И вдруг Степочка появился опять в прежней пробоине, у противоположного конца балки. Он выступил из тьмы, встал на балку и шагнул. И в ту же минуту из пробоины вылетела птица.
Это была маленькая быстрая птица, темная, с белой грудью. Возможно, где-то тут, в пробоине, находилось ее гнездо. Встревоженная, она обогнула в воздухе Степочку и опять нырнула в пробоину.
Степочка сделал еще один шаг.
Птица вылетела снова и пронеслась перед Степочкой, едва не задев крылом его лица.
Степочка вздрогнул и остановился. Он повернул голову, следя за ее полетом. Она мешала ему идти.
Когда она исчезла в пробоине за его спиной, он сделал еще три шага. Теперь он был на самой середине балки.
Но птица вылетела опять и, сделав большой круг над двором, устремилась прямо к Степочке.
Степочка побледнел, и на лице его стали отчетливее видны веснушки и пятна грязи.
Коля ясно представил себе, с какой силой ударится сейчас этот маленький мягкий стремительный комочек о Степочку, стоящего на узкой скользкой железной полоске. Степочка не двигался и, не отрываясь, следил за приближением птицы. Она неслась прямо на него.
Она промчалась над самой Степочкиной головой - так близко, что волосы его шевельнулись.
И Степочка, невольно уклоняясь от удара, слегка отшатнулся.
Он отшатнулся - и закачался, размахивая в воздухе руками.
Он качнулся вправо. И выпрямился. Но сразу же качнулся влево. Он снова выпрямился, но тут же качнулся вправо… Ему не удавалось найти равновесие.
Коля, с трудом сдерживая крик, шагнул к самому краю крыши и протянул к Степочке руки.
Он глядел на качающегося Степочку и глядел вниз, на двор, с ужасом измеряя глазами ту глубину, в которую Степочка сейчас обрушится.
И вдруг посреди двора он увидел человека, который стоял и смотрел вверх.
Это был Виталий Макарыч. Задрав курчавую черную голову, неподвижный, он смотрел на Степочку. Коля хорошо видел его лицо. Он видел ужас в его глазах.
Степочка качнулся еще раз и, сделав какое-то немыслимое движение всем телом, выпрямился. Шаг, еще шаг, еще - и он очутился на крыше рядом с Колей.
Коля схватил его за руку и, не отпуская, потащил вверх по скату, как можно дальше от балки.
У трубы они сели рядом и долго молча дышали. Коля все не отпускал Степочкину руку, словно боясь, как бы он снова не полез на балку.
Вдруг Степочка повернул к Коле лицо и улыбнулся.
- А все-таки не упал! - сказал он.
Тут за спиной у них загремело, загрохотало, и, обернувшись, они увидели Виталия Макарыча. Виталий Макарыч бежал по крыше.
Он взял своей единственной рукой Степочку за шиворот, поднял его и поставил перед собой.
- Да как ты посмел! - закричал он, тряся его словно мешок.
Он поднял Степочку своей единственной рукой и прижал его к груди, как маленького. И, как маленького, понес его по лестнице вниз. Коля едва поспевал за ним.
Виталий Макарыч вынес Степочку на двор и только там поставил его на ноги.
- Больше вы никогда не будете на крыше, - сказал он.
По дороге домой Коля признался Степочке, что не поедет с ним на Черное море.
Степочка не поверил. До сих пор Коля всегда его слушался, и он привык к этому.