Японская мифология. Энциклопедия: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Хочешь, я возьму тебя с собой? — предложил он. — Я сделаю тебя еще красивее, буду хорошо кормить и одевать тебя.

Желтая Хризантема была так очарована словами старого садовника, что совсем забыла о своей белой сестре и дала согласие. Старик осторожно поднял ее с земли и перенес в свой сад.

Когда Желтая Хризантема и ее новый хозяин удалились, Белая Хризантема горько заплакала. Ее собственную безыскусную красоту отвергли, и, что было еще хуже, теперь она осталась на лугу одна-одинешенька.

День за днем Желтая Хризантема, живя в саду своего нового хозяина, становилась все прекраснее. Никто бы теперь не узнал в ней обыкновенный полевой цветок. Но несмотря на то что лепестки ее стали длинными и кудрявыми, а листья — чистыми и ухоженными, Желтая Хризантема часто думала о своей сестре: «Каково-то ей там живется на лугу одной? Что она делает, о чем думает в долгие летние часы?»

Однажды к старому садовнику пришел деревенский староста. Он искал совершенную по красоте хризантему, чтобы сделать новый герб для своего господина.[11] Староста сказал садовнику, что ему не нужен изящный цветок с красивыми длинными лепестками, что он ищет простую белую хризантему, у которой было бы шестнадцать лепестков. Садовник показал гостю Желтую Хризантему, но тот только покачал головой и, поблагодарив старика, удалился.

По дороге домой староста проходил как раз через то поле, на котором плакала Белая Хризантема. Он остановился возле нее, и бедняжка рассказала ему свою грустную историю. Тогда староста сказал ей:

— Я был у садовника и видел Желтую Хризантему, она и вполовину не так красива, как ты!

Услышав эти слова, Белая Хризантема перестала плакать и чуть не запрыгала от радости, когда староста добавил, что хочет взять ее с собой и нарисовать на гербе своего господина.

И вскоре счастливую Белую Хризантему уже несли в паланкине во дворец даймё. Увидев ее, все во дворце стали восхищаться ее красотой и совершенством форм. Отовсюду, даже из самых дальних уголков страны, съехались великие художники, чтобы нарисовать этот прекрасный цветок, используя все свое мастерство. Вскоре Белой Хризантеме уже не нужно было зеркало, чтобы увидеть свое лицо. Оно сияло белизной на всех самых драгоценных вещах даймё: на доспехах, лакированных шкатулках, одеялах, занавесках и одежде. Когда Белая Хризантема смотрела вверх, она видела свое лицо на больших резных панелях. Видела себя плывущей по быстрой реке и в тысяче других прекрасных и изящных образов. Все единогласно признавали, что белая хризантема с шестнадцатью лепестками — самый лучший герб во всей Японии.[12]

В то время как счастливое личико госпожи Белой Хризантемы было увековечено на императорском гербе, госпожу Желтую Хризантему ждала печальная участь. Она одиноко красовалась в саду, так же жадно впитывая похвалу посетителей, как впитывала росу своими кудрявыми желтыми лепестками. Но однажды ее гордая головка поникла, все тело онемело, и жизнь покинула ее. Когда же садовник нашел Желтую Хризантему, лежащую на земле, он поднял ее и выбросил на помойку.

Кикуо (Старик-Хризантема) был верным слугой своего господина Цугару. Однажды Цугару потерпел поражение в битве, и противник захватил его замок и все земли. К счастью, Кикуо и его господину удалось бежать и скрыться в горах.

Кикуо, зная любовь своего господина к цветам вообще и к хризантемам в особенности, решил сделать все, что в его силах, чтобы хоть немного скрасить жизнь изгнанника. Кикуо стал выращивать хризантемы, чтобы господин Цугару позабыл о своем унижении и горе.

Его усилия не пропали даром, Цугару был очень доволен. Но, к несчастью, вскоре он тяжело заболел и умер. Верный Кикуо похоронил своего хозяина и остался горевать над его могилой.

Он сажал и сажал хризантемы вокруг могилы, пока не получилась клумба в тридцать ярдов шириной, так что, к изумлению всех окрестных жителей, по всей округе разносился аромат красных, белых, розовых, желтых и золотых цветов.

Однажды, когда Кикуо было уже восемьдесят два года, он простудился и лежал в своей хижине совсем один, страдая от сильных болей.

Стояла осень, и Кикуо думал о том, что в это время года любимые цветы его господина находятся в самом расцвете своей красоты. И вот однажды ночью Кикуо увидел на веранде группу маленьких ребятишек. Глядя на них, старик вдруг понял, что они не принадлежат к миру живых.

Двое ребятишек подошли к Кикуо и сказали:

— Мы — души твоих хризантем. Мы пришли сказать, что нам очень жаль, что ты болен. Ты оберегал нас и заботился о нас с такой любовью… Давным-давно в Китае жил человек по имени Ходзо. Он пил росу с лепестков хризантем и прожил восемьсот лет. Мы бы с радостью продлили срок твоей жизни, но увы! Боги решили иначе. Через тридцать дней ты должен умереть.

— Я бы хотел умереть с миром, — ответил старик. — И мне очень жаль оставлять мои хризантемы.

— Слушай, — сказало призрачное дитя. — Мы все очень любили тебя, Кикуо, за все, что ты для нас сделал. Когда ты умрешь, мы умрем вместе с тобой. — И только стихли последние слова, подул ветер, и духи исчезли.

Кикуо становилось все хуже, и на тридцатый день он умер. Когда люди пришли посмотреть на посаженные им хризантемы, они обнаружили, что цветы бесследно исчезли. Жители деревни похоронили старика рядом с его хозяином и, желая доставить удовольствие Кикуо, посадили хризантемы вокруг его могилы. Но все цветы увядали, едва коснувшись земли. Одна лишь трава растет теперь на могилах, а детские души хризантем разговаривают, поют и играют вместе с душой Кикуо.

Однажды Сингэ и ее служанки отправились на пикник в долину Симидзутани, лежащую у подножий Ёсино и Цубосака. Сингэ, преисполненная весенней радостью, подбежала к Фиалковому колодцу, возле которого росло множество пурпурных фиалок с чудесным нежным ароматом. Девушка наклонилась, чтобы нарвать душистых цветов, и вдруг из травы высунулась большая змея и укусила ее. Сингэ сразу же потеряла сознание.

Когда служанки нашли Сингэ, губы ее стали лиловыми, как растущие вокруг фиалки. Увидев змею, все еще лежащую неподалеку, служанки испугались, что их госпожа может умереть. Только одна из девушек, по имени Мацу, не растерялась и запустила своей цветочной корзинкой в змею, которая тут же поползла прочь.

Как раз в этот момент мимо проходил красивый юноша. Он сказал девушкам, что он лекарь, и дал Мацу лекарство для госпожи. Пока Мацу пыталась дать Сингэ лекарство, юноша взял крепкую палку и через некоторое время вернулся, держа в руке мертвую змею.

Вскоре Сингэ пришла в себя и пожелала узнать имя своего нежданного спасителя. Но юноша только молча поклонился ей и, так и не ответив, удалился. Одна лишь Мацу знала, что его зовут Ёсисава.

К несчастью, по возвращении домой Сингэ стало хуже. Самые мудрые лекари пытались вылечить ее, но все их усилия были тщетны. Только служанка Мацу догадалась, что ее госпожа умирает от любви к прекрасному юноше, который спас ей жизнь. Тогда Мацу решила поговорить об этом с хозяином, отцом Сингэ, по имени Дзэмбэй. Мацу рассказала ему, как все произошло. Хотя Ёсисава простолюдин и принадлежит к эта, самой низшей касте в Японии, он очень любезный и приятный юноша и ведет себя как настоящий самурай.

— Ничто, — добавила Мацу, — не возвратит вашу дочь к жизни, кроме брака с этим прекрасным юношей.

Дзэмбэй и его жена были очень расстроены, поскольку у них было большое поместье и они ни на секунду не допускали мысли, что их дочь может выйти замуж за человека низшего сословия. Однако отец Сингэ согласился разузнать побольше о Ёсисава, и Мацу возвратилась к своей госпоже с ободряющей вестью. Когда Сингэ узнала, что сказал отец, она заметно оживилась и даже согласилась поесть.

Когда Сингэ уже почти совсем поправилась, Дзэмбэй позвал ее к себе и сказал, что разузнал все необходимое о Ёсисава и что он ни за что не даст своего согласия на их брак.

Сингэ горько заплакала и погрузилась в тяжелые раздумья о своем горе. На следующее утро она исчезла, ее не могли найти ни в доме, ни в саду. Слуги Дзэмбэя повсюду искали Сингэ, и даже сам Ёсисава отправился на поиски, но все было напрасно. Сингэ таинственно исчезла, неся в разбитом сердце свое горе. Только тогда ее отец осознал всю жестокость своего поступка.

[11] Хризантема с шестнадцатью лепестками — один из гербов императорской семьи, так же как цветы и листья павлонии. Гербы в Японии имели не только знатные и богатые люди высшего сословия.

[12] См. предыдущее примечание.