал, хотя понимал, что уж кто-кто, а этот человек знает всю их историю доподлинно.
— Не за свое дело взялись… Ну да ладно Бог вам судья.
Он подбросил ковчежец. Талисман внутри звякнул, возвращаясь в руки чужого мага.
— Я что? Я спасибо сказать пришел. Хорошо вы его несли и принесли вовремя. Если бы не вы…
Он покачал головой.
— Не справился бы…
Маг оглядел богатырей. Никто из них не проронил ни слова. Они молчали, а это значит, что его слова не дошли до них, не ранили гордости, а хотелось задеть поглубже.
— Нет… Я серьезно, — повторил он. — Если бы не вы, то все, что задумано, все прахом пошло бы…
— Еще пойдет прахом-то, — не выдержал хазарин. — Погоди только малость…
Сотник сверкнул глазами, обещая магу неприятности в самое ближайшее время.
— Ну, это только если вы со стенки слезете… — усмехнулся маг.
— Слезем, слезем, — пообещал Гаврила. — Непременно. Зимовать не останемся…
Он загремел цепями.
— «Непременно», — передразнил Санциско, уверенный в своей работе. — Сами не слезете. Вот снимут вас завтра это точно и четвертуют в хорошей компании.
Избор понял чего добивается маг и решил помочь ему — мало ли чего сболтнет в разговоре. Разговор он ведь как меч — с двух сторон острый.
— А что это так по легкому? Четвертуют… Я и не думал, что так легко отделаемся, — подал голос воевода. — Ты прямо благодетель какой-то… Вон тут всякого добра сколько. Даже, говорят, сапог какой-то есть, а ты — всего-навсего четвертовать…
Маг довольно хлопнул его по плечу.
— А то… Вы мне помогли, я вам… Святое дело…
— Чем же мы тебе помогли, понять не могу?
— А тем, что в конце концов тут очутились… И вы и бабы ваши…
— Какие бабы? — насторожился Исин.
— Да поляницы, — пренебрежительно махнул рукой маг. — Нашли кого подослать…
Едва гость упомянул о поляницах, как Избор понял, что сейчас перед ними стоит их самый главный враг — самый главный из остроголовых.
— Да, — сказал тогда воевода, — Побегал ты за нами по всей Руси…
— Побегал, — согласился маг. — Ноги у вас быстрые…
— Что ноги? Головы умные, — не согласился с ним Гаврила. — Столько родни твоей намяли — вспомнить приятно.
— Родни? — насторожился Санциско. Гаврила спокойно улыбаясь закивал.