— Тогда возьмут Сухуми, — подхватил Сергей. — Но пусть сперва попробуют разбить. — Взял еще пирожок. — Вкусно!
— Они идут в Сухуми? — вернулась к своему вопросу Наталка.
— Судя по сводке — стоят. А вообще, черт их знает! Через два-три дня смогу сказать точно.
— Почему через два-три?
— Потому, что буду там.
— Там? — Наталка прижалась к его груди, обхватила за шею руками. — А я как же?..
— Ты останешься.
— Я не могу без тебя, — сквозь слезы проговорила она.
— Ну-ну, выше голову, — Сергей ласково тронул ее за подбородок. — Мне тоже будет нелегко, а что поделаешь. Я люблю тебя и хочу, чтоб ты осталась здесь. Нет, нет, и не проси. Ни в коем случае! У тебя есть работа, комната. Ты учишься. И тут пока спокойнее…
— Я опасности не боюсь.
— Не в этом дело: трудно сказать, где будет опаснее — тут или там.
— С тобой нигде не страшно.
— Боюсь за тебя, Наташа, — спокойно заговорил Сергей. — Боюсь потому, что хочу быть с тобой не только сейчас, а и потом, когда кончится война. Всегда. Вот для этого и надо расстаться. Война не может длиться вечно. И притом, — он взял ее за плечи, — ты должна стать матерью… У нас будет девочка.
— А если мальчик? — повеселела Наталка.
— Пусть мальчик. Потом и девочка будет… Света. — Сергей потрогал ее за нос. — Вот такая упрямая, как ты.
— Я не упрямая.
— Ну, курносая.
— И не курносая. Не говори так, — она схватила его за уши, стала трепать. — Не говори, не говори!
— Кончится война, и Свете, наверное, будет года два-три.
— Ой, что ты! — встрепенулась в испуге жена. — Неужели еще столько?
— Да, пожалуй, не меньше, — с грустью в голосе произнес он. — Фашистов еще придется назад, в Германию, гнать. А ты думаешь, они так и пойдут?.. Упираться будут. Эх, Наташка, Наташка, — вздохнул Сергей. — Давай-ка лучше, Наталья Ивановна, будем спать.
Она потянулась к часам: скоро два.
Сняв гимнастерку, Сергей начал разуваться. Жена погасила свечку, подошла к кровати:
— Пусти к стенке. Ну, пусти же, — теплая, неловкая полезла через него. Потянула на себя одеяло и вдруг насторожилась: кто-то стучал в дверь. — Слышишь, Сережа?
Он вышел в сени:
— Кто там?
— Связной, товарищ капитан… Тревога.
Метнулся назад, ни слова не говоря начал одеваться. Жена приподнялась в постели: что-то нехорошее угадывалось в его торопливости.
— Кто приходил?
— Командир вызывает. Да ты не волнуйся.