Московский выбор. Альтернативная история Второй мировой войны: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Даунинг Д

Московский выбор

Альтернативная история Второй мировой войны

Предисловие к изданию 2001 года: альтернативные войны

Человеческую историю часто представляют как огромную и переплетающуюся паутину событий. За этими событиями лежат бесконечные перекрещивающиеся нити причинно-следственных связей, впереди — равно бесконечные перекрещивающиеся нити последствий и результатов. Историк выбирает какой-либо момент и отслеживает эти нити как в прошлое, так и в будущее.

Возьмем, например, русскую революцию 1917 года. Одним из основных факторов, вызвавших ее, является критическая нагрузка на страну в виде трех лет бездарно ведущейся войны. Одним из результатов революции явилась ускоренная индустриализация России. Однако если бы план Шлиффена сработал в августе 1914 года и Германия завершила бы войну победой в том же году? Случилась бы в этом случае революция в России? А если бы не случилась — произошла бы в России ускоренная индустриализация?

Естественно, у русской революции были и другие причины. Но я думаю что вполне можно предположить, что усталость от долгой войны, в какой-то степени сформировала характер будущего переворота. Без этого напряжения история пошла бы по-другому, не только в деталях, но, возможно, и в сути. И одной из этих деталей был бы темп индустриализации России.

В истории полно таких «а что если». Что, если Иуда не предал Христа? Что, если бы Блюхер не прибыл вовремя на Ватерлоо? Что, если бы у аргентинских ВВС в 1982 году было бы больше ракет средней дальности? В свое время эти вопросы звучали бы серьезно, но сейчас они всего лишь пища для размышления, интересные, но не относящиеся к делу темы. Размышления мы приберегаем для настоящего. Что, если Саддам Хусейн заимел бы ядерное оружие? Что будет с НАТО, если США все же решит послать на войну поколение «звездных войн»? Через двадцать лет историки будут анализировать последствия этих событий, буде таковые случись — потому что это мы и называем историей.

Со Второй мировой войной историки тщательно разобрались. Все ключевые события и решения разложены по полочкам, встроены в контекст, причины и последствия дотошно проанализированы. Историки-традиционалисты упоминают варианты типа «что если» лишь мельком. «Размышлять, что было бы — есть занятие бесплодное», — говорят они и далее нехотя посвящают пару абзацев именно этому. Они признают, что в этом есть своя прелесть, но, как и политики, признающие демократию, предпочитают держать ее под контролем.

В последнее время растет число работ, посвященных Второй мировой войне, которой не было. Эти книги можно условно разделить на две главные категории: военные игры и художественная литература. Военные игры обычно сосредотачивают свое внимание на чисто военных аспектах некой гипотетической военной ситуации, как правило, непродолжительной. Великолепными примерами таковых являются книги Кеннета Макси «Вторжение, которого не было» (хроника вымышленного немецкого вторжения на Британские острова в 1940 году) и Питера Цаураса «Катастрофа в «День Д» (переписанные события первых дней июня 1944 года). Но в таких книгах, как правило, практически нет места — а зачастую и желания — освещению основных процессов, определяющих ход войны в целом.

Что касается художественной литературы, то в этой области можно выделить несколько выдающихся произведений, как например повесть Филиппа Дика «Человек в высоком замке». Должен сразу оговориться, что именно книга Дика вдохновила меня на написание моей работы. Действие повести Дика происходит в мире, где во Второй мировой победили Германия и Япония, а один из персонажей повести написал историю войны, которой не было и в ходе которой державы Оси были побеждены. В своей книге Дик посвятил много страниц размышлениям о сущности человека и умудрился высказать свои мысли о современной Америке, нацизме и прочем. Но, в общем, его особенно не интересовало, мог ли его выдуманный мир действительно случиться в реальности, его больше волновало, какие события в этом мире происходили, случись таковой на самом деле.

В этой книге я попытался написать историю Второй мировой войны, которая могла случиться как теоретически, так и практически. Временные рамки — тринадцать месяцев мирового конфликта — для обычной военной игры узковаты. Возможно, эту книгу стоит считать «исторической игрой», если так, то я надеюсь акцент здесь будет сделан на слове «исторической». Это не художественная литература, в книге есть определенные ограничения, налагаемые военными, политическими и социо-экономическими условиями.

