Встречи с животными: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И вдруг подула моряна, и хотя ветер не достиг значительной силы, но за три дня вода поднялась настолько высоко, что большинство гнезд оказалось затоплено. Над погибшей колонией кружились крупные белые птицы, наполняя воздух то жалобным криком, то своеобразным громким хохотом.

Вода грозила затопить и пеликаньи гнезда. Издавна эти птицы гнездятся в этих местах, но, не в пример другим птицам, не умеют избегать гибели от сильных подъемов воды во время моряны, И сколько труда затратили сотрудники заповедника, чтобы обеспечить пеликанам нормальное размножение, — представить трудно!

Например, кряковая утка в дельте обычно откладывает яйца на высоких деревьях в гнезда ворон и коршунов. Сидит такая утка на яйцах, воды не боится, и комары до нее не добираются. Глупый же пеликан, хотя и есть места более надежные, упорно продолжает гнездиться на крошечных камышовых островках, где его птенцам при подъеме воды верная гибель. Вот и в предыдущую зиму сколько труда было затрачено, чтобы для птиц создать надежные места гнездования! Еще по льду навозили на взморье громадное количество камышовых снопов, соорудили большой плот, закрепили на месте толстыми кольями. Удался плот на славу, десяток коров на нем поместить можно — тесно не будет.

Закончили энтузиасты работу, представили, как весной загнездятся десятки громадных птиц и как спокойно им будет на надежном плоту растить молодь, и решили на следующий год еще такой плот построить.

Настала весна, прилетели пеликаны, устроили гнезда, отложили яйца — только не на прекрасном новом плоту, а опять на маленьких камышовых кочках. Издали такие гнезда совсем незаметны. Видишь только большое светлое пятно среди водной глади. Это 15–20 пеликанов сидят на гнездах, скрывая их своей массой.

В последней декаде мая посетили мы пеликаньи колонии на взморье и поняли, что многим из них грозит гибель. Моряна нагнала в култук воды, уровень ее поднимается с каждым часом — вот-вот начнет топить гнезда. Приехали на другой день — уже первые жертвы есть. В самых низких гнездах от воды пеликанята погибли. Что делать? На двух небольших камышовых кочках сгрудились 25 крупных и маленьких пеликанят и, видимо, не предполагают, что им грозит гибель. Тесно на кочках, ступить некуда, а тут еще около десятка взрослых пеликанов на гнездовья взобраться пытаются — того и гляди все погубят.

— Затопит? — спрашиваю я местного наблюдателя-охотника Сашу.

— Обязательно затопит, — отвечает он, а сам, видимо, старается выход найти из создавшегося положения. Подумали мы, подумали и пришли к следующему выводу. Если пеликанят до завтрашнего дня оставить, они все погибнут. Значит, нечего бояться делать с ними какие угодно опыты. Перевезем сейчас их на искусственный плот, а завтра, если взрослые не найдут их и кормить не будут, заберем всех на кордон и раздадим ребятам на выкормку, благо попавшихся в вентери щук девать некуда, выбрасывать приходится. Этими щуками и полсотню пеликанов выкормить можно.

На этот раз в лодке нас было четверо. Высадили мы двух наших спутников-ленинградцев на искусственный плот, туда же сложили все вещи и отправились к пеликаньей колонии. Выбрался я на кочку, хватаю пеликанят за шеи, за клювы и передаю Саше, а он их, как мешки, в лодке укладывает. Только птенцы на месте не сидят, пытаются за борт выбраться и спешат освободиться от съеденной пищи. Широко откроет пеликаненок рот, покрутит головой и выбросит наполовину переварившуюся рыбу. В одно мгновение всю лодку испачкали, и такой от нее невыносимый запах пошел, что дышать нечем. Скорей бы перевезти птенцов и лодку вымыть, а тут некоторые пеликанята с гнезда соскочили и вплавь пытались уйти от нас — беспокойных посетителей. Пришлось за ними гоняться.

Поразило меня, что совсем голые и, казалось бы, беспомощные пеликанята умели отлично плавать. Шлепнется птенец с гнезда в воду, шею вытянет и, заработав ногами, плывет в сторону. Почему не знаю, но напоминали они мне волжский колесный пароход; что-то было между ними общее.

Наконец, мы переловили всех пеликанят, доставили их к новому месту и выгрузили на искусственный плот. Старые же птицы тем временем возвратились к опустевшей колонии и, не зная, что предпринять, расселись на камышовые островки.

