Эстафета разума (сборник): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Время-то бежит… Через десять минут заседание в исполкоме… Пойду… Твои сегодня в гравировку отдадим, — объяснил он Тимофею. — Так что вручим через несколько дней. Да ты вот что: напиши-ка сейчас поразборчивее на бумажке свою фамилию, имя, отчество, должность, год рождения… Что еще?.. — Он вопросительно взглянул на директора, который в ответ молча пожал плечами. — Еще, пожалуй, напиши «за задержание двух вооруженных преступников» и вчерашнюю дату…

Тимофей послушно написал все, что велел Иван Иванович. Слово «вооруженных» заставило его задуматься: одно «н» или два?.. Он написал с одним «н», потом добавил второе, перечеркнул и исправил еще раз. Теперь это слово при желании можно было читать и с одним «н» и с двумя. Тимофей вздохнул, отдал бумажку Ивану Ивановичу, еще раз пожал его большую рыхлую руку, смущенно кивнул директору и отправился в свой отдел.

В милицию Тимофея вызвали через несколько дней, уже после того, как в исполкоме в торжественной обстановке ему вручили грамоту и наручные часы «Электроника» с дарственной надписью. На следующий день после вручения награды в вечерней газете появилась небольшая заметка о Тимофее, и он, возвращаясь с работы, останавливался у каждого газетного стенда и перечитывал эту заметку. А в киоске возле дома купил десять экземпляров газеты, пояснив старушке киоскерше, которую знал много лет: «Про меня сегодня написали». И показал — где… Старушка затрясла головой, сочувственно зацокала, но читать заметку не стала. Только отложила одну газету и, свернув ее, сунула в авоську, где лежали буханка хлеба и пакет с сахаром.

Одно было досадно… Журналист, написавший про Тимофея, спутал отчество. Вместо Иванова Тимофея Кузьмнча в заметке говорилось про Иванова Тимофея Константиновича. Впрочем, знакомые едва ли обратят на это внимание. Большинство называло его просто Тимом, а многие, вероятно, даже и не помнили отчества…

Вызов в милицию испугал Тимофея. Опять все придется объяснять сначала. Да еще, пожалуй, предложат показать эти его «приемы». Тут и Зорро не поможет… А если объяснить, как в действительности было, разве поверят!.. Все эти дни Тимофей присматривался и прислушивался к себе как бы со стороны. Однако ничего необыкновенного не замечалось… Все было привычно и обыденно. Пробовать останавливать время он больше не решался. А вдруг теперь ничего не получится! Сама эта мысль приводила его в ужас. Во всяком случае, если удивительная способность еще не исчезла, пользоваться ею надо с крайней осмотрительностью, в самых исключительных случаях. Скорее всего он владеет этой способностью в каком-то определенном объеме. В каком — он не знал… Любой объем составлял его Тимофея — богатство. А богатство следовало беречь…

Он стал сосредоточен и молчалив… На работе это сразу заметили, но решили, что он просто задирает нос. Чтобы проучить «гордеца», условились при нем больше не вспоминать о его геройстве. Впрочем, когда Тимофея не было поблизости, разговоры неизменно возвращались к его поединку с бандитами. Вскоре некоторые девушки-чертежницы начали утверждать, что в Тимофее что-то есть… А Зойка Несерчаева во всеуслышание объявила, что всегда симпатизировала рыжим и вообще быть рыжим сейчас модно… И на следующий день перекрасила свои светлые волосы в рыжий цвет… Ее примеру последовали еще несколько чертежниц. Жора просто чернел и сох от неукротимой зависти, а Тимофей, казалось, ничего не замечал…

— Прикидывается, — сверкая глазами, утверждала Зойка. Разыгрывает демоническую загадочность. Цену набивает! Ничего, подождем…

Впрочем, ее терпение быстро иссякло, и Зойка, вероятно, чтобы «расшевелить» Тимофея, стала вдруг необыкновенно внимательной к нему и заботливой.

А он, занятый своими мыслями, и этого не замечал. Когда Зойка на глазах всего отдела пропустила Тимофея перед собой вне очереди за кофе, он, вместо того, чтобы заказать кофе с пирожным и ей, заказал только одну порцию себе, а уходя от прилавка, ухитрился опрокинуть стакан с горячим кофе на ее новое платье. Он, конечно, расстроился, но совсем не так, как должен был, поэтому Зойка долго и безутешно рыдала в туалете, пытаясь отмыть с платья отвратительные коричневые пятна.

