Sleepiness (спячка): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Наверное именно такой вид, с каким я вошел внутрь, бывает у завоевателей, когда они входят в покоренный город. Я был вполне доволен и горд собой, поскольку справился со всеми намеченными делами, не имея никакого опыта по отношению к тому, через что мне уже пришлось пройти. Теперь мне оставалось только вынести Машу вниз, отвезти ее в квартиру моих родителей, а там уже решать, что делать дальше. Пройдя в ее комнату, я увидел свою милую уютно свернувшуюся калачиком на диване. Рядом с ней лежал пульт от телевизора, который она смотрела и который выключился только вместе со всем остальным электричеством.

Несколько минут я стоял возле нее забыв обо всем, просто любуясь родными чертами, а затем спохватился и стал рыскать по всем шкафам в поисках ее одежды. Маша была только в одних трусиках, а такой вид, хотя и был самым привлекательным для меня, но мало годился для поездки, да и для нее самой мог создать массу неудобств. На протяжении полутора лет я несколько раз в неделю приезжал к ней, оставаясь на ночь, и примерно представлял, где что лежит, но когда подходящие вещи были уже собраны, оказалось, что очень нелегко их одеть на человека, полностью расслабленного глубоким сном. Надев ей на ноги белоснежные носочки, я с огромным трудом справился с джинсами и обреченно повертев в руках бюстгальтер, затем откинул его в сторону, решив ограничиться только красной футболкой со стразами.

Когда этот, неожиданно утомительный, процесс подошел к концу (я ведь, как и все мужчины, больше привык раздевать, а не одевать женщин), и дело оставалось только за обувью, тогда и случилось то, что и дало начало всем моим дальнейшим действиям. Как только я встал с дивана и удовлетворенный своей работой, окинул Марию взглядом, внезапно послышались отголоски отдаленного взрыва, а затем я почувствовал, как дом содрогнулся, словно от небольшого землетрясения. Бросившись к окнам я попытался понять причину происшедшего, но они выходили только на одну сторону, и сколько я не выгибался, видимая часть города оставалась внешне спокойна. Тем не менее мне стоило поторопиться, поскольку было понятно, что где-то, не так и далеко, произошло нечто грандиозное и страшное. Метнувшись в прихожую, я схватил из обувного шкафа первые попавшиеся кроссовки, ловко надел их Маше на ноги, а затем, схватив ее саму в охапку, быстро вышел из квартиры. В другой комнате еще оставалась ее мама, с которой они жили, но я решил, что поскольку видимой опасности нет, оставить ее пока на месте, ограничившись только дочкой.

Одним духом я миновал все тринадцать этажей, в очередной раз убеждаясь в справедливости слов, что своя ноша не тянет, и только оказавшись на улице и посадив Машу на сиденье, стал оглядываться. Огромный столб черного дыма, который не могли перекрыть даже стоявшие вокруг двадцатиэтажные дома, давал однозначный ответ о происшедшем. Он взметнулся уже так высоко, что начинал загораживать солнце, находящееся в самом зените, и по его густоте и плотности я понял, что так может гореть только нефть или ее производные. Я неплохо знал Москву и после нехитрых прикидок понял, что произошло то, чего всегда опасались жители города, а особенно его южной части — горел нефтеперерабатывающий завод в Капотне. Эта махина, относительно безопасная в другое время, сейчас вышла из-под контроля и продукты его производства, воспламеняясь и растекаясь вокруг, грозили настоящей катастрофой. Словно в подтверждении этого вдалеке раздался еще один взрыв, земля вздрогнула, а в небо устремился новый столб дыма, еще больше первого. Медлить было нельзя ни секунды, и бросившись к машине я уже собирался уезжать, но посмотрев через зеркало на Машу, вдруг остановился. Что бы потом ни произошло, но как я буду смотреть ей в глаза, зная, что мог помочь ее матери и ничего не сделал. Я не говорю уже о собственной совести, которая будет мучить меня в этом случае, причем совершенно независимо от того, проснуться они все или нет. Я не могу помочь всем, но в моих силах было позаботиться хотя бы о близких, и я должен буду это сделать хотя бы для самого себя.

И вот именно поэтому сейчас я снова вбежал в подъезд, проскакал все тринадцать этажей, и взяв под руки Александру Яковлевну, которая весила много больше моей худенькой Машеньки, потащил ее вниз. Три раза по дороге я останавливался, истекая потом и жутко матерясь, но все же наконец справился, и усадив женщину рядом с дочкой, поехал на квартиру родителей, которую вполне уже можно было назвать «ковчегом».

