— Нашел время!— услышал он за спиной голос Тефилуса.— Мы тут теряем людей одного за другим, а он развлекается с девками!
Зул отразил меч противника и без замаха нанес колющий удар, но на месте павшего врага тут же оказался свежий боец.
— Что, жарко приходится?— спросил киммериец, отправляя очередного стражника к его предшественнику.
— Жарко — не то слово!— бросил, не оборачиваясь, Зул.
— Нужно пробиваться к коням,— спокойно сказал Брун,— это наш единственный шанс.
Сотник работал мечом на редкость ловко, экономно тратя силы, не делая ни одного лишнего движения, и противники его падали на пол через почти равные промежутки времени. Брун методично проверял способности каждого нового бойца и, найдя слабое место, без промедления наносил решающий удар.
— Будем держаться здесь!— отрезал киммериец.
— Ну, если тебе надоело жить…
Брун вогнал меч в очередную грудь и повернулся к следующему воину.
— Жить мне хочется не меньше твоего!— огрызнулся киммериец, снося голову вояке, который бросился на него, так и не научившись, как следует владеть мечом.
— Так в чем же дело?!— спокойно спросил Брун, парируя не слишком удачный удар.
— Я послал девчонку к нашим,— объяснил киммериец.— Они скоро будут здесь!
— Послал?— Брун был настолько удивлен, что даже рискнул обернуться.— Интересно, как?
— Ворота уже приоткрылись, правда, совсем ненамного, но я сумел пропихнуть ее в лаз.
Конан успел увидеть, как при этих словах расширились от удивления глаза его противника, и эта мгновенная растерянность стоила ему жизни.
— Пропихнуть?— Зул обернулся и замер, пораженный.
Конан едва сумел отразить удар, направленный в грудь друга.
— Кром! Тебе что — жить надоело?!
Зул мгновенно развернулся и вновь заработал мечом, как будто ничего не случилось.
— Ты уверен, что она была жива, после того как ты выдавил ее в эту дыру?
— Уверен! Уверен!— отрывисто отвечал киммериец, при каждом слове нанося удар мечом.
— Странно это!— прокричал Зул.— Замочная скважина в двери шире, чем этот лаз!
— Нам это ничем не поможет,— вновь вмешался в разговор Брун,— даже если она приведет подмогу, ни один из моих воинов, ни один зуагир не сможет пробраться сюда тем же путем!
— Ты не понял! — Удар Конана достиг цели, и киммериец получил недолгую передышку.— Сейчас даже один хороший лучник мог бы сильно помочь нам.
— Нет! Их слишком много! — мрачно бросил Брун и замолчал.
Конан выругался и отсек занесенную над ним руку вместе с мечом, затем обернулся и окинул быстрым взглядом картину боя. Положение действительно было отчаянным. Кольцо врагов сжималось, становясь все уже, и центром этого круга был ворот — их последняя надежда, воспользоваться которой они уже не могли. Их и так осталось меньше сорока, и, если снять еще десять человек, они не пройдут и одного круга, как кольцо обороняющихся будет смято, и уже некого будет спасать.
Он видел, что Тефилус уже не может наносить настоящие удары и хотя, стиснув зубы, продолжает размахивать мечом, но если бы не Акаяма, работавший за них обоих, уже давно расстался бы с жизнью.
— Конан!— услышал он истошный девичий крик и непроизвольно вздрогнул, когда первая стрела вонзилась точно в глаз его противника.
Хотя и не слишком часто, стрелы методично поражали теперь врагов, и Конан понял, что стрелок был опытным воином. Внимательный взгляд его выбирал самого сильного из врагов и стрелял именно в него. Плохо было другое — стрелять мог лишь один человек, вдвоем напротив отверстия было просто не поместиться.
— Нужно открыть ворота!— прорычал киммериец.