Веннар пошел первым. Лестница по ширине подходила дварфу, но люди могли умещаться на ней лишь по двое. Елена шла рядом с Эррилом, за ними Толчук. Джерик пытался подниматься, но вскоре выяснилось, что эльфийский капитан слишком слаб из-за возобновившейся лихорадки и не может продолжать подъем. На его бледном лице блестели капли пота, дыхание стало отрывистым. Уйдя совсем недалеко, они оставили его на ступеньках на попечение Мамы Фреды.
— Мы с Тикалом присмотрим за ним. Вы же идите дальше.
Елена не хотела оставлять двух старых людей одних и приказала трем дварфам охранять их.
— Они могут прикрывать нас сзади, — добавила она, прежде чем Мама Фреда успела выразить свой протест.
Сократившись численно, они продолжили путь. Взглянув на Маму Фреду и Джерика в последний раз, Елена увидела, как старая женщина взяла капитана за руку. Зрелище вдохновило ее. Даже в этой проклятой стране есть место любви.
С такой мыслью, согревающей сердце, она поднималась по длинной лестнице в сопровождении Эррила. Дварфский разведчик доказал, что обладает хорошим зрением. Ступени вели к туннелю у основания статуи, где из горы выступала нога огра.
Елена стянула с правой руки перчатку и сделала надрез на кончике пальца своим кинжалом. У них не было факелов, поэтому стоило рискнуть использовать немного магии, чтобы осветить путь. Она вытянула тончайшую нить огня ведьмы и намотала ее, как пряжу на веретено, придавая форму огненного шара. Он парил над ее пальцами. Подняв его над собой, Елена ступила в туннель. Огненный свет озарил лестничную спираль, уходящую вверх.
— Еще больше ступеней. — Она обернулась через плечо.
Веннар вновь пошел первым. Его длинная тень в свете огня вытягивалась вперед. Все следовали за ним.
Елена заставила огненный шар, прикрепленный тончайшей нитью к ее правой руке, парить над ее головой.
Эррил шагал рядом с ней. Их подъем замедлялся при появлении дополнительных ответвлений туннеля. Каждый раз отряд приближался к ним с осторожностью, опасаясь нападения неизвестных чудовищ. Но каждый такой проход оказывался пустым, лишь ветер завывал в темных коридорах.
— Где же защитники? — наконец спросила Елена.
— Зачем они в этом заброшенном краю? — спросил Эррил. — Кажется, земля сама защищает себя огненными шарами, ядами и дикими существами. Кроме того, учитывая реакцию ворга на это место, вряд ли кто-то отваживается подходить к нему. — Но даже собственное объяснение не удовлетворило жителя равнин. Он крепко сжал рукоять меча и всматривался в каждую тень.
Остальные с каждым шагом также становились все более осторожными. Подъем казался бесконечным. Наконец они добрались до изобилующего пещерами бокового туннеля. Он был так широк, что весь отряд мог выстроиться в нем в одну шеренгу.
Елена внимательно оглядела проход.
— Мы достаточно высоко, чтобы добраться до руки статуи?
— Думаю, да, моя госпожа, — ответил Веннар. — Я посмотрю.
Елена отделила небольшой шар от своей огненной сферы и отправила его в туннель.
— Для освещения.
Веннар кивнул, затем вместе с одним из дварфских разведчиков исчез в темноте. Оставшиеся расположились на ступеньках, над ними парил огненный шар. Елена прижалась к Эррилу. Он обхватил ее рукой.
— Как ты удерживаешь его? — спросил он, кивнув на шар. — Он требует от тебя много усилий?
Та покачала головой.
— Это просто капля. — После событий, произошедших в ущелье, Елена восстановила обе руки: одна была наполнена солнечным, другая лунным светом. Она положила голову на плечо Эррила и закрыла глаза, чувствуя его тепло и дыхание.
Пока они ждали, измученные и изнуренные, Елена задремала на руке Эррила — но это была лишь короткая передышка. Из глубокого туннеля раздался ужасный крик. Все подскочили, крик вновь рассек воздух. Вдалеке послышались удары железа о камень.
— Кажется, мы здесь не одни, — проговорил Магнам.
Елена направилась к туннелю, но Эррил крепко ухватил ее за плечо. Она обернулась к нему.
— У нас нет выбора, нужно идти вперед. Судьба Аласии зависит от Врат Плотины. — Она запустила еще больше энергии в огненный шар, не скрывая свою магию. Шар раздулся, освещая глухой туннель.
Она послала огненный шар вперед и последовала за ним.
— Мы не можем свернуть сейчас.
Свирепый вопль эхом донесся до них из коридора.