Время карликов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Ты не представляешь, как мне хорошо сейчас. Высоковский чмокнул подставленную щеку сухими

губами и через десять секунд уже махал вслед отъезжающему автомобилю. «Наивная женщина: она еще не знает, что время белых великанов уже прошло».

Глава вторая

Владимир Фомич, как вы уже поняли, личность не ординарная. Он умеет не только обижаться, но и прощать. Причем делает это, как и все добрейшие люди, почти одновременно. И даже его бывшая жена, летя по направлению к Ивангороду, оглянувшись на следовавшую за «БМВ» фуру, вздохнула:

– Бедный Высик, он без меня совсем пропадет. Он ведь всем обязан мне и моему отцу, а без нас он ничего не сможет.

– Такофа шиснь, – попытался успокоить ее Валтер.

– А я даже все хрустальные рюмки с собой забрала, – снова вздохнула Рита.

– Нитево. Путет пит ис стаканоф, – рассмеялся двухметровый блондин.

А Рита улыбнулась тоже от ожидающего ее большого счастья.

Конечно, Владимир Фомич не мог слышать этого разговора; он поднялся в пустую квартиру, присел на одинокий диван, выдвинутый в центр комнаты, и закрыл лицо руками, потом захрипел и упал на то место, где еще час назад лежал ковер. Он смеялся, задыхаясь и держась двумя руками за живот, как когда-то в ранней молодости, когда, запершись в ванной комнате, он пересчитал первые крупные заработанные им деньги. Он катался по полу, собирая на костюм из английской шерсти всю пыль, которая не уехала в Эстонию, катался, согнув ноги в коленях, иногда подрыгивая ими, а слезы текли из его глаз. Вот так порой переживают умные и значительные люди потерю жены. Потом, вспомнив, что на сегодня у него запланирована еще пара важных встреч, поднялся с пола, вытер рукавом влагу со щек, огляделся, словно прощаясь с квартирой, в которой прожил почти три года, вышел на лестничную площадку и начал спускаться по лестнице. Этажом ниже он остановился у потертой двери и позвонил. Щелкнули замки, звякнула цепочка, и в проеме появился рыжеватый брюнет в спортивных штанах с пузырями на коленях.

– Владимир Васильевич, – обратился к нему Вы-соковский, – а Вы меня, часом, не записывали?

– Как можно? – удивился сосед. – Приказа не было.

– Да бог с ними, – махнул рукой Владимир Фомич, – с приказом и с пленками.

Он полез было в карман за купюрой, но потом рука его остановилась.

– Вы лучше пленки со мной продайте на радиостанцию «Свобода».

– В каком смысле? – не понял отставной подполковник.

Но вопрос его был обращен уже в пустоту. Внизу хлопнула дверь, а потом раздался шум отъезжающего автомобиля.

2

Нет, все-таки я что-то упустил в своем рассказе. Психологический портрет своего героя мне все равно не удается вылепить – для этого у меня не хватит таланта, а вот внешность, с некоторым опозданием, я постараюсь донести до внимательного читателя. Как вы уже знаете, Владимир Фомич был невысок ростом, что не помешало ему, впрочем, получить высшее образование. Он был среднего телосложения, то есть скорее худ, чем дороден. Волосы были темного цвета, но какого – трудно определить. Ясно одно: волосы его, обычно аккуратно уложенные и даже несколько прилизанные, были (как, впрочем, и остаются до сих пор) не иссиня-черными, то есть воронова крыла, и не темно-русые, вроде мореного дуба, – у его волос цвет был какой-то особенный, как у гаванских сигар, выпущенных еще до кубинской революции, а к нашему времени сильно потемневших и потому стоящих бешеных денег. Говорят, что не так давно один американский актер, изображающий обычно терминаторов, купил целый ящик таких сигар по пять тысяч долларов за штуку и теперь курит их иногда, угощая порой президента своей страны, забывая, правда, снять с сигары ценник.

О чем это я? Ах, да! Это я к тому, что Владимир Фомич Высоковский не курил вовсе, и не потому вовсе, что не мог позволить себе кубинские сувениры по пять тысяч долларов за штуку, а потому лишь, что очень берег свое здоровье, которое стоит куда дороже, особенно для нашей Великой державы. Хотя мне кажется, что если бы американский президент сказал бы своему другу: «Арнольд, угости-ка Владимира Фомича своей гаванской штучкой», то Высоковский, может быть, и сделал бы пару затяжек. И то только для того, чтобы не осложнить отношения между нашими двумя странами, не говоря уже о мировой политике в целом. Наш герой не пил спиртного. Разве что иногда мог позволить себе рюмку-другую французского коньяка «Луи XIII» или, на худой конец, шотландского виски, изготовленного еще при Марии Стюарт, когда она была еще не английской королевой, а всего лишь простой шотландской принцессой. Как я уже говорил, Владимир Фомич и сам был из простой семьи. Отец его, Фома Фомич работал на заводе технологом, а у матери не было даже специального среднего образования. Зато бабушка – теща Фомы Фомича, была бухгалтером. Теперь мне кажется, я даже уверен в этом, что именно эта почтенная женщина привила внуку любовь к экономике и крупным цифрам. Мне помнится, даже рассказывали, что, когда все дети играли во дворе и восьмилетний Вова тоже был рядом, окно в маленькой квартирке распахивалось, оттуда высовывалась дородная женщина, которая кричала на все мировое пространство, ограниченное четырьмя пятиэтажками:

– Вовочка, скажи, а сколько будет шестью семь?

– Сорок два, – мгновенно отвечал будущий финансовый гений.

– Громче! – приказывала бабушка.

– Сорок два! – орал маленький Владимир Фомич, да так, что голуби взлетали с помоечных баков и летели прятаться под крышу.

– Вот видишь, – говорила старушка кому-то в глубине комнаты – наверное, своей подруге детства, – а ты говоришь, что твой внук гений!

Неудивительно, что к тому времени, когда Володя закончил среднюю школу, у бабушки подруг уже не осталось. Да и ладно: рассказ не о них. Надо бы вернуться к тому дню, когда бывшая гражданка Высоковская мчалась в сторону счастливой эстонской жизни, а Владимир Фомич сел в свой не самый новый «мерседес» и поехал к одной знакомой молодой певице, которую спонсировал уже около года. Несмотря на явное присутствие таланта и даже музыкального образования, певица за это время стала популярной, а Владимир Фомич стал беднее на целое состояние. Но главное заключалось не в том, что он за этот год разорился, – главное в другом: Высоковский не смог бы разориться, даже если бы он спонсировал всех самых безголосых певичек Советского Союза. Владимир Фомич уже к концу тысяча девятьсот девяносто первого года был очень богат. О чем никто ничего не знал. Даже его жена Маргарита Петровна, не говоря уже о тесте с тещей. И налоговых органах. Об этом вообще никто не догадывался. Про богатство знал только один человек – друг детства Владимира Фомича, тот самый, кто был на его свадьбе свидетелем.

Надо сказать, что физической силой Высоковский не отличался даже в детском возрасте. Может, конечно, и выделялся, но не в ту сторону. А во дворах всякие мальчики попадаются. Советские люди не выбирали где жить. Получила семья Высоковских новую квартиру, приехали в незнакомый дом со своим скарбом, а там во дворе одни хулиганы. Не может же бабушка следить за Вовкой через окно постоянно! А кому достается от будущих бандитов? Конечно же, самым слабым. Вовке и досталось. Правда, всего один раз. И то не до конца. Его даже повалить не успели, как откуда-то с крыши спрыгнул какой-то мальчишка и бросился на хулиганов.

– Витька-психованный, – заорали будущие воры в законе. – Атас!

И все разбежались кто куда. Эта история лишний раз подтверждает мою мысль о том, что и авторитеты порой тоже кого-то боятся.

Так Вовка Высоковский познакомился с Витькой Подрезовым. И дружба у них получилась самая настоящая: Виктор защищал низкорослого товарища, а Высоковский за это не рассказывал его родителям, что его друг иногда курит. Потом-то уже их сплотили общие интересы. Подрезов любил гонять на отцовском мотоцикле, а Высоковский сидел позади, обняв мотоциклиста за талию, и говорил, куда нужно ехать. Они ходили вместе в кино, а потом уже на школьные танцы, где Виктор знакомился с какими-нибудь двумя подружками, и поэтому его друг тоже научился танцевать. Хотя, если честно признаться, делал он это не очень умело, зато очень любил, когда в зале выключали свет. Не потому, конечно, что он мог позволить себе что-то лишнее в отношении девушки – совсем нет. Владимир Фомич еще в юности отличался воспитанностью и рыцарским отношением к подруге по танцам. Просто в темноте его малый рост не так бросался в глаза окружающим. На танцах, даже если они проходят в школе, всякое бывает. Иногда к Высоковскому подваливали подвыпившие ребята, и кто-нибудь из них, самый образованный, говорил, оторвав Володю от девушки: