– Китти? Нет. Она говорит, что нет.
– Тогда кто?
Дана могла бы рассказать ему про Лорен, но она слишком устала, чтобы начинать все это сейчас. Плохо, что она еще не позвонила Лорен, а ведь полиция уже может появиться у ее двери.
– Есть версия, что у Винсента была как минимум одна любовница, – сказала она.
– Любовница? Круто.
– Но его жене так не кажется.
– А с ней как? С новой женой? Ее кто-нибудь проверял?
Дана поднесла чашку с чаем к губам и посмотрела на сына так, словно он только что спросил, не бывала ли она на Луне.
– Иоланду?
– Ну, – сказал он, – страховку-то, наверное, получит она, или по крайней мере деньги за его имущество. Винсент, как и все в Нью-Фоллс, был при деньгах, так что в этом есть смысл, а?
– Детектив Джонсон из полицейского управления Нью-Фоллса. Вы Лорен Халлидей?
К счастью, Лорен видела, что полицейская машина паркуется у дома. Она спряталась за шестипанельной китайской ширмой начала девятнадцатого века с изображениями журавлей и сосен и еще чего-то из талькового камня, которые символизировали в азиатской культуре долголетие. Ее муж привез ее домой из Кантона, прилагая все усилия к отрицанию своей надвигающейся смерти.
– Миссис Халлидей сейчас нет. – Флоренс была в этом доме с тех пор, как умерла первая жена Боба. Когда приходилось защищать семью, она была круче, чем пара клыкастых сторожевых псов.
– Подождем, – сказал детектив.
Наступила тишина. Она видела Флоренс, которая стояла, уперев руки в квадратные бедра и сузив глаза.
Снова тишина.
Они не слышали дыхания Лорен?
У нее на лбу выступил пот. Она вспомнила, что, когда была ребенком, оказалась в шкафу в спальне своей тети в доме в Нантакете. Она искала свои сандалии, думая, что кузина Грейси взяла их (украла, точнее). Но, услышав голоса, Лорен закрыла дверь. Откуда ей было знать, что дядя Рэймонд и тетя Клара выберут эту самую минуту средь бела дня, чтобы заняться сексом на кровати под балдахином? Или что дядя Рэймонд и правда постоянно думает о сексе, как она слышала по рассказам тети Джейн ее матери?
– Может быть, она сама придет в участок, – предположил детектив, и Лорен вернулась в настоящее, к китайской ширме и ужасной ситуации.
Она не пойдет в участок, потому что туда пошла Китти и вот что с ней стало.
– Джентльмены, – сказала Лорен, выходя из-за ширмы, и ее отвага перевесила страх оказаться в камере. – Вы должны извинить мою экономку. Здесь постоянно снуют какие-то мужчины, из-за бизнеса моего мужа. Он имеет дело с зарубежными инвесторами. – Она знала, что это бессмысленно, но это все, что можно было сделать. – Флоренс просто выполняет свою работу.
– Если у вас проблемы, – заметил детектив, – надо вызывать полицию.
Она улыбнулась, но не сказала, что звонила туда.
– Чем я могу помочь вам? – спросила она, и ее бостонско-палм-бичско-нантакетское воспитание поглотило ее напуганную личность.
– Мы бы хотели знать, где вы были в одиннадцать тридцать утра в тот день, когда был убит Винсент Делано.
Лорен склонила голову на бок, словно бы неверно расслышала.
Одиннадцать тридцать.
Винсент.
Убит.
Маленькие гланды на задней стенке горла внезапно нацелились, и она знала, что в следующий момент ее вырвет.