— Так, значит, это правда. Несчастный Ояхаси. — Хобахава закрыл лицо рукой. Служба Безопасности, за ним…
— Господин магистр! — В дверь стучали непрерывно. — Это Служба Безопасности! Немедленно откройте дверь, или мы ее выломаем! У нас есть полномочия!
— Магистр, мы же союзники! Скажите, где она, где? Где эта девчонка Гуграйта!
Хобахава сидел, в отчаянии держась руками за голову. Во что он впутался? Одно за другим схлопывались охранные заклинания, дверь трещала под ударами. И его защита… Он чувствовал, как она содрогается от все усиливающегося давления.
— Ну же, магистр, ну! На этот раз промаха не будет! Где вы держите ее?!
— Открывайте, господин магистр!!
— Замок Эрфорд. — Хобахава обреченно опустил руки, посмотрел в темноту.
— Спасибо, союзник, — Голос удовлетворенно шипел. — И прощай.
Хобахава вдруг почувствовал резкую острую боль, словно вкручивающуюся в грудь, что-то лопнуло, и магистр, судорожно сжав край покрывала, повалился на постель.
— Господин магистр!
— Да? — Баниши оторвался от своих записей, взглянул на вошедшего мага.
— Срочное сообщение. Магистр Хобахава мертв.
— Что? — Баниши взял протянутый магом лист бумаги, пробежал его глазами. Немедленно объявите в замке тревогу! Закрыть все двери, все окна, никого не впускать. — Баниши повернулся, посмотрел на прорезанное под потолком вентиляционное отверстие. Маленькое, до земли метров двадцать, и все же…
— Ну, что вы стоите? — Баниши обернулся к магу и понял, что опоздал. Маг не стоял, он медленно падал с перерезанной от уха до уха шеей.
— А-а, черт! — Магистр швырнул заклинание в метнувшийся в коридоре силуэт, расслабился, впуская силу, закручивая один за другим слои защиты.
Движение сбоку… Баниши поднял руку, готовясь встретить нападение. Что-то темное скользнуло с потолка, упало на магистра, сбивая с ног. Злое шипение, запахло паленым… Защита на натуан все-таки действовала.
— Осторожней, — хриплый голос, — ему еще говорить.
Занесенная когтистая лапа сжалась и вместо шеи врезалась, круша кости, в висок Баниши.
Крайт задумчиво смотрел на карту. Сардиг… Она там, она должна быть там. Он обыскал Кифт, Вальпию, Нагир, оставался только Сардиг… И значит, ему нужен Сардиг, и он его получит, чего бы это ни стоило. Он туда войдет.
Крайт встал, прошелся. Он туда войдет. Но как? Крайт снова склонился над картой. Идти напролом? Еще одна битва? В победе он не сомневался, но это означает задержку, опять задержку… Как ему не хватает этих потерянных из-за ранения полутора месяцев! Он чувствовал, он знал, его время кончается, оно почти на исходе, а потом… Боль уже не приходила приступами, она стала постоянной, непрерывной, она находилась в нем, пульсируя, словно живое существо, сроднилась, слилась с ним, став частью его сущности. И когда она окончательно поглотит его, наступит конец.
Так что? Крайт горько усмехнулся. Значит, думать не о чем, все и так решено. У него опять нет другого выхода. Значит, предварительная договоренность с пиратами о переброске части войск за спину сардигской армии становится окончательной, и рискованная десантная операция будет проведена… О, да у него гости.
— Мастер?
Крайт медленно повернулся. Огоньки заклятий плясали вокруг, готовые сорваться в любой момент.
— Не надо, мастер. — Из темноты шагнул натуанин. — Мы пришли с миром.
— А, вы опять, как обычно, с миром! — Крайт захихикал. Скопившееся внутри напряжение требовало выхода, грозило выплеснуться истерикой. — Анекдот, я его всем расскажу. Кто еще не знает, что вы — самые мирные существа на свете? Кто еще не встречался с вами в темноте?!
— Мастер! — Натуанин казался озадаченным. — Что с вами? Это смешно? Мы не понимаем.
— Вы не понимаете? — Крайт вытер выступившие на глазах слезы. — А кто сказал, что вы должны понимать? Чего тебе надо, голубь?
— Я — голубь? — Взгляд натуанина на мгновение затуманился. — Ладно, пусть будет так. Это не важно. Мастер, я пришел предупредить.
— О чем?
— Вы должны быть осторожны. Другой делает для вас суккуба.