— Не надо говорить, как психотерапевт, знаешь же, как я это ненавижу.
— В последний раз, что он тебе сделал? — спросила Рейни, уже намного спокойнее.
— Он мне ничего не сделал, — ответила Харпер. — Мы поссорились. Не подрались, а просто поругались. Как и все пары. Уже все в прошлом.
Рейни постучала ногтями по стеклянной поверхности.
— Почему вы поругались?
— Он был зол, что на меня напали, и я не сказала ему сразу, и в общем, он использовал злость не в том направлении. — Она не желала углубляться в подробности, это было между ней и Ноксом.
— Он сказал, что она женщина, которая не держит свое слово, — добавила Хлоя.
Харпер бросила на самодовольную кузину еще один жесткий взгляд.
— Я тебя убью. Убью. Я не боюсь тюрьмы.
— Он, правда, так сказал? — спросила шокированная Девон.
— Он извинился за это и заверил, что совсем не это имел в виду, — сказала Харпер. — Он думал, я умерла. У него был шок, и он был напуган. Если честно, я пообещала ему, что обязательно его позову, если буду в опасности. Я нарушила обещание, чтобы защитить его, но все равно не сдержала слово. Нет, это не значит, что он прав. Но мы оба наговорили чепуху, которую не имели в виду, в пылу злости.
Девушки обменялись взглядами при полном молчании. Наконец, Девон сказала:
— Что же, если ты можешь его простить, я тоже могу.
Рейни кивнула.
— Но я буду за ним присматривать.
— И я, — сказала Девон. — Я не смогу такой быстро забыть.
Харпер повернулась к своей кузине, наклонив голову.
— А теперь о твоей маленькой привычке рассказывать чужие проблемы другим… возможно, стоит отплатить тебе этим же. Может мне рассказать, что ты сделала Кинану, когда он ночью отвез тебя домой после попойки.
Глаза Хлои расширились.
— Он рассказал тебе?
— Он кое-что рассказал Ноксу, — сказала Харпер. — А Нокс рассказал мне. И я не знала то ли мне смеяться, то ли ужасаться.
Девон направилась в сторону импа, с неприкрытым любопытством.
— Что ты сделала?
— Расскажи им, — настаивала Харпер, самодовольно ухмыляясь. — Правда освободит тебя.
Хлоя вздохнула.
— Да я же просто прикалывалась.
— О Боже, — застонала Рейни, потому что почти все истории Хлои начинались с этой фразы.
— Не помню зачем, но я сфоткала его на телефон, когда он нес меня к моей двери. — Хлоя почесала руку.
— В любом случае, Кинан психанул. Оказалось, инкуб ненавидит, когда его фотографируют. Я имею в виду реально, ненавидит. Сказал, что у него фобия камер или что-то в этом роде. А я начала делать наше с ним селфи.
— Конечно же, ты начала, — вздохнула Рейни, потерев лоб.