— Виси, виси. Ужо вернется хозяин из лесу, он тебе задаст.
Пришел лесник домой, видит — ничего не сделано, и говорит сумке:
— Ну, попомнишь ты у меня! Сейчас же суд над тобой учиню. Ну-ка, жена, помоги, сними-ка сумку да повесь себе на спину, а я ее проучу, чтобы в другой раз слушалась.
Растрепа смеется, любопытно ей, что дальше будет. Перекинула она ремень через плечо, а лесник принес из сеней дубину и давай колотить по сумке на жениной спине. Закричала растрепа караул, а муж не отступается. Знай бьет, утюжит, но будто бы не ее, а сумку.
На другое утро, уходя в лес, он опять наказал сумке:
— Смотри, еду приготовь, все сделай по хозяйству, не то я тебе опять всыплю!
Только он за дверь, вскочила растрепа с постели и принялась за работу.
Воротился муж из лесу, смотрит — в доме полный порядок.
— Что же, — спрашивает, — нынче сумку учить не будем?
Отвечает растрепа:
— Нет, не будем.
— Вот так и хозяйничай. И никто тебя пальцем не тронет, — говорит лесник сумке.
И пошло у них все на лад. Кася каждый день встает раненько, и к приходу мужа все у нее готово. Про сумку уж и помину нет. И люди забыли, что хозяйку этой избы раньше звали Касей-растрепой. Кася, Касенька, — другого имени ей теперь нет.
Прошло много времени, и захотелось матери поглядеть, как там живется ее доченьке. Приехала она в гости в Касе — и диву далась: порядок и в доме, и в хлеву. Нарадоваться не может, что из лентяйки и растрепы такай хорошая хозяйка вышла. Спрашивает у нее мать:
— Как же так? Ведь ты никогда ничего делать не хотела, а теперь вот какая работящая стала, и в доме у тебя чистота — любо-дорого посмотреть! Уж не бил ли тебя муж, не нарушил ли свое слово?
— Ой, что вы, матушка! Никогда он меня не бил, — отвечает Кася. — Разок только при мне сумку отколотил, а больше уж и не понадобилось.
Мать радуется, а Кася на нее раз-другой искоса глянула, помялась немного и наконец говорит:
— Вы бы, мама, сходили в сарай да принесли бы дровишек. Будет вам лентяйничать.
СКАЗКИ-ШУТКИ, СКАЗКИ-АНЕКДОТЫ
КАК КУЗНЕЦ В РАЙ ПОПАЛ
Жил на свете один кузнец. Жил весело, ни на бога, ни на черта не оглядывался. Но вот почуял он, что приближается смерть, и говорит своему ученику:
— Смотри — как помру, положи мне в гроб молоток и пару гвоздей поострее и подлиннее.
Ученик так и сделал, и похоронили кузнеца. Пошел кузнец к райским вратам, стал в рай проситься. Но святой Петр сказал:
— Ты большой грешник, я тебя впустить не могу. Ступай дальше.
Пошел кузнец дальше и пришел в пекло. Привратников нет, ворота заперты. Тогда ваял кузнец молоток и давай стучаться. Проснулись черти, послали одного узнать, что там за шум.
Только черт ворота приоткрыл, только-только выглянул, а кузнец хвать его за ухо — и прибил к правому столбу.
От боли завопил черт истошным голосом. Услышали этот вой остальные и послали второго посмотреть, чего это первый разорался. Выглянул второй черт из ворот, а кузнец хвать его — и прибил к левому столбу. Оба черта так в крик ударились, что самый главный черт поднялся и говорит:
— Пойду, сам погляжу, что там стряслось.
Высунулся главный черт, хотел его кузнец схватить да тоже приколотить за ухо, но успел главный черт отскочить и захлопнул ворота. Захлопнул, побежал к богу через черный ход и говорит:
— Стоит у моих ворот один кузнец. Он уже двух моих чертей к воротам за уши приколотил, и сам я едва ноги унес. Хочешь не хочешь, забирай его в рай. А то, если его в ад пустить, значит мне уж там не властвовать.