— Затем на главной улице появляется сводная колонна учителей нашей родной и любимой школы! — продолжил Мымриков. — Стройными рядами они проходят под твоими окнами строевым шагом с песней «По улицам ходила большая крокодила…»!
— Хорошая песня, — согласился Фунтов.
— Ещё бы, — подтвердил Мымриков. — Так они и ходят часов до девяти утра, учителя наши замечательные! Шагают и поют!
— А дальше? — уточнил Фунтов.
— В девять утра к учителям присоединятся воспитанники детских садов №51 и №53!
— Да, меня водили сначала в пятьдесят первый, а потом в пятьдесят третий, — кивнул Олег Фунтов.
— Ну вот! — развил мысль Мымриков. — Все с воздушными шариками на верёвочках, малышня начнёт славить тебя песней «Мишка с куклой громко топают…»!
— Шариков у них на всех хватит, — заметил именинник. — Интересная получается картина! А ещё у нас в городе есть зоопарк!
— Точно! — обрадовался Мымриков. — Помню, любимое твоё, Фунт, место отдыха от всего на свете! Значит, из ворот зоопарка появляется сводный оркестр ручных бегемотов — с барабанами, дудками, трещотками и пищалками! С аккордеоном и скрипкой, наконец! Бегемоты поют…
Троечник Фунтов тряхнул головой, будто прогоняя наваждение, и открыл глаза.
— С чего это они все у тебя распелись? — поинтересовался он. — И притом сплошные бездельники! Весь день бессмысленно слоняются по улицам, как неприкаянные!
— Какой именинник такой и день рождения, — объяснил Мымриков. — От радости поют, должно быть…
— Ясно, — улыбнулся именинник Фунтов. И без всякой паузы предложил:
— Приходи ко мне сегодня после уроков, хорошо? В гости! Мама торт купит, чаю попьём…
От таких негромких слов лучшего друга обычно несгибаемый Мымриков вдруг рассиропился.
Он облизал губы, набрал в грудь побольше воздуха, чтобы сказать Фунтову очень многое и сразу.
Что больше всего на свете он любит как раз тортики с чаем!
И что подарок на день рождения уже приготовил!
А уж посидят они за столом с именинником интеллигентно и культурненько, будьте уверены!
Ха, и пусть себе эти невоспитанные бегемоты напридумывают тут всякого: им бы только по улицам шастать, народ пугать! Пускай топают и топают, как слоны, только где-нибудь в другом месте!
С песнями и плясками!
Вместо всего этого Мымриков сказал просто:
— За мной не заржавеет!
Вовка Абрамушкин
Хрю-хрю
Позвонил Вовка Абрамушкин. Я сразу догадался, что это он, потому что из телефонной трубки раздалось громкое овечье блеяние:
— Бе-е-е-е! Бе-е-е-е-е! Бе-бе-е-е-е-е!
Вот, думаю, молодец Вовка, не забывает!