На обратном пути я не встретил никаких новых препятствий, и миновав уже известные, благополучно выбрался на Волгоградский проспект, ведущий в центр города. Остановившись на мосту возле известного автозавода, я несколько минут смотрел в сторону Капотни, только убеждаясь в правильности своих первоначальных выводов. Но когда там вдруг прогремел еще один взрыв, и несмотря на добрых полтора десятка километров стали ясно различимы языки гигантского багрового пламени, мне стало совсем не по себе, и резко нажав на акселератор, я поехал прочь от этих мест.

Дома я положил Машу и ее мать в гостиной и теперь мог спокойно перевести дух, хотя, конечно, расслабляться мне было рано. Положение было более чем серьезное. Я не знал к чему может привести взрыв нефтезавода, но догадывался, что в скором времени последствия проявятся в гораздо худшем варианте, чем я мог представить. Вероятно, город ждет экологическая катастрофа, в следствии которой воздух и вода на юге столицы будут основательно заражены. Несомненно, что при взрыве и последующем разлитии горящих масс уже погибли десятки тысяч людей в близлежащих к производству районах, а еще большее их количество задохнется во сне, когда квартиры наполнятся продуктами горения.

Представив себе эту картину я содрогнулся, а затем, взяв из бара бутылку коньяка сел с ним на кухне, поскольку поразмышлять было над чем. Для начала становилось понятно, что с различными катастрофами, вышедший из под контроля город начал сталкиваться гораздо раньше, чем я ожидал. Взрыв был только началом в цепи несчастий, которые несомненно, в самом скором времени убьют мегаполис. И так тысячи трупов сейчас лежат на его улицах под палящим солнцем, а со временем их количество будет только прибавляться, что вызовет сильнейшую эпидемию.

* А если…., - внезапно пришедшая на ум мысль вдруг взволновала меня не на шутку, и я чуть не поперхнулся коньяком, который пил в этот момент. — Как будут происходить различные процессы внутри мертвых организмов — подвержены ли и бактерии охватившему все и вся оцепенению?

Не на шутку разволновавшись, я встал со стула и начал мерить шагами кухню, стараясь упорядочить кашу, вновь образовавшуюся в голове. Однако, поскольку коньяк уже начал оказывать свое умиротворяющее воздействие, в скором времени я успокоился и сразу нашел полностью удовлетворивший меня резонный довод.

* Все живое только спит, а не умерло, — говорил я себе. — Значит, поскольку жизнедеятельность организма невозможна без тех же бактерий, то они продолжают трудиться. А я сам? Разве само мое существование не есть ли тому лучшее доказательство? Значит, простейших микроорганизмов это не коснулось… но, черт возьми!

Моя рука с бокалом, уже поднесенным ко рту, вдруг замерла: а не теряю ли я драгоценное время?! Неужели я буду дожидаться того момента, когда по улицам будет невозможно ни пройти ни проехать из-за ужасного запаха, вида гниющих тел и последствий техногенных аварий? Ну уж дудки! Отсюда надо уезжать, и уезжать как можно скорее. Но куда и как?

Здесь я глубоко задумался, но впрочем, решение вопроса «куда?», не заставило себя долго ждать. У нашей семьи был большой загородный дом, расположенный в дачном поселке, находившемся в сорока километрах от города в районе Звенигорода. Вокруг были только лес, река и тишина, что как нельзя лучше подходило для убежища от вышеперечисленных несчастий. Дорога туда займет не более часа, и теперь мне предстояло обдумать, каким образом перевезти на дачу всех людей, находящихся сейчас вместе со мной в этой квартире.

Глава 12. Сонный город

С самого начала мне стало ясно, что мой «Мерседес» не годится для подобных целей. Вместе со мной набиралось восемь человек, а делать несколько ездок было неразумно. Из города надо было уезжать раз и навсегда, не дожидаясь, когда он станет сущим адом, следовательно, мне предстояло позаботиться о более вместительном транспорте, в котором восемь человек смогут чувствовать себя вполне комфортно. О продуктах и предметах первой необходимости, необходимых для меня, я в данном случае не беспокоился, поскольку в любом населенном пункте можно было найти все что угодно, и везти что-то именно из Москвы было бы просто глупо.

Я уже начал было прикидывать, какая машина мне подойдет больше всего и как мне ее заполучить, как вдруг, к своему неописуемому ужасу понял, что мне жутко хочется спать. Конечно это было немудрено, принимая во внимание то, что я практически не спал всю ночь, а также объем в одночасье свалившихся на меня душевных переживаний и физических нагрузок. Тем не менее, несмотря на очевидную объективность этих причин, сон никак не входил в мои планы. Во первых, я опасался утратить контроль над ситуацией а во вторых, и это было самым главным — я испугался, что заснув, просто разделю участь всех живых существ и не известно, доведется ли мне снова открыть глаза.

Пытаясь справится с дремотой, я подошел к водопроводному крану, надеясь прохладной водой смыть усталость, но ничего не вышло — воды не было. Несколько раз щелкнув выключателем на стене я убедился, что отсутствует и напряжение в сети, а значит события перешли в следующую фазу и началось массовое отключение всех коммуникаций по всему городу. Поняв, что результата мне не добиться, я смочил лицо водой из бутылки и, сев в мамино кресло, на котором она предпочитала смотреть кухонный телевизор, снова задумался. Где-то я слышал, что подобное явление носит название «веерных отключений» и происходит из-за проблем на основных подстанциях, вслед за которыми прекращают действовать и все остальные. С одной стороны это было и к лучшему, поскольку станет меньше предпосылок для возникновения стихийных пожаров, связанных с бесконтрольными электроприборами. Но с другой стороны, вряд ли все так однозначно, ведь для многих предприятий электричество и водоснабжение необходимо, а значит там могут вскоре начаться опасные процессы…

… я и не заметил, как заснул. Несколько раз глаза закрывались сами собой, но я находил в себе силы преодолеть становящиеся нестерпимыми позывы, которые выдавал мозг, но все же физиология взяла свое. Измученному организму просто необходимо было восстановиться и тело, как это всегда и бывает, вновь победило волю, заставив меня буквально отключиться.

Но, несмотря на все мои опасения, через три часа я проснулся, чувствуя себя заметно бодрее. Буквально вскочив со своего кресла, я прошелся по комнатам, и убедившись, что все спят и ничего не изменилось, вернулся на кухню. Было уже почти семь часов вечера, но солнце и не думало клонится к закату, оставаясь по-дневному жарким. В квартире стало душновато и настежь открыв большое окно, я почти по пояс высунулся наружу. На улице было совершенно спокойно и ничто не говорило о том, какие ужасные события происходят сейчас в городе. Отделенная от Садового кольца высокими домами, сейчас она представляла собой настоящий оазис посреди того хаоса, каким постепенно наполнялась Москва.

Немножко поругав себя за расслабленность, я втянулся в окно и влив в обезвоженный после коньяка желудок не менее литра воды, быстро собрался и уже через пять минут сидел в машине. Я полностью отдавал себе отчет, что не имея ключей не смогу завести ни одной машины, а среди тех, что замерли на улице со спящими хозяевами внутри, было сложно найти подходящую. В ночное время контингент и количество автомобилей на дорогах резко меняется и учитывая то, какая не самая обычная машина мне была необходима, от затеи найти такую прямо на улице мне пришлось отказаться. Конечно, передо мной был широкий выбор различных автобусов, но учитывая сложность управления ими и мою собственную подготовку, я решил сделать все проще. А именно — поехать прямо в автосалон. Где, как ни там, всегда можно найти машину на любой вкус с ключами наготове, да еще и новенькую?! Я помнил несколько подходящих адресов и сейчас двинулся на запад города, решив для начала заглянуть в «Фольксваген» на предмет какой-нибудь «Каравеллы».

Путь мой снова лежал через Кутузовский проспект, и проезжая по нему я не мог не заметить изменений, происшедших с того момента, как я был здесь утром. Сначала я полюбовался видом догорающего Дома правительства (начавшийся ночью в подвале пожар сделал свое дело, пробираясь по перекрытиям), а затем, оказавшись напротив него на мосту я и вовсе остановился, настолько меня поразил вид Москвы реки. Обычно спокойная и не очень многоводная, сейчас она просто бурлила, едва не выходя из берегов, подтверждая мои опасения относительно судьбы бесхозных теперь гидротехнических узлов и насосных станций. Я не знал, насколько серьезны будут последствия, но множество самого разнообразного хлама, проносящегося сейчас подо мной, говорило о том, что достаточно большие территории уже подверглись затоплению и вырвавшаяся на волю стихия начала широко расправлять свои крылья. Все это только подтверждало мою уверенность в правильности принятого решения, и лишний раз подстегивало, вынуждая все более и более торопиться. Я был уверен, что самой Москве, находящейся на семи холмах, наводнение не угрожает, но вот область вполне может оказаться под ударом и если это случится, мне не так — то легко будет и выбраться куда-то дальше, если будет такая необходимость.

Итак, вдоволь насмотревшись на необычное зрелище, поражающее своей первобытной мощью, вскоре я продолжил движение и без приключений прибыл на место. Привычным уже движением, я обухом топора разбил входные стеклянные двери автосалона и, войдя внутрь, начал осматривать предлагавшиеся машины. Как ни странно, но при всем богатстве выбора, подходящего для моих целей, автомобиля, среди них не было. По все видимости, большие минивэны пользуются столь ограниченным спросом, что дилеры не имеют их на складе, а ввозят только на заказ. Впрочем, это обстоятельство меня не слишком удручило — совсем недалеко, сразу за МКАД, находился огромный автоцентр Кунцево, и я не сомневался, что смогу там найти то, что мне нужно.

На мосту, под которым проходила кольцевая автодорога, я вновь остановился: эта трасса даже в ночное время отличается плотным движением, и сейчас сверху, в обе стороны, открывался широкий вид на немалый ее участок. Наверное, излишне будет объяснять, что мое внимание привлекло совершенно немыслимое количество тяжелейших аварий, которые произошли буквально одномоментно, отчего дорога сразу стала напоминать кладбище, в котором люди и автомобили стали одним целым. Ночью средняя скорость здесь очень высока, слева летят легковушки, а несколько правых рядов занимают вереницы тяжелых грузовиков, так что можно представить себе, какое ужасное зрелище предстало сейчас передо мной. Все это казалось настолько нереальным, что я еще долго не в силах был отвести глаза — как известно, подобные вещи обладают удивительной зловещей притягательностью.

* Вот….твою маму! — переполненный чувствами, я невольно отпустил грубое ругательство, в то время как по телу уже ползли колючие мурашки.

Мне необходимо было встряхнуться, а поскольку успокаивать меня было некому, снова пришлось заняться самолечением:

* Не-е, так жить нельзя! — повторял я себе, присев на капот «Мерседеса» — Валить, валить отсюда надо пока не поздно, а то ишь — засмотрелся! Давай Андрюха — жми! Чувства гони прочь, сейчас только голова твой союзник, а не сердце! Не в твоих силах что-то изменить, а потому надо просто спасаться. Все будет хорошо, только будь спокойнее!

Несколько долгих минут я занимался подобным самоувещеванием, прежде чем почувствовал, что моя незамысловатая мантра начала действовать, и в который раз пообещав себе быть сильным, наконец нашел в себе силы покинуть это страшное место.

Как я уже говорил, расстояние до техцентра было совсем небольшим, а потому, спустившись с моста, я сразу оказался перед его въездными воротами. Конечно, они оказались закрыты, но мне не составило труда распахнуть их створки, которые без электричества выполняли исключительно пассивную роль.

На огромной территории, где я очутился, было совершенно безлюдно и только несколько сторожевых собак спали перед входом в будку охраны. Все вокруг было заставлено автомобилями, принадлежащими многочисленным фирмам, которые и торговали ими, расположившись в ряд вдоль всего гигантского здания. Первой на моем пути оказалась «Тойота», и вскоре, в очередной раз прибегнув к помощи своего любимого топора, я уже стоял внутри автосалона. Мое внимание сразу привлек черный микроавтобус „Hiace”, стоящий у дальней стены. Это была довольно большая двенадцатиместная машина, полностью подходящая под мои требования, и осмотрев ее изнутри я оказался полностью удовлетворен результатом. От добра добра не ищут и даже не заходя в салоны конкурентов я, ни секунды не колеблясь, сделал свой выбор. Оставалось решить вопрос о том, как выгнать данный экземпляр на улицу, и тут возникла очередная проблема. Автомобили стояли очень плотно, и сейчас мне преграждали дорогу к выезду сразу два больших внедорожника. Сначала я решил, что смогу найти еще один микроавтобус на стоянке, и тем самым избавить себя от необходимости перемещать лишние две машины. Но осмотр открытой площадки ничего не дал — “Hiace” был только один. После этого мне ничего не оставалось, как только досадливо пожать плечами и, вернувшись внутрь салона, приступить к поиску необходимых ключей. К счастью, я довольно быстро справился с задачей — ключи на все машины нашлись в специальном шкафчике, стоявшем возле ряда менеджерских столов. Номеров на машинах не было, но на ключах имелись специальные бирки с названиями, что избавило меня от необходимости подбирать их для каждого экземпляра отдельно.

Заведя первый «Land Cruiser” я сразу вспомнил одну однотипную сцену из многочисленных американских боевиков, которую мне предстояло повторить, а именно — эффектный выезд из автосалона на новеньком автомобиле прямо через стекло, заменявшее в подобных местах стену. Мне стало даже интересно испытать это ощущение на себе, а потому, вдруг почувствовав себя немного артистом я, недолго думая, перевел селектор скорости на «драйв» и резко нажал на газ. Тяжелая машина буквально прыгнула вперед, и в следующую секунду, под ее неудержