Самсонов опять схватил его ладонь.
У коновязи они остановились. Две оставшиеся лошади бились, стараясь оторваться.
Геолог ножом перерезал повод одной.
От звука его голоса другая кобыла замерла, затихла, мелко дрожа. Муравьи, лоснясь бесчисленными черными спинками, заливали ее всю, она только встряхивала головой.
Самсонов прыгнул было ей на спину, держа в руке нож, потом соскочил, огромными шагами бросился к мачте, дернул кабель и оторвал его.
Сергей, уже почти ослепленный, услышал, как Самсонов вернулся к лошади, почувствовал, что сильная рука потянула его вверх, и ощутил под животом острую холку и напряженно работающие плечевые мышцы кобылы.
Они пришли в себя за два километра от Леппова дома у ручья. Полчаса обмывались холодной водой. У обоих распухли лица, и обоих лихорадило.
С первыми лучами солнца они пересекли ручей и, недоверчиво вглядываясь в траву под ногами, двинулись обратно к дому. Не было даже сил и желания сесть на лошадь. Сергей вел ее в поводу.
— Какая мощь! — повторял Самсонов. — Какая жуткая мощь!..
В доме все было тихо и покинуто. Движок молчал. Муравьи ушли.
С револьвером наготове, оставив Сергея во дворе, геолог вошел в коридор.
За спиной Сергея что-то звякнуло, он испуганно обернулся. Жеребец, уже забывший обо всем, спокойно пил воду из корыта. Он поднял морду и посмотрел на юношу.
Оторванный кабель так и валялся одним концом возле мачты.
В доме раздался какой-то шум. Звук тяжелого удара.
Сергей бросился к двери.
Из темного коридорчика на миг показался Самсонов.
— Подожди. Постой там.
И скрылся. (Ни Леппа, ни Оспанова нигде не было.)
Наконец геолог вышел. Лицо его было совсем бледным.
Он растерянно прислонился к косяку двери.
— Все, Сережа.
— Что — все?
— Оба погибли.
— Погибли?
— Ага… Схватка у них какая-то была. Случайно, наверное, закрыли дверь и потом не смогли открыть… А может быть, кто-нибудь и нарочно захлопнул. Там в комнате французский замок.
— Но почему?.. Разрешите мне, Петр Иванович.
— Не надо. Незачем тебе на них смотреть.
Опять он скрылся в доме и через несколько минут вернулся, держа в руках потемневшую металлическую коробку наподобие тех, что употребляются для кипячения медицинских инструментов.
— Видимо, это и есть.
Вдвоем, усевшись на землю тут же у стены, они открыли коробку. Там было несколько общих тетрадей, подмоченных, старых, в пятнах.