Адмирал Ушаков: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Под Генуей австрийские генералы также обнаружили своё нежелание мало-мальски выполнять союзный договор.

Отряд судов вице-адмирала Пустошкина, посланный для блокирования Генуи с моря, приступил к действиям в начале ноября. С суши крепость осаждалась австрийской армией под командованием генерал-майора Кленау, который заверял Пустошкина, что Генуя будет скоро взята. Однако осада велась вяло и неумело. Кленау просил Пустошкина высадить десант, чтобы вместе с армией атаковать крепость. Пустошкин не имел десантных войск, но всё же собрал батальон в 200 матросов и морских солдат и послал на подкрепление австрийских войск, которых насчитывалось несколько тысяч человек.

4 декабря Кленау повёл войска на штурм крепости, но потерпел тяжёлое поражение. Потери доходили, по словам Пустошкина, до 3 тысяч человек, «но более в плен взятых нежели убитых». В бою австрийцы вели себя позорно трусливо[382].

При первой контратаке французов австрийские полки беспорядочно побежали, покинув маленький русский отряд на поле боя. Русские солдаты и моряки смело приняли удары противника и, несмотря на его огромное численное превосходство, штыками проложили себе дорогу к берегу.

Русский отряд потерял убитыми 38 человек, ранеными 18 и пленными 19 человек[383].

Очень показательно, что маленький русский отряд, отступая с потерями и унося своих и австрийских раненых, не дал себя ни уничтожить, ни взять в плен. Это была чисто русская боевая хватка и выдержка хорошо натренированных и обученных Ушаковым черноморцев. Прибывшими лодками десант был перевезён на корабли.

После такого бессовестно трусливого поведения австрийцев Пустошкин 9 декабря отошёл к г. Специи, а в конце декабря ушёл в Ливорно. Весной 1800 г. по указанию Ушакова он направился в Мессинский пролив. Здесь же Пустошкин получил от Ушакова повеление императора «впредь никакого содействия с австрийскими войсками не иметь»[384].

Ф. Ф. Ушаков, установив «порядок и спокойствие» в Южной и Средней Италии, не мог считать вполне выполненными задачи экспедиции в Средиземном море без взятия о. Мальты. Приняв на борт три гренадерских батальона, прибывших от Суворова в Неаполь для мальтийского гарнизона, Ушаков с эскадрой 20 декабря покинул неаполитанский рейд и отправился в сицилийский порт Аугусту. Отсюда он намеревался перебросить гренадеров на Мальту и вместе с англичанами взять штурмом крепость Ла-Валетту, последний оплот французов, упорно не сдававшихся англичанам. Для содействия десанту Ушаков назначил эскадру Карцова. Сам же с четырьмя кораблями, требовавшими незамедлительной починки, собрался идти в Корфу. Фрегаты отряда Сорокина имели «чрезвычайную течь» и настолько подгнили, что на них нельзя было выходить в морс. Их пришлось оставить в Неаполе для ремонта[385].

Во время этих распоряжений Ушаков получил приказ Павла I о прекращении военных действий и возвращении в русские порты. Ушаков немедленно оставил Италию и с эскадрой пошёл в Корфу, куда благополучно прибыл 7 января 1800 г. Сюда же вызывались отряды Пустошкина, Сорокина и Войновича.

Интересно заметить, что Нельсон, всеми средствами не допускавший Ушакова к Мальте, в конце концов вынужден был обратиться к нему за помощью. Но Ушаков был уже в Корфу и имел повеление Павла собираться домой. Не помогли Нельсону и льстивые письма к Павлу относительно общей атаки Мальты.

Раздражённый многочисленными интригами англичан, Павел I готовился к разрыву с Англией.

Нельсону не удалось кровью русских матросов и солдат получить Мальту. Мальтийская главная крепость Ла-Валетта сдалась англичанам только после двухлетнего сопротивления[386]. Нельсон, не дождавшись падения крепости, уехал в Англию.

Осада крепостей Корфу и Ла-Валетты убедительно показывает преимущество флотоводческого искусства Ушакова перед искусством английского адмирала. При всех неблагоприятных условиях Ф. Ф. Ушаков овладел Корфу в три месяца. Нельсону же, находившемуся в лучших условиях, обладавшему многочисленным флотом, потребовалось почти два года, чтобы крепость Мальты Ла-Валетта сдалась.

6. Возвращение эскадры Ушакова в Севастополь

Павел I, получив от Ушакова, Суворова, а также из других мест донесения о вероломном поведении англичан и австрийцев, не выполнявших своих союзнических обязательств, разорвал союз с Австрией и приказал Ушакову собрать все суда и, забрав войска, предназначенные для гарнизона Мальты, вернуться в черноморские порты.

