- Господин Октавин?
- А, мэтр Сашка! - обрадовался Громдевур. - Это мэтр Сашка, - объяснил он Курезадову и ближайшим слушателям. - Великий маг! Ему в таком вот брусочке спрятаться, или зеленую колесницу заклясть, которая может быстрее лошади бежать, или через горные вершины перелететь - раз плюнуть!
Ближайшая «вампиресса» в длинном балахоне, в разрезе которого мелькали серебристые леггинсы, муаровый топик и пирсинг в пупке в виде жизнерадостного скелета, обменялась выразительным взглядом с закутанным в потрепанный, неоднократно залатанный халат «гремлином» с дредами, серой татуировкой на лице и шестью сережками-бусинками в левом ухе. Тот в ответ покрутил пальцем у виска, махнул на Октавио рукой и увел девушку слушать стихи на другой край площадки.
- Господин Октавин, очень хорошо, что вы на месте. Пожалуйста, никуда не уходите. К вам сейчас должны приехать… двое, - с запинкой добавил Сашка. - Они вам объяснят, что случилось.
- а… Алё, - на всякий случай повторил Громдевур.
- Алло, вы слышите меня?
- Слышу. Алё, - подтвердил Октавио.
- Вы поняли, что я сказал?
- Понял. Алё, - Октавио понравилась игра с неизвестным артефактом.
- Тогда - до встречи завтра. Не могу долго говорить, я должен идти, - сказал Сашка, и брусочек передал несколько пронзительных неприятных звуков.
- Эу, - насторожился Октавио. - Алё, алё!… Да чтоб тебя…
- Всё в порядке, - выхватил Курезадов свое драгоценное имущество. - Он просто… пошел совершать другое колдовство.
- Да уж… занятый человек мэтр Сашка, - понимающе протянул Громдевур. - А не лентяй, как остальная магическая или алхимическая братия. Уважаю.
И приступил к слушанию очередной поэмы. Ее читал кто-то, прячущийся на чердаке флигеля бабки Курезадовой: читал вдохновенно, подвывая и шипя от сдерживаемых эмоций:
Меняу повесили на дубе,
В меня прицелились огрызком,
В меняу стреуляли на доусуге -
Принцефсфса, этоу быуло низко.
В коутомку с тяжкою поудковой
Меняу сгруузили ненароуком,
В пруд броусили, скаузали: «С богом!»
Принцефсфса, мне здеусь одиноуко…
Моёу сердечко слабо стоунет
в любви к вам искренней, без фаульши.
Меняу прибьёте вы, быть может,
Принцефсфса, за какой-то шаурфик…
Да, я украул, не праув был, извиняуюсь;
Принцефсфса, небоум заклинаю: сжауультесь…
Ну, что ж, - подумал Саша, крутя в руках сломанную телефонную панельку, - неизвестно, чем закончится эта история, но один положительный итог уже очевиден: мне больше не придется морочить себе голову выбором дешёвого оператора связи.
В операционную Глюнова не пустили - сразу же по приезде санитары переложили Серегу на каталку; пациента уже дожидался предупрежденный Лукиным хирург. Второй (после Волидарова) помощник Евгения Аристарховича появлялся в оздоровительном Центре по графику - его семья жила в городе, где он и консультировал, лечил, наблюдал, а в клинику он наведывался на шесть дней каждые две недели.