— Будут там сидеть и птенцов не найдут, — говорит Саша, — давай-ка раскидаем камыш, чтобы от гнезд и следа не осталось.

Опять возвратились мы к бывшей колонии и, работая веслами, уничтожили оба маленьких островка. После этого, воспользовавшись моряной, подняли косой парус и, гонимые свежим ветерком, укатили к кордону.

Перетащив пеликанят, я, откровенно говоря, мало надеялся на удачу. Наверное, придется ребятам кордона заменять птенцам их родителей. Искусственный плот помещался по меньшей мере в 300 метрах от гнездовых островков, а птицы в этом отношении ужасно капризны. Иной раз найдешь гнездо какой-нибудь чересчур осторожной птицы, осматривая, дотронешься до него руками, и птица бросит яйца. В данном же случае мы просто наразбойничали: от бывших гнезд следа не оставили, птенцов перетащили за 300 метров. Какая уж там надежда, что их «старики» найдут и выкормят!

Однако опыт увенчался успехом. На следующий день на плоту рядом с птенцами сидели два взрослых пеликана, а через день и все родители, дети которых были спасены от затопления.

Как видите, в некоторых случаях можно вмешиваться в птичью жизнь, не вызывая дурных последствий. Перевозя пеликанят на новый плот, мы способствовали его дальнейшему заселению. Ведь в будущем эти пеликанята обязательно загнездятся на плоту, где протекло первое лето их жизни.

— Ремезиные яйца вода затопила, — зайдя ко мне, сказал мой юный приятель.

— Как затопила? — удивился я. — Ведь это не пеликанята. Гнездо-то на целых 2 метра над головой висит.

— Не знаю, как случилось, но в гнезде воды полно, и яйца под водой лежат.

Ничего не понимая, я сел в лодку и через несколько минут был уже у знакомого места. Здесь над узкой протокой, метра на два от водной поверхности, на конце ветви ивы висело гнездо ремеза. Около него суетилась крошечная птичка. Она выдергивала из гнезда строительный материал и перелетала с ним на соседнее дерево. Там взамен погибшего гнезда она уже строила новое. Встав в лодке на скамейку и пригнув нависшую ветку, я сунул палец в гнездо птицы. Яйца действительно лежали под слоем воды.

Как же могло случиться, что в гнезде вода?

Ремез — крошечная, близкая к нашим синицам птичка. В конце мая из пушинок, окружающих семена камыша и тополя, он сооружает теплое гнездышко, издали похожее на серовато-белую рукавичку. Висит такая рукавичка над речкой, покачиваясь от ветра на гибкой ивовой веточке. Много ремезов водится в дельте Волги; много и гнезд удается встречать при поездках на лодке по протокам заповедника.

Несколько дней строили два ремеза замеченное мной гнездышко. Наконец, кончили строительство, и самка стала откладывать белые яйца. Но не успела птичка закончить кладку, как гнездо вдруг погибло, и погибло оно не от подъема воды, затопившей гнезда чаек и пеликанов. Яички были затоплены «кукушкиными слезками».

Есть у нас насекомые цикадки — ивовые пенницы. Большими колониями живут их личинки на деревьях ивы, выделяя на ветки и листья пену. Собирается она в капли, стекает по веткам ивы и, наконец, капает с дерева. Народ называет ее «кукушкиными слезками».

Видимо, неудачно построил крышу своего гнезда ремез: одна за другой капли, стекая по нависшей веточке, проникали в гнездо и затопили яички.

Посетил я как-то дельту в разгар наводнения и видел, как борются животные с водой за свою жизнь.

Неузнаваема дельта Волги во время половодья. На взморье, куда ни глянешь в голубую даль, кругом вода. Только на горизонте маячит невысокая зеленая полоска кустов и деревьев. И в знойный полдень вас непреодолимо потянет туда, к твердой почве, под тень развесистых ив. Но лучше не поддавайтесь соблазну. Вдали не земля, а затопленный лесистый остров. Сквозь зеленую лесную чащу медленно струится вода, да среди древесных стволов, обвитых побуревшей растительной ветошью, лениво покачивается на сонной волне занесенный сюда валежник. А над всем этим на ярком голубом небе белые цепи облаков. Глянешь кругом на безбрежную воду, на небо — ширь-то какая!