Разрыв союза с Австрией и явная враждебность англичан создали очень напряжённую обстановку, которая внушала тревогу за благополучное возвращение русского флота в черноморские порты. Существовала опасность, что «неприятели напрягут происки свои к разорванию союза между Россией и Портою». Необходимо было сохранить с Портой союз, иначе она легко могла закрыть проливы и не впустить русские эскадры в Чёрное море. Тем более что Павел I хотел пополнить Черноморский флот Балтийской эскадрон Карцова, состоявшей из трёх кораблей и фрегата. Он был готов передать султану корфинские укрепления и Ионические острова, чтобы сохранить союз с Портой.

«В Корфе и прочих островах могут введены быть турецкие гарнизоны по выходе вашем, — говорилось в указанном рескрипте. — Сия к ним (т. е. к туркам. — А. А.) доверенность будет принята Портой знаком нашего к ней дружественного расположения.

Почему и с их стороны не воспрепятствуется Карцова эскадре войтить для исправления в черноморские порты, напротив того всем других наций военным кораблям вход туда возбранён будет...»[387].

Так как эскадры Ушакова не могли немедленно вернуться на родину из-за зимних штормов и крайней неисправности большинства судов, то Томаре предписывалось всемерно стараться убедить Порту, что русский флот, выполнив задачи по обеспечению её границ от французов, уходит обратно в свои порты, но должен предварительно привести свои суда в порядок.

«Таковым же... рескриптом, — писал Томара Ушакову 25 ноября 1799 г., — повелено мне предуведомить Порту об отзыве в черноморские порты наши эскадры в командовании вашего превосходительства (находящиеся) дав сей поступи вид ненадобности оной далее при берегах Италии и безопасности, в которой находится действительно Порта от всякого нападения на границы свои со стороны Франции за отдалённостью сей державы и настоящей ничтожностью морских её сил; также и для необходимой починки эскадры...»[388].

Медаль с изображением адмирала Ушакова в виде мифического Одиссея, поднесённая Ф. Ф. Ушакову жителями острова Итака.

Истинные цели ухода из Средиземного моря и время отплытия эскадры Томара предлагал Ушакову «держать в непроницаемой тайне...».

Много сил и труда пришлось затратить Ушакову, чтобы подготовить суда эскадры к благополучному возвращению в черноморские порты. Пришлось капитально ремонтировать почти все корабли. Доставка необходимых материалов в Корфу была сопряжена с чрезвычайными трудностями. В каком состоянии находились суда эскадры, видно из донесения Ушакова Адмиралтейств-коллегии от 24 января 1800 г.

«...Все суда, вверенных мне эскадр, 2 лета и 2 зимы беспрерывно находятся в действиях против неприятеля при многократно случающихся жестоких крепких ветрах и волнениях, от чего пришли в расстройку и имеют многие повреждения членов от гнилости и подломов. Верхняя обшивка на них в подводной части от чревоядия вся сгнила и местами спадывает, в настоящей обшивке в подводной части, в стыках и пазах, пенька ослабла... от чего оказалась в кораблях великая течь и без большого исправления все они в море быть весьма опасны, почему и нужно сделать им большое достаточное во всём исправление, чего в здешних местах, по неимению достаточного числа лесов, припасов и материалов и мастеровых людей, исполнить невозможно...»[389].

Медаль с портретом адмирала Ушакова на лицевой стороне и изображением русской эскадры—на обратной, преподнесённая Ф. Ф. Ушакову от населения острова Кефалонии.

Положение флота было тяжёлое. Но Ушаков из всех сил стремился не только отремонтировать, но и привести его в боевой вид, чтобы, проходя через проливы, внушить Порте уважение к русской морской силе.

Шесть месяцев черноморцы чинили свои суда, заменяли гнилые корабельные части новыми, меняли истрёпанные паруса и такелаж. Благодаря огромному усилию Ушакова и его славных экипажей удалось привести эскадру в сравнительно удовлетворительное состояние.

Теперь снабжать эскадру продовольствием стало ещё труднее, чем раньше. Порта отказалась давать провиант для эскадры Пустошкина и Карцова под тем предлогом, что они не вошли в соглашение. Из Черноморского правления продовольствие поступало редко, а под конец и вовсе прекратилось. Денежные суммы, отпущенные на содержание эскадры, были расхищены чиновниками интендантства и совершенно нельзя было разобраться, откуда Ушаков должен был получать деньги. А у него, кроме эскадр Пустошкина и Карпова, находилось ещё три батальона гренадеров.

[382] «Материалы», ч. XVI, стр. 363.

[383] Там же, стр. 562—564.

[384] Там же, стр. 563.

[385] «Материалы», ч. XVI, стр 556—557.

[386] 5 (17) сентября 1800 г.

[387] ЦГАДА, Госархив, разр. XX, д. 379, л. 269.

[388] ЦГАДА. Госархив, разр. XX. д. 379. л. 266.

[389] «Материалы», ч. XVI, стр. 481—482.