— Нет, я жду, пока ты меня позовешь. А свадьба у моего коллеги. Я не участвовал в подготовке церемонии, но, так как это ирландско-итальянская свадьба, предполагается, что будет грандиозная пирушка и танцы всю ночь, и масса выпивки. Короче, в восемь.
Фил надела новое алое платье, короткое и облегающее, с открытыми плечами. Она убрала волосы и, за неимением живых цветов, воткнула в волосы алую шелковую розу. Свои загорелые ноги она обула в ярко-красные открытые туфли на высоком каблуке и накинула на плечи черный шелковый шарф. Взглянув в зеркало, она была удовлетворена. Вдруг Фил почувствовала подъем духа. Ей больше не хотелось думать о Брэде и его сумасшедшей ревности. Ей хотелось одеваться для Махони и быть с ним этим вечером.
— Ox, посмотрите на нее, — сказал Махони, открывая дверь. — Ты выглядишь как моя первая девчонка которую я еще школьником приглашал на свидания.
— Я решила, пусть лучше будет чуть ярко, но не скучно, — сказала Фил, поднимаясь по ступенькам.
— Вижу, ты приняла мой совет насчет цвета, — сказал он, улыбаясь. — Красный тебе очень идет. Правда. — Он внимательно разглядывал ее длинные загорелые ноги и округлые плечи, с которых соскользнул шарф. — Ты выглядишь потрясающе.
Фил с улыбкой покрутилась перед ним:
— Что, правда, хорошо? Ты велел одеться особенно, но я сомневалась…
Махони с восхищением смотрел на нее:
— Док, мой друг Коннорс сегодня женится. Но когда мой темпераментный ирландец увидит эту алую женщину, то может произойти самый быстрый в истории развод.
Фил засмеялась:
— Да ты и сам выглядишь сегодня превосходно, Махони. — Она пробежала пальчиками по шелковым пуговицам его смокинга. — Просто как звезда из ночного ток-шоу. Или кандидат в президенты? Или будущий майор?
— Ну, не на этой неделе, милая. Тут много дел было. Каждый год в это время одно и то же. Все дело в этой волне жары, от которой люди сходят с ума и начинают убивать друг друга. В городском морге больше тел, чем ты и я себе можем представить. И не одно — причина насилия.
Махони достал из шкафчика пару фужеров и бутылку шампанского из холодильника. Фил наблюдала за ним.
— Но твое тело в прекрасном состоянии, Махони, — сказала она с игривой улыбкой.
— Да, мне говорили, — спокойно сообщил он. Она заметила этикетку с маркой шампанского и пораженно спросила:
— Ты потратился на это из-за меня?
— Только самое лучшее, — ответил он, поднимая бокал в шутливом тосте. — Да, кстати, Коко спит со мной. Тебе не было так долго, что она почти забыла о твоем существовании.
— Да, но я-то ее не забыла, — смущенно ответила Фил.
— Итак? Что там с Мистером Гавайи? Она в замешательстве опустила глаза.
— Я пришла не за тем, чтобы обсуждать мою личную жизнь.
— Это почему же? Скрываешь что-нибудь?
— Махони! — сказала она, укоризненно глядя на него.
— Хорошо, хочешь, чтобы я говорил о нем? Думаю, он был холоден, просто как лед. Кроме того, груб и высокомерен. А еще ревнив, как черт, больше чем ему нужно было, — сказал он и добавил: — Или тебе.
— Махони? — вновь воскликнула Фил, вспыхивая.
Он поморщился:
— Ты же сама просила…
— Не просила! — Их глаза встретились, и она вдруг засмеялась. — Ох, черт, ты прав во всем. Он жуткий собственник и ревнивец. — Ее улыбку сменил обеспокоенный взгляд. — Знаешь, Махони, иногда меня задевает то, что он так ревнив.
— А у него есть причины? Фил покачала головой:
— Знаешь, что меня больше всего беспокоит? Он думает, что я похожа на его мать. И я действительно похожа.
Махони нахмурился, ничего не понимая: