– Тут – мое самое любимое место,- улыбнулась Элизабет и вдруг быстро бросила Джона на кровать.
А как же оружие?- не понял он.
Всему свое время…
Трахтенберг, быстро сбросив халат, легла на кровать и укрыла себя и партнера полосатым пледом. Джон молниеносно освободился от одежды.
– Чего же ты медлишь,- простонала Трахтенберг,- раздень меня побыстрее…
Насименто принялся расстегивать пуговичку ее бюстгальтера, но тут его пальцы внезапно уперлись в холодный металл. Джон, к немалому своему удивлению, вытащил маленький, будто бы игрушечный, пистолет.
– Это «Беретта»,- сказала Трахтенберг,- последняя модель. Портативен, и поэтому очень удобен. Вмещается в любых местах – даже в бюстгальтере.
Джон кинул пистолет на пол. Справившись, наконец, с бюстгальтером, он засунул его под подушку – и его рука вновь ощутила что-то твердое. Засунув руку поглубже, полицейский вытащил из-под подушки автомат с укороченным дулом, без приклада и с дискообразным магазином – подобные были популярны у американских гангстеров времен «сухого закона».
– Отличный коллекционный экземпляр,- прокомментировала Элизабет,- когда-то он принадлежал одному из телохранителей самого Аль Капоне. Достался мне по случаю.
Джон принялся за трусики. И опять его рука уперлась во что-то твердое и холодное.
– Что у тебя там,- прошептал Насименто,- наверное, крупнокалиберный пулемет?
Трахтенберг вытащила огромный пистолет вороненой стали, еще пахнущий заводской смазкой.
– Это моя любимая пушка, я тебе о ней рассказывала тогда на дежурстве -«Магнум» сорок пятого калибра…
– Это которая сносит головку автомобильного цилиндра?- уточнил Джон.
– Совершенно верно.
– Но сейчас ты только что чуть не снесла мою,- полицейский поежился от одной только мысли, что это могло действительно произойти.- Слушай, может быть, у тебя в трусах еще и гранатомет припрятан?
Элизабет улыбнулась.
– Надеюсь, милый, что гранатомет в трусах у тебя,- она опустила руку под одеяло и принялась нежно поглаживать Джона,- у меня действительно спрятана небольшая базука, но ты не волнуйся, она в шкафу.
Наконец, Насименто взгромоздился на Элизабет и принялся за работу – кровать заходила под ними ходуном.
– О-о-о!- стонала Трахтенберг,- о-о-о! Не так сильно! Не так сильно!…
Джон, не обращая на стоны ни малейшего внимания, продолжал свое дело – кровать тряслась еще сильнее…
– Не так сильно,- продолжала постанывать Элизабет,- прошу тебя, не так сильно! Это может плохо окончиться!
Внезапно где-то внизу раздался глухой взрыв – кровать разлетелась в щепки, и взрывная волна отбросила Джона и Элизабет на пол. Переведя дыхание от шока, Насименто прошептал:
– Что это было? Ты что, проглотила ручную
гранату, а я достал тебе до самого желудка? Трахтенберг отерла со лба выступивший пот.
– У меня действительно была ручная граната, только не в желудке, а под кроватью. Ты слишком сильно раскачивал панцирь – видимо, сетка кровати случайно задела взрыватель…
Джон осмотрел себя – все органы были на месте.
– Мы еще легко отделались,- тихо произнесла
Трахтенберг,- а ведь могло и оторвать что-нибудь… Насименто приобнял девушку.
– Но почему ты мне сразу ничего не сказала? Ведь