— Мы обречены. Обречены — вы к я, то есть себя я не имею в виду. Я в это не ввязываюсь. Просто хочу работать в Министерстве и забыть все, что произошло. Забыть всю эту чертовщину.
— Это инопланетное существо?
— Да, — кивнул он.
— Оно настроено враждебно к нам?
— Да. И нет. И то, и другое одновременно. В основном — враждебно.
— Тогда мы должны…
— Иди-ка домой и ложись спать, — посоветовал Чьень и внимательно посмотрел на нее. Он довольно долго просидел в гостиной, и многое обдумал. Очень многое. — Ты замужем?
— Нет, сейчас — нет. Раньше была.
— Останься со мной, — попросил он. — До утра, пока не взойдет солнце. Уже недолго осталось. Я боюсь темноты, — добавил он.
— Ладно. — Таня расстегнула пряжку плаща, — но я должна получить ответы.
— Что имел в виду Драйден? — спросил Чьень. — Небесные сферы… Что это значит?
— Нарушатся законы Вселенной. — Она повесила плащ в шкаф спальни. Под плащом у не был оранжевый полосатый свитер и плотно облегающие брюки.
— Скверно, — вздохнул Чьень.
— Не знаю. Наверное, — подумав, ответила она.
— По-моему, это как-то связано с идеей старика Пифагора о „музыке сфер“. — Она уселась на кровать и стала снимать туфли, похожие на тапочки.
— Ты веришь в это? Или ты веришь в Бога?
— Бога! — засмеялась она. — Время веры в Бога кончилось вместе с эпохой паровозов. О чем ты? О боге или о Боге?
— Не смотри на меня так. — Он резко отодвинулся. — После сегодняшнего вечера я не люблю, когда на меня смотрят.
— Если Бог существует, наши дела Его, наверное, мало волнуют, — сказала Таня. — Я так думаю. Победит зло или добро, погибнет человек или животное — Ему, судя по всему, это безразлично. Честно говоря, я не вижу никаких Его проявлений. И Партия всегда отрицала всякую форму…
— Но ты в Него верила? Когда была маленькой?
— Только тогда. И я верила…
— А тебе не приходило в голову, что „добро“ и „зло“ — это разные названия одного и того же? Что Бог может быть добрым и злым одновременно?
— Я тебе налью чего-нибудь. — Шлепая босыми ногами, Таня вышла на кухню.
— Разрушитель, — сказал Чьень. — Железяка, Пасть, Птица, Заоблачная Труба. Плюс другие названия, формы, не знаю. У меня была галлюцинация. На обеде у Вождя. Очень сильная и очень страшная.
— Но стелазин…
— От него стало еще хуже.
— Можно ли бороться с ним?.. — задумалась Таня. — Этим существом, созданием, призраком, видением — что ты видел? Ты называешь это галлюцинацией… но, очевидно, это была не галлюцинация.
Чьень сказал:
— Верь в него.
— И что это даст?