– Тронешь где-нибудь, кроме плеча, – и ты не жилец на этом свете.
Теплая, шершавая ладонь замерла над холмиком ее груди, палец очертил контуры купальника.
– Рискну.
Пора положить конец восхитительным сексуальным намекам в жарких, влажных летних сумерках, решила Ари. Заняться сейчас любовью с Максом не сложнее, чем натереться кремом для загара, но для нее тогда, она-то себя знает, это выльется в нечто большее, чем интрижка с красивым мужчиной, встреченным летом, во время отпуска.
– Прошу прошения, капитан. – Прокашлявшись, она очень надеялась, что голос ее звучит вполне обыденно, пока она из-под него выворачивается.
Макс скатился с нее и лег на спину, устремив глаза в сумеречное небо.
– Проголодалась?
А ведь он прав!
– Еще как. А ты?
– И я.
– Какого рода кухню желаешь?
Он с минуту подумал.
– Итальянскую.
– Ладно. – Ари приподнялась и села, а потом быстро наклонилась поцеловать его в щеку. – Друзья?
– Не совсе-ем, – протянул он, наблюдая, как она аккуратно складывает письма в пачке «Достойны рассмотрения». – Что ты намерена с ними делать?
– Положить их для большей сохранности в перчаточное отделение твоего фургончика.
– Ну, тогда пойдем. Заедем к «Терминези». Раз уж не хочешь заниматься со мной любовью, так возьми мне хоть сандвич с ветчиной.
Она взяла бы ему что угодно, но сначала надо снять купальник и переодеться. Макс отвез ее домой и подождал, пока она набросит легкое, открытое платьице. Родители так и сияли, когда она спускалась по лестнице.
– Какая красивая пара, правда, Расти? – Пегги, казалось, лопалась от счастья.
– Да-а… – Отец кивал, и его рыжая борода ходила вверх-вниз, вверх-вниз. В детстве эта подражание янки-рыбаку всегда заставляло ее хохотать до слез. Сейчас – не удостоилось даже улыбки.
Дочь послала им воздушный поцелуй и по дороге схватила Макса за руку, кивнув на дверь родительского дома – погляди, мол.
– Ну, я рад, что они рады.
– Просто сводят меня с ума, – буркнула она.
– А я? – поинтересовался Макс, пока они переходили узенький газон перед дорогой. Ари подняла на него глаза: опять дразнит?
– И ты тоже, конечно.
– Вот и отлично! – Он подсадил ее в машину. – Стало быть, взаимно.
Весь оставшийся вечер он обращался с ней как старший брат, нежно поддразнивая время от времени и представляя ей тех, кого она смутно помнила с юности, – теперь они с неприкрытым любопытством поглядывали на эту пару: сидят себе вместе, в популярном ресторане… Роской и Руфи появились в переполненном зале; Макс призывно им замахал.
– Что ты, что ты? – перепугалась Ари.
– Почему бы им не присоединиться к нам?
Они присоединились, и официантка пересадила всех четверых за столик побольше. Вскоре зашли и Джой с Джимми, перекусить пиццей и взглянуть, кто тут сегодня собрался. Заметив приглашающий жест Макса, ребята с удовольствием придвинули к их столику дополнительные стулья.