Перед тем, как отправиться в милицию, Тимофей все-таки решил проверить, получается у него фокус со временем или нет.

Он положил перед собой свои электронные часы и, дрожа от волнения, мысленно приказал:

— Время остановись… пожалуйста… на две секунды…

Тотчас в зеленом окошечке электронного табло, где сменяли друг друга цифры, указывающие бег секунд, замерла без движения семерка. Судя по электронным часам, время остановилось. Тимофей перевел дыхание и вытер ладонью влажный лоб. Две секунды: сколько это давало времени ему? В комнате царила необычная тишина, хотя только что играло радио. Настенные часы тоже, казалось, остановились.

Тимофей решил посмотреть, что делается на лестнице. Он прошел в переднюю и быстро распахнул наружную дверь. На площадке стояла на одной ноге пожилая соседка, жившая этажом выше. Вторую ногу она подняла, чтобы поставить на ступеньку лестницы, но еще не успела этого сделать. Казалось, она застыла, выполняя па какого-то странного танца. В протянутой вперед правой руке она держала на весу авоську с яйцами. На распахнувшуюся рядом дверь не обратила внимания и смотрела куда-то вверх и вперед. Тимофей подумал, что сейчас мог бы взять у нее из рук авоську с яйцами, занести к себе в квартиру, и она бы ничего не заметила. А потом, вероятно, рассказывала бы соседям про чудо с исчезнувшей авоськой… Однако сейчас Тимофея больше всего волновала продолжительность двух секунд… Когда время потечет нормально? Ведь не может же остановка продолжаться до бесконечности. Соседка все еще стояла неподвижно на одной ноге. Тимофей покачал головой, захлопнул входную дверь и вернулся в комнату. В секундном окошечке электронных часов по-прежнему светилась семерка.

«Придется уточнить в другой раз, — решил Тимофей, — пора идти. Главное я проверил. Даже две секунды, это довольно много времени».

Глядя на табло часов, он мысленно приказал: «Время, нормальный ход».

Тотчас в секундном окошечке выскочила цифра «восемь», потом девятка, зазвучало радио и послышался чей-то громкий голос на лестнице.

«Ну, была не была, пойду», — решил Тимофей. Он засунул в карман открытку, присланную из милиции, надел плащ и снова открыл выходную дверь.

На площадке теперь оказалась целая толпа. Двери соседних квартир были открыты настежь. В дверях виднелись взволнованные лица соседей. Когда дверь квартиры Тимофея распахнулась, на площадке стало очень тихо, и все взгляды устремились на Тимофея.

— А может, эта, — услышал Тимофей чей-то голос. — Вы, молодой человек, минуту назад дверь не открывали?

На ступеньках лестницы, опершись спиной о перила, сидела соседка сверху — та самая, а рядом лежала авоська с разбитыми яйцами. Белок и желток, перемешавшись, уже образовали небольшие водопады, медленно стекавшие со ступеньки на ступеньку,

— Что случилось? — осторожно спросил Тимофей.

— Вроде кто-то дверью хлопнул… Мария Ивановна испугалась и яйца побила.

— Если бы хлопнул, — возразила Мария Ивановна, продолжая сидеть на ступеньках. — Что я, не слыхала, как дверьми хлопают? Не хлопнул, а стрельнул, или словно бы тут бомба какая атомная лопнула над самым ухом.

— У вас, Тим, никто не стрелял? — поинтересовался сосед, стараясь заглянуть в квартиру Тимофея.

— A y вас? — невежливо отрезал Тимофей, запирая дверь.

Сосед глупо хихикнул.

— Показалось ей, наверно, — заметила одна из женщин. Мы-то никто ничего не слышали.

— Показалось! — возмутилась Мария Ивановна, с трудом поднимаясь на ноги. — Три десятка яиц коту под хвост. А вот не показалось… Не иначе кто-то из вас схулиганил. Я это так не оставлю. Заявление участковому напишу…

— Лучше лестницу вымойте, — сказал сосед Тимофея. — Поскользнется кто-нибудь, ногу сломает.