– О, великий арифметик! А сколько в тебе еще талантов!
– Что, не веришь?
– Собаки привязаны во дворе и никому не мешают.
Щелкунчик осушил банку, смял ее и бросил на ковер. Потом вынул револьвер и принялся крутить барабан – наверняка подсмотрел где-то в кино. Не обращая внимания на эти манипуляции, Эди пошла в гараж подлить бензина в генератор. Электричество нужно для телевизора, без которого Щелкунчик становился неуправляемым.
Когда Эди вернулась в гостиную, бандит уже разбил лагерь перед «Опрой».
– Про шлюх показывают, – доложил он, вперившись в экран.
– Сегодня твой день.
Эди была вся липкая от пота. Ураган выпотрошил внутренности всей хитрой вентиляционной системы Тони Торреса. Но даже если бы кондиционер работал, как прохладному воздуху удержаться в доме без крыши, окон и дверей? Эди прошла в спальню, сняла банковское платье и переоделась в дорогие полотняные шорты и безрукавку миссис Торрес. Эди очень бы расстроилась, если б вещи оказались ей впору, но, слава богу, хозяйка была размера на три крупнее. Одежда сидела мешковато, но выглядело симпатично и обеспечивало вентиляцию в тропической влажности.
Эди разглядывала себя в зеркале, когда зазвонил телефон. Щелкунчик тотчас заорал, чтобы взяла, черт бы ее побрал, трубку.
Эди не была подвержена предчувствиям, но сейчас возникло довольно сильное – и не подвело ее. Телефонистка с межгорода спросила, согласен ли абонент оплатить звонок от «Нерии из Мемфиса».
Мемфис! Ведьма двигалась на юг!
– Я не знаю никакой Нерии. – Эди старалась говорить спокойно.
– Это номер 305-443-1676?
– Не знаю. Понимаете, я здесь не живу. Проходила мимо дома и услышала телефон.
– Мэм, пожалуйста…
– Барышня, может, вы не в курсе, но у нас тут случился страшный ураган!
Донесся голос Нерии:
– Я хочу поговорить с мужем. Спросите, нет ли там Антонио Торреса.
– Слушайте, в доме никого, – продолжила Эди. – Я просто шла мимо и подумала, вдруг чей-то родственник звонит. Может, что срочное. Хозяина нет, он уехал. В пятницу закинул пожитки в фургон и отбыл. Кажется, говорил, что в Нью-Йорк.
– Спасибо, – сказала телефонистка.
– Что? Как вас зовут, леди? – врезалась Нерия.
– Спасибо, – повторила телефонистка, пытаясь свернуть разговор.
Но Эди понесло:
– Они с какой-то девушкой наняли фургон. Может, это его жена. Ей года двадцать три – двадцать четыре. Длинноволосая блондинка.
– Это я его жена! – взорвалась Нерия. – И дом мой!
Еще бы, подумала Эди, как запахло денежками от страховки, долой яйцеголового профессора и бегом обратно к толстячку мужу.
– Бруклин! – живописала Эди. – Кажется, он говорил про Бруклин.
– Сукин сын! – простонала Нерия.
Телефонистка грубовато спросила, будет ли миссис Торрес звонить по другому номеру. Молчание. Нерия повесила трубку. Эди тоже.
Сердце колотилось о ребра. Эди машинально отерла взмокшие ладони о задницу в прекрасных полотняных шортах хозяйки. Потом поспешила в гараж и нашла кусачки с зелеными ручками.