Я не снабжал немцев бомбардировщиками дальнего действия, которыми они сами себя не озаботились снабдить. Равно, как я не увеличивал промышленную базу военной машины Японии или не считал вторжение немцев в Россию благом, происходившим под эгидой освобождения. Стремись национал-социализм к освобождению славян, пусть и от большевизма, он не был бы собой. Равно, как и гитлеровская Германия не создавалась последовательно с заранее продуманным планом. Государства, построенные на «романтическом» решении проблем развивающегося капитализма, не формируются в неромантической манере, даже ужасы холокоста творились в основном не согласно какому-то плану, а просто по принципу уничтожения евреев. А будь промышленная база Японии больше, то вряд ли она ввязалась бы в войну вообще. Эти факты являются «данностью» и не изменялись в угоду желаниям. Наоборот, raison d'etre (смысл существования) альтернативной истории заключается в том, чтобы окинуть свежим взглядом основные события реальной истории, изменив немного основные события, лежащие на поверхности.

В этой альтернативной войне я допустил только две основные перемены нормального хода событий. Первая случилась в 1-й главе, вторая — в 5-й. Эффектом этих перемен явилось получение немцами и японцами значительных военных преимуществ, без кардинальных изменений основной исторической ситуации. Все остальные события и альтернативная история войны проистекают из этих двух перемен. До момента первого узлового события, случившегося 4 августа 1941 года, ничего изменено не было.

Я не делал попыток сравнить «альтернативную» войну с «реальной». Эта альтернативная война написана так же, как если бы она произошла на самом деле, была бы неприкрытой ложью, размером в 100 000 слов. Те, кто любит разбирать, где правда, а где вымысел, пусть заглядывают в раздел «Примечания и ссылки», в котором я привел настоящие цитаты реально существовавших людей и список второстепенных вымышленных персонажей. Все основные действующие лица были и есть реальными людьми, они действуют так, как могли бы с большей долей вероятности действовать, окажись они в описанных ситуациях.

Я хотел бы поблагодарить Хью Миллера за его огромную помощь, касающуюся медицинских деталей болезни Гитлера, Мартина Нобла за его дружеское участие в подготовке первого издания книги и выразить свою признательность покойному ныне Роджеру Паркинсону за его идеи, высказанные в процессе написания книги.

Дэвид Даунинг, 2001

Пролог

Черчилль прочитал заключительный абзац доклада: «С нашей точки зрения создание атомного оружия абсолютно реально, и для его производства необходимо предпринимать максимум усилий». Он отложил стопку бумаг на сиденье рядом и уставился в окно, наблюдая за великолепным шотландским пейзажем. Западные склоны Кайрнгорма все еще находились в тени, гора представала, как огромная плита, на фоне светлеющего неба. Атомная бомба и утренняя слава! Премьер-министр Британии откинулся на сиденье и задремал.

Поезд направлялся на север. Состав покинул лондонский вокзал Марилебон предыдущим вечером и сделал одну коротенькую остановку на загородной станции Чекере, для того чтобы принять на борт премьер-министра. Сейчас на часах было 7.30 утра, 4 августа 1941 года.

Также в поезде находились начальник Имперского Генерального штаба, начальник Главного морского штаба, заместитель начальника Штаба ВВС и около полусотни других людей, являвшихся центром военной машины Великобритании. Просыпаясь, завтракая, работая с документами, все они направлялись в Скапа-Флоу, базу ВМС Великобритании на Оркнейских островах. Этим вечером они должны были взойти на борт «Принца Уэльского», новейшего британского линкора, чтобы затем отплыть к Ньюфаундленду для встречи с американским президентом.

Британские военачальники везли с собой планы и схемы, предназначенные для дальнейшего продолжения войны с Германией и Италией. Также в личном багаже Черчилля находилась книга «Капитан королевского флота Хорнблауэр» С.С. Форрестера.[1] Черчилль намеревается прочитать ее во время морского путешествия. Неделю спустя он телеграфирует министру иностранных дел Оливеру Литтлтону в Каир, что «Хорнблауэр» — это великолепно!» Штабным офицерам придется провести несколько беспокойных часов попытках понять, какую из военных операций Черчилль имел в виду.

Британская публика, находящаяся в неведении относительно одиссеи Черчилля, тем временем спешила насладиться теплым августовским днем, на который пришелся выходной. Поезда, направлявшиеся в сторону моря и за город, были переполнены горожанами, стремившимися насладиться летним солнцем либо же повидать своих детей, загодя эвакуированных. 15 000 человек пришли посмотреть на командный матч по крокету: «Миддлсекс-Эссекс» IX против «Кент-Суррей», закончившийся счетом 412:6. 102 очка своей команде принес У.Дж. Элдрич и, как написала «Таймc», явил себя настоящим «командиром эскадрильи, в самом благородном смысле этого слова».

Война все же была большим, чем источник для сравнений, откуда черпали свои фразы корреспонденты. В ежедневной сводке из Каирского штаба, опубликованной в газетах утром 4 августа, говорилось, что «в районе Тобрука и на ливийской границе без перемен». На последней странице была фотография нового танка «Крестоносец», все надеялись, что с помощью него ход войны в пустыне повернется в пользу англичан. «Таймc» с гордостью писала о нем как о быстрейшем танке в мире. То, что «Крестоносец» ломался гораздо чаще, чем следовало, бы еще не стало очевидным фактом.

Кампания в России заняла полстраницы. Московский корреспондент сообщал, что Смоленск все еще находится в руках русских. Как доказательство этому он приводил рассказ об артистической бригаде, выехавшей из Москвы в предыдущую субботу, чтобы дать концерты для защитников Смоленска. Маловероятно, однако, что их встретил теплый прием — город пал двумя неделями раньше.

Пафосное сообщение о том, что «в рейхе распространяется скептицизм по отношению к войне», не было подкреплено никакими доказательствами, но, по-видимому, чтобы как-то сгладить эту оплошность, на следующий день была опубликована заметка, в которой говорилось, что «в тех городах, на которые совершили налеты королевские ВВС, зафиксирован рост самоубийств».

Что касается Дальнего Востока, то, следуя примеру США, другие страны также замораживали японские активы, у них находящиеся. До прямого столкновения западных держав с восходящим солнцем оставалось еще четыре месяца, но уже сейчас «Таймc» с удовлетворением отмечала, что «вся Британская империя объединилась сейчас с Соединенными Штатами в экономической войне против Японии».

Исчезновение Рузвельта с глаз американской публики было обставлено с меньшей секретностью. Предыдущим вечером президент на своей яхте «Потомак» отплыл с базы подводных лодок в Нью-Лондоне. Официальной причиной была названа необходимость полного отдыха.

Американские газеты, подобно своим английским эквивалентам, были заполнены той же смесью военных сводок и мнений экспертов-аналитиков. Менее солидные издания 4 августа давали сообщения о побочном эффекте войны — «шелковых бунтах», случившихся в предыдущую субботу. С ухудшением торговых отношений с Японией импорт шелка стремительно рухнул, и указ Рузвельта, запрещающий производство шелка-сырца для любых целей, кроме военных, посеял панику среди американских женщин. Угроза «чулочного голода» привела к полномасштабным битвам в универмагах по всей стране. Даже лондонская «Дэйли Миррор» привела на своих страницах рассказ об этих «битвах», с ехидным удовольствием описывая «силовые методы, которые применяли крепко сбитые чикагские домохозяйки».

Тем временем президент, находящийся вне поля зрения любопытных глаз чикагских домохозяек, перешел с яхты «Потомак» на крейсер ВМС США и продолжил путь на север, к Ньюфаундленду. Свита президента также везла с собой планы продолжения войны, в данном случае еще необъявленной. Но время уже поджимало. У Рузвельта находился с собой интересный документ, который президент намеревался показать Черчиллю. Это была копия японской шифровки, перехваченной и расшифрованной в предыдущий четверг. «Ради спасения собственной жизни, говорилось в ней, Японская империя должна предпринять меры, чтобы взять под контроль сырьевые ресурсы южных морей. Необходимо немедленно предпринять шаги, позволяющие разорвать на части усиливающееся окружение Японии, которое создано под контролем и с участием Англии и США, действуя подобно хитрому дракону, до поры притворяющемуся спящим».

Рузвельт понимал, что это означает. Как понимал и Корделл Халл, госсекретарь США,[2] приступивший после шести недель отсутствия по болезни к выполнению своих обязанностей. Кое-кто считал, что его болезнь носила скорее дипломатический характер, нежели реальный, лишний раз доказывающая, что жесткая позиция Халла по вопросам внешней политики была не в почете у администрации президента. Халл моментально поспешил разочаровать эти ожидания. События прошедших недель, заявил он журналистам, еще раз подтвердили, что «мировые шаги, направленные на завоевание посредством силы, сопровождаемые способами правления людей на покоренных территориях, своими корнями уходят в дикость и варварство». Американским ответом на такое должен стать постоянно увеличивающийся выпуск военной продукции «как для нас, так и для тех, кто сейчас этому сопротивляется».

[1] 1Сесил Скотт Форрестер (1899–1966) — знаменитый английский писатель, военный историк и сценарист, автор серии романов о приключениях офицера английского флота Горацио Хорнблауэра, исключительно популярных в Англии. — Примеч. пер.

[2] 2 Государственный секретарь в США выполняет функции министра иностранных дел. — Прим. пер.