– В чем дело?
– Ни в чем, – помотал он головой.
– Ты выглядишь расстроенным.
– Коробка жжет мне пальцы. – Он развернулся и зашагал на кухню, не взглянув даже, идет ли она за ним.
Не отстает – он это понял по цветочному аромату: должно быть, шампунь. Его желание обнять ее покрепче и любить, любить… несколько часов. Нет, черт возьми, несколько дней – и то будет мало.
Может, он тогда избавится от этого наваждения и выкинет ее из головы? Поднимется наконец спокойно на борт «Леди Миллион» и уйдет в открытое море – туда, где садится солнце? Или будет, как чайка, носиться над портом, с благодарностью хватая любую подачку? Совсем мрачный, Макс опустил на стол коробку, – даже поднимающийся от нее аромат его не утешил. А он-то надеялся, что горячая еда отвлечет его мысли от горячего желания, которое он испытывал к этой прелестной женщине. Между прочим, она остановилась рядом с ним и глаза ее так и горят… на коробку с пиццей.
– А не открыть ли? – прошептала она.
Ну конечно, так и есть! Он рывком сдернул крышку, раскрыл пиццу – начинена, кажется, всем, чем только возможно, – и услышал восхищенный вздох Ари.
– Я достану тарелки. В холодильнике есть содовая, возьми сама, – уныло пробурчал он.
Пока он расставлял тарелки и приборы, Ари небрежно опустила на массивный круглый стол банку с диетсодой и как ни в чем не бывало выглянула в окно, на проходивших мимо туристов. – В доме внизу магазин?
Он это подтвердил, водрузив пиццу и пироги в центр стола. Салфеток под тарелки у него нет. Как она к этому отнесется?
– А какой магазин?
– Я сдал помещение магазину сувениров. – Он взял со спинки стула рубашку, надел, машинально застегнул на пару пуговиц, лишь бы держалась, и скомандовал, любуясь ее изящными бедрами, пока она еще не отошла от окна: – Иди есть! – И коленки симпатичные. Интересно, боится она щекотки? – Можешь начать с пиццы, а можешь с пирога – выбирай.
Наконец-то она села вместе с ним за стол. Голые коленки мимоходом коснулись грубой ткани джинсов, когда она устраивалась напротив него.
– Я начну с пирога со шпинатом.
– Дать тебе бокал? Льда?
– Да нет, и так сойдет.
Ари отодвинула банку с содовой и принялась за пирог. Еда – вот что отвлечет ее от секса.
На какое-то время это и правда сработало, но, к сожалению, ужин не мог длиться вечно. Ари помогла Максу убрать кухню, то есть стожить приборы в посудомоечную машину, а остальное просто выбросить в мусоропровод. Они съели все до последней крошки.
– Когда я приглашу тебя на ужин в следующий раз, напомни, чтобы я заказал двойную порцию, – подвел итог Макс.
– Ладно, – согласилась она, снова останавливаясь у окна с видом на океан. Дул легкий ветерок, пропитанный запахом моря. – Какой чудесный вечер!
– Хочешь пройтись? – Он подошел поближе и через ее плечо бросил взгляд на розовеющее небо.
– «Багряный рассвет»… – начала Ари напевать популярную песенку.
– «Моряку угроза, – подхватил Макс. – Багряный закат…»
– «Восторг моряка», – пробормотала она, не отводя глаз от горизонта.
Он прикоснулся теплой ладонью к ее плечу, легонько погладил. Сейчас никакие бретельки не мешали ласке, тонкая ткань его футболки свободно скользила по плечу Ари, и ему отчаянно захотелось ее обнять. Но он пообещал, что не станет соблазнять ее, и намеревался свое слово сдержать. Пальцы его с сожалением сжали ее предплечья, и он отступил подальше от чарующего аромата ее волос.
– Так прогуляемся?
Она обернулась, в ее взгляде сквозило смущение.
– По-моему, на мне маловато одежды.
– Две пары трусов и огромная футболка?