«Не продвигаться шаг за шагом через джунгли и не перепрыгивать с острова на остров среди мириада атоллов и островков, а сделать ряд крупных прыжков по нескольку сот миль каждый, ограниченных в то время тактическим радиусом действия истребителей, базировавшихся на суше. Для того чтобы делать более длинные прыжки, нужно было бы действовать с авианосцев. Генерал Макартур стремился захватить важные для него пункты на долгом западном пути к Филиппинам, оставив остальные японские войска позади себя стратегически изолированными и бессильными. Таким образом можно было избежать фронтального наступления на пункты, занятые крупными силами противника, где нельзя было достичь тактической внезапности и где мы могли понести тяжелые потери»[245]
Прежде всего был сделан прыжок на острова Адмиралтейства, к западу от архипелага Бисмарка, в 250 милях севернее Новой Гвинеи. Острова Адмиралтейства были важны, так как там имелись аэродромы и якорные стоянки. Передовой эшелон Техасской кавалерийской (моторизованной) дивизии, прибывший на быстроходных транспортах для разведки острова Лос—Негрос, высадился 29 февраля, не встретив серьезного сопротивления. 6 марта на остров высадилась остальная часть дивизии. Был занят аэродром в Момоте и создан плацдарм, несмотря на ряд сильнейших контратак японцев. В течение оставшейся части марта и первой половины апреля оккупация острова Мануса и соседних островов закончилась. Американцы заняли пригодный для устройства посадочных площадок остров Эмирау, в 690 милях от островов Трук. Следовательно, острова Трук теперь находились в пределах досягаемости для бомбардировщиков, действующих с юга.
Занятие островов Адмиралтейства еще более ухудшило положение Рабаула. На этих островах скрещивались две главные воздушные линии из Японии. Первая из них шла через подмандатные острова, включая Трук, вторая — через Филиппины, Вевак и Маданг на Новой Гвинее. Японцы, поняв, что оставлять штаб в Рабауле бессмысленно, думали перенести его на восток, в Холландию, в голландской части Новой Гвинеи. Однако генерал Макартур предугадал их намерение и решил помешать им в этом; он сделал следующий прыжок от долины реки Маркхем в Холландию, то есть на расстояние 600 миль к западу. Таким образом была обойдена японская 18–я армия, разместившаяся на побережье. Японцы никак не ожидали прыжка на такое расстояние. Они полагали, что следующими целями противника будут Маданг и Вевак, куда и перебросили часть сил из района Холландии. Таким образом, японцы сами помогли врагу в проведении смелой операции. Вновь подтвердилось изречение Наполеона:
Генерал Макартур, пойдя на риск, выиграл следующий раунд.
В районе Холландии находились три хороших японских аэродрома, а близлежащий залив Гумбольдта подходил для устройства морской базы снабжения. Однако истребители сухопутных сил не могли покрыть расстояние до Холландии, и прикрытие с воздуха обеспечивали авианосцы.
22 апреля последовал новый прыжок — были заняты Айтапе, залив Гумбольдта и залив Тана—Мера к западу от него. Высадка оказалась полнейшей неожиданностью для японцев. К 30 апреля все аэродромы находились в руках союзников; восточнее была отрезана японская армия численностью больше 50 тыс. человек, 12 июля союзные силы в Айтапе подверглись сильным атакам, однако к 2 августа все атаки японцев были окончательно отбиты.
В середине мая наступление в западном направлении возобновилось. 17 мая беспрепятственно высадился десант у Араре. Через несколько дней был занят остров Вакде, где имелись посадочная площадка и залив Маффин. Десять дней спустя американская 41–я дивизия высадилась на остров Биак, в 330 милях далее к западу. Биак был важен, так как обеспечивал контроль в заливе Гельвинк. Остров защищало около 8 тыс. японцев, которые оказали такое упорное сопротивление, что только 22 июня удалось окончательно занять его и ввести в действие имевшиеся там три аэродрома. После занятия острова Биак был занят без особого труда и остров Номфор.
30 июля американские войска совершили последний прыжок в западном направлении на Новой Гвинее, высадившись в Сансапоре, на полуострове Вогелкоп, для занятия устроенных там воздушных и морских баз. Хотя японский гарнизон был значительным, высадка была настолько внезапной, что японцы оказали слабое сопротивление. Сансапор расположен в 120 милях к западу от Маноквари, где находились штаб 2–й японской армии и войска численностью около 15 тыс. человек. Однако они не могли ничего поделать, так как от Сансапора их отделяли болота и джунгли; Сансапор отстоит не далее 600 миль от юго—восточной оконечности Филиппин.
Таким образом, за 12 с лишним месяцев союзники продвинулись на 1300 миль и отрезали японские войска численностью не менее 135 тыс. человек, которые остались без всякой надежды на спасение. «Действия велись, — пишет генерал Маршалл, — в условиях неблагоприятной погоды и труднопроходимой местности. Дороги отсутствовали почти во всех занятых районах, что создавало чрезвычайные трудности для перевозки войск и грузов. Малярия представляла серьезную опасность, однако в результате интенсивного лечения и тщательного предохранения от москитов она серьезно не мешала действиям войск».[246]
Занятие Сансапора положило конец кампании на Новой Гвинее. Уместно, однако, рассмотреть еще одну операцию, хотя и происходившую тактически вне пределов Новой Гвинеи, но стратегически завершившую кампанию на ней. Речь идет о занятии 15 сентября самого северного острова в Хальмахерской группе островов — острова Моротай.
«Здесь опять, — пишет Куртенай, — японцев обвели вокруг пальца. Они ожидали, что наша следующая цель — основной остров, где стоял гарнизон численностью 30 тыс. Однако генерал Макартур ударил по острову Моротай, где было от 200 до 500 японцев. При взятии острова мы потеряли только 5 человек. Гарнизон на основном острове Халь—махера оказался в невыносимом положении: он не мог выбраться с острова, и туда нельзя было доставить припасы. Мы захватили большое количество аэродромов, и японцы не могли ни получить подкрепления, ни спастись».[247]
Заняв Моротай, войска генерала Макартура приблизились на 300 миль к Филиппинам. Не менее важным было и то обстоятельство, что остров Моротай находился в центре района, в котором велась вторая важная кампания на Тихом океане под руководством адмирала Ч. Нимица. Эта кампания началась весной 1942 г. и должна была слиться с первой в едином наступлении против Филиппин. О второй кампании мы и расскажем.
Мы проследили ход действий генерала Макартура против южной стороны клина океанской крепости японцев до захвата позиций на внутреннем поясе обороны. Теперь рассмотрим действия адмирала Нимица против северной стороны клина.
Задача, стоявшая перед адмиралом Нимицем, была сходна с задачей генерала Макартура: завоевать местное господство в воздухе захватом и нейтрализацией воздушных баз противника. Однако в отличие от Макартура, который действовал на суше, адмиралу Нимицу нужно было передвигать базы с собой. Следовательно, флот Нимица был одновременно базой и ударной силой — средством, при помощи которого он должен был захватывать господство в воздухе, вести морские сражения, штурмовать и занимать вражеские острова. Это был комплекс, включающий четыре элемента: плавучая база, флот, военно—воздушные силы и армия. Тот факт, что флот Нимица был спланирован и создан за 18 месяцев после сражения у острова Мидуэй, возможно, является величавшим организационным достижением в истории морской войны. Создание такого комплекса стало возможным только в результате огромной производственной мощи Соединенных Штатов, которая решала исход всей войны.
В течение 18 месяцев был построен флот, превосходивший все, что могли выставить против него японцы. Авианосцы в небывалом количестве были в руках Нимица оружием большой ударной силы. К осени 1943 г. в распоряжении флота было до 800 самолетов, базировавшихся на авианосцы, а на следующий год — 1000. Не менее важной была подвижная база, которая, дав возможность пересекать огромные водные просторы Тихого океана, совершенно опрокинула основы японской стратегии. Японцы думали, что противник не сможет сделать этого. Каждый класс военных кораблей — линкоры, крейсеры, эсминцы, авианосцы и подводные лодки — имел свои собственные специальные типы судов для снабжения и ремонта; каждое такое судно по стоимости равнялось линкору и также долго строилось. Специальные суда представляли собой плавучие мастерские с литейными цехами; на них находились сотни квалифицированных рабочих. При помощи таких судов можно было «производить любой ремонт, включая сварку под водой».[248] Следовательно, после боя корабли, получившие повреждения, исключая самые тяжелые, можно было ремонтировать на месте. Были также созданы новые части, например американские десантные инженерно—строительные батальоны, прозванные «сиби».[249] Они двигались следом за десантными войсками и строили причалы, казармы, дороги, госпитали, сооружали и ремонтировали аэродромы, устанавливали радиосвязь. Кроме того, значительное число морских пехотинцев и солдат следовало обучить ведению боя в джунглях и на островах.
Эта мощная военная машина дала возможность Нимицу и подчиненным ему адмиралам действовать на широком фронте. Японское верховное командование было вынуждено рассредоточить свои и без того слабые силы, особенно авиацию, на таком большом пространстве, что редко удавалось сосредоточить, если вообще это оказывалось возможным, достаточные силы на угрожаемом участке. В результате, поскольку небольшие размеры большинства тихоокеанских островов не дают возможности превратить их в сильные позиции и сосредоточить там большие гарнизоны, способные к продолжительному сопротивлению, острова можно было захватить до того, как им будет оказана помощь. Кроме того, занятие и использование одной или нескольких воздушных баз в группе островов давали возможность полностью изолировать остальные острова, обрекая их гарнизоны на голодную смерть. Таким образом, эта военная машина была не только очень мощной, но и совершенно независимой во всем, включая снабжение и ремонт техники. Она имела неограниченный радиус действий и, как мы увидим, быстро подорвала основу оборонительной стратегии японцев, превратив просторы Тихого океана из союзника Японии в ее смертельного врага.
Летом 1943 г. наступление на северную сторону клина океанской крепости японцев началось серией подготовительных действий. 24 и 27 июля самолеты с авианосцев совершили налеты на остров Уэйк, а 31 августа — на остров Маркус, важную японскую воздушную базу, служившую перевалочным пунктом на линии снабжения японских подмандатных островов на ключевые пункты в группе Маршалловых островов. Остров Бейкера в группе островов Феникс, острова Нуку, Фетау и Нанумеа в группе островов Эллис были заняты в начале сентября. 4 и 6 октября остров Уэйк вновь подвергся сильной бомбардировке.
На первом этапе кампании предусматривалась высадка на остров Макин, на атоллы Тарава (Бетио) и атолл Абемама в группе островов Гилберта. Десанты успешно высадились на первых двух островах 1 ноября, а на третий — в следующий день. Макин был взят 23 ноября, Тарава — 24 ноября, десант, высадившийся на Абемаме, не встретил сопротивления.
На острове Тарава произошел самый кровопролитный бой из всех небольших боев за время войны на Тихом океане. Японский гарнизон насчитывал только 2700 солдат регулярной армии и 1200 вооруженных рабочих, но они так отчаянно сопротивлялись, что американцы потеряли 1026 человек убитыми и 2556 ранеными.[250]
Цель этих военных действий заключалась в том, чтобы обезопасить острова Эллис от всякой угрозы до начала генерального наступления в центре. Бои ввели в заблуждение японцев, которые подумали, что противник собирается нанести главный удар в направлении Соломоновых островов и Новой Гвинеи с целью поддержать действия против Рабаула. Только после следующего удара адмирала Нимица японцы поняли свою ошибку.
Удар был нанесен по Маршалловым островам, 500 миль северо—западнее островов Гилберта. Теперь уже не стоял вопрос о занятии всех островов, захватывались только некоторые, с хорошими аэродромами. 1 января 1944 г. после двухдневной интенсивной бомбардировки без боя был занят остров Майуро с превосходной гаванью, однако гарнизон атолла Кваджелейн упорно сопротивлялся до 8 февраля. 2 февраля 4–я дивизия морской пехоты высадилась на Наму и Руа, которые были также заняты 8 февраля. Между 19 и 22 февраля был взят атолл Эниветок.
Генерал Ричардсон пишет об этих операциях:
Адмирал Нимиц намеревался обойти Каролинские острова и начать третий этап кампании ударом по Марианским островам. Однако, поскольку острова Трук в группе этих островов были одним из важнейших центров в японской системе обороны, на которую, как мы видели, в это время готовилось наступление с островов Адмиралтейства, контроль над Маршалловыми островами дал возможность адмиралу Нимицу в значительной степени нейтрализовать Трук воздушными налетами. К концу января в результате интенсивных действий авиации Трук был в значительной степени выведен из строя. Воздушные налеты совершались и на другие острова Каролинского архипелага. 29 марта мощные силы с участием авианосцев и линкоров штурмовали острова Палау.
На Марианских островах действия были направлены против островов Сайпан, Тиниан и Гуам. Между 10 и 12 июня все три острова подверглись сильной бомбардировке. 15 июня 2–я и 4–я дивизии морской пехоты, за которыми последовала 27–я пехотная дивизия, высадились на острове Сайпан. Это была самая важная операция из всех, проведенных до сих пор в центральной части— Тихого океана, потому что занятие Марианских островов не только прорывало внутренний пояс японской обороны, но также давало возможность перерезать прямую линию сообщений противника с Каролинскими островами и действовать против островов Бонин. Создав воздушные базы на островах Бопин, можно было легко бомбардировать саму Японию.
Во время высадки на японских подмандатных островах мощная японская эскадра, включая несколько авианосцев, оказалась в районе между Филиппинскими островами и Сайпаном. Очевидно, командующий эскадрой не хотел ввязываться в морское сражение, его план, По—видимому, заключался в том, чтобы нанести удар с воздуха по американскому флоту под командованием адмирала Р. Спруанса. Затем японские бомбардировщики, пополнив запасы горючего на островах Гуам и Рота, должны были обрушиться на американские плацдармы на Сайпане. К несчастью для командующего, противник подготовился к такому варианту: 19 июня адмирал Спруанс, сосредоточив свой флот у Гуама, поджидал японцев. Когда появились японские авианосцы, американская авиация нанесла по ним (сильнейший удар. Было сбито 353 японских самолета: 335 — в воздушном бою и 18 — огнем зенитной артиллерии. 20 июня адмирал Спруанс бросил свою авиацию против вражеского флота, находившегося в то время на расстоянии около 300 миль к северо—западу от американского флота. Американские самолеты нанесли японскому флоту большой урон. По своему значению бой у Марианских островов вступает только сражению у острова Мидуэй.[252]
Бои на Сайпане продолжались 25 дней. Организованное сопротивление прекратилось только 9 июля, но очистка острова продолжалась еще несколько месяцев. Из японского гарнизона, насчитывавшего около 23 тыс. человек, американцы похоронили 21 036 человек. Американцы также понесли тяжелые потери, которые составили 15 053 человек, в том числе 2359 убитых, 11 481 раненых и 1213 пропавших без вести. Непосредственным результатом этой победы было падение кабинета генерала Тодзир и формирование нового правительства во главе с генералом Койсо.
Следующая высадка была осуществлена на Гуаме. 21 июля на остров высадились 77–я пехотная дивизия и 3–я дивизия морской пехоты. 10 августа организованное сопротивление японцев прекратилось. Наконец, после того как остров Тиниан был в значительной степени нейтрализован воздушными налетами и артиллерийским обстрелом с Сайпана, 24 июля там высадились 2–я и 4–я дивизии морской пехоты и после девятидневных боев заняли остров.
После занятия Сайпана в военных действиях наступила пауза, которая продлилась до 8 сентября, когда 3–е соединение десантных войск американской армии под командованием вице—адмирала Уилкинсона появилось у островов Палау. 15 сентября американская морская пехота и пехота высадились на острове Пелелиу. Таким образом, в день высадки войск генерала Макартура на Моротай флот центральной части Тихого океана установил контакт с правым флангом его войск. Создались предпосылки для отвоевания Филиппин.
Прежде чем закончить этот раздел, следует остановиться на тактике, которая применялась теперь при штурме многих островов. По форме она сильно походила на тактику, использованную в сражении при Камбре в ноябре 1917 г., но роль ничейной земли здесь стало играть море. Во—первых, штурмуемый объект подвергался бомбардировке с воздуха и обстрелу с моря. Под прикрытием огня ударные войска двигались тремя эшелонами. Впереди шел эшелон десантных судов, вооруженных ракетами, огонь которых заменил огневой, вал 1917 г. За этим эшелоном в две или больше линий шли «аллигаторы» — танки—амфибии, вооруженные пушками, задачей которых было захватить прибрежную полосу, б последнем эшелоне двигались десантные суда с пехотой, артиллерией, саперами для усиления ударных сил, занятия, очистки и закрепления захваченных позиций. Хотя по идее тактика была старой, ее новое применение произвело революцию в действиях десантных войск. По всей вероятности, эта тактика была наиболее далеко идущим тактическим новшеством всей войны.
Как мы видели, японская стратегия строилась на использовании в качестве амортизатора пространства, имеющего форму треугольника, основанием которого была линия Бирма, Парамушир. Следовательно, чтобы стороны треугольника, хотя и подвижные, не подались, основание должно было быть прочным. В случае прорыва основания в центре рухнула бы вся оборонительная система. Если бы края основания были оттеснены внутрь, тогда пришлось бы бросить подкрепления, что привело бы к прямому или косвенному ослаблению сторон.
[245] Journal of the Royal United Institution, February 1945 p.17.
[246] «Biennial Report of the Chief of Staff of the United States Army, 1st July 1943 — 30th June 1945, to the Secretary of War», p.70.
[247] Journal of the Royal United Institution, February 1945, p.18.
[248] Journal of the Royal United Service Institution, February 1945, p.19.
[249] «Сиби», «see bee» (англ.) — буквально «морская пчела».
[250] Во время этих десантных операций «гусеничные транспортеры—амфибии показали себя одним из наиболее эффективных штурмовых средств. Они спускались на воду вне радиуса действия огня береговых батарей противника, затем следовали в строю обычных десантных судов и преодолевали окаймляющие рифы на самом побережье и в глубине» (»B iennial Report of the Chief of Staff of the United States Army, 1st July 1943 — 30th June 1945», p.69).
[252] Всего в боях 19 и 20 июня и во время других десантных операций на Марианских островах было уничтожено 848 японских самолетов, потоплено 30 японских судов и 51 повреждено. Американцы потеряли 151 самолет, при этом погибло 98 летчиков. Были слегка повреждены 3 военных корабля» (доклад адмирала Нимица от 26 июня).