Рождение Темного Меча: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Мертвый! — повторил надсмотрщик. Похоже, до него лишь сейчас дошел истинный смысл этого известия. Глаза его заблестели. — За живого Мертвого дают награду. Каталист, дайте мне Жизнь! — скомандовал он. — А потом откройте Коридор! Я буду держать его под замком до прибытия Исполняющих...

Все произошло в мгновение ока, за один удар сердца, за единый вздох.

Анджа стремительно развернулась к надсмотрщику. Перед глазами у нее стояло бледное лицо Джорама. Ее сын, ее прекрасный сын теперь знал правду. Он никогда ее не простит! Теперь он ненавидит ее — она поняла это по его глазам. Его взгляд вошел в ее сердце, словно холодный вражеский клинок. И сквозь эту боль пробилось, словно пронзительная диссонирующая нота, слово «Исполняющие».

Давным-давно Исполняющие, Дуук-тсарит, увели ее любимого. Дуук-тсарит превратили его в камень. А теперь они собираются забрать ее ребенка. Они уже приходили...

У Анджи вырвался дикий крик.

— Нет!.. Не трогайте моего ребенка! Не надо! Он скоро станет теплым! Я согрею его! Мертворожденный? Нет! Вы ошибаетесь! Я прижму его к груди. Он скоро согреется. Дыши, малыш. Дыши, мой маленький. Мерзавцы! Вы лжете! Мой ребенок будет дышать! Мой ребенок будет жить! Ваше Предвидение лгало!..

— Заткните ее и вызовите Исполняющего! — рявкнул надсмотрщик, разворачиваясь.

И тут отец Толбан почувствовал, как кто-то подключился к его каналу — и с такой силой рванул энергию на себя, что каталист упал на колени. Он из последних сил перекрыл канал, но было поздно. Толбан только и мог, что бессильно глядеть, как ногти Анджи превратились в крепкие острые когти, а зубы — в клыки. Истрепанное платье сделалось шелковистым мехом, тело налилось мускулами. Теперь Анджа напоминала гигантскую кошку. И она, двигаясь быстро и бесшумно, прыгнула на надсмотрщика.

Каталист предостерегающе вскрикнул. Надсмотрщик развернулся и заметил рассвирепевшую волшебницу. Он вскинул руки в защитном жесте и рефлекторно привел в действие магический щит.

Раздался треск и ужасный, исполненный муки вскрик. Анджа бесформенной грудой осела на вспаханную землю. Заклинание, которое она наложила на себя, перестало действовать. Анджа вновь вернулась в человеческий облик. Она взглянула на Джорама, попыталась что-то сказать, а потом качнула головой и застыла, устремив взгляд в голубое весеннее небо.

Ослабев от ужаса, отец Толбан ползком подобрался к Андже и склонился над ней.

— Она мертва! — потрясенно пробормотал он. — Ты ее убил!

— Я не хотел! — запротестовал надсмотрщик, глядя на безжизненное тело женщины у своих ног. — Клянусь — я не хотел! Это случайно получилось! Она... Ты же видел ее!

Надсмотрщик повернулся к Джораму.

— Она была чокнутая! А ты это знал! Она кинулась на меня! Я...

Джорам не отвечал. Смятение покинуло его. Страх больше не застилал ему глаза. Теперь все виделось ясно и отчетливо.

«Тепло Жизни покинуло мою мать. А во мне она никогда и не теплилась». Теперь, когда правда прозвучала вслух, он смог ее принять. Эта боль слилась с прочей и стала частью его.

Быстро оглядевшись, Джорам увидел подходящее орудие. Он наклонился и подобрал с земли тяжелый камень. Он даже застыл на миг, ощутив, как камень лежит в его ладони. Шероховатый, зазубренный, с острыми краями, врезающимися в тело. Камень был холодным и безжизненным. Мертвым, как он сам. Джораму вдруг вспомнился — совершенно не к месту — камешек, который Анджа давала ему в детстве и велела сделать так, чтобы «воздух проглотил его».

Джорам слегка подкинул камень на ладони, прикинул его вес, выпрямился — и изо всех сил запустил камнем в надсмотрщика.

Камень угодил надсмотрщику в висок, и голова его с чваканьем раскололась, словно переспевший арбуз.

Отец Толбан, все еще стоявший на коленях у тела Анджи, застыл, как будто сам обратился в камень. Полевые маги медленно опустились на землю; они чувствовали, как Жизнь вытекает из них по мере того как они оправлялись от потрясения и осознавали, что же произошло.

Джорам стоял недвижно и безмолвно и смотрел на тела, лежащие на земле.

Анджа представляла собою жалкое зрелище — худая, изможденная, одетая в обрывки былого счастья. Джорам с горечью подумал, что она умерла точно так же, как и жила. Умерла, отрицая правду. Джорам бросил один-единственный взгляд на надсмотрщика. Тот лежал на спине, и из чудовищной раны текла кровь — под головой уже образовалась лужица. Он не видел приближения угрозы. Он даже помыслить не мог, что такое возможно.

Джорам посмотрел на свои руки, потом на камень, лежащий рядом с проломленной головой надсмотрщика, и в сознании его вертелась одна-единственная мысль: как легко... Как легко, оказывается, убить человека при помощи такого простого орудия...

Он почувствовал, как кто-то прикоснулся к его руке. Джорам в ужасе развернулся и схватил Мосию. Тот даже попятился — такое безумие он увидел в темно-карих глазах друга.

— Это же я, Джорам! Я не хочу тебе ничего плохого!

И Мосия вскинул руки.

Заслышав его голос, Джорам слегка ослабил хватку. В глазах забрезжило узнавание.

— Тебе нужно уходить отсюда! — настойчиво произнес Мосия. Лицо его было бледным, а глаза расширились настолько, что казались почти полностью белыми. — Поторопись, пока отец Толбан не открыл Коридор и не привел Дуук-тсарит!

Джорам непонимающе уставился на Мосию, потом снова взглянул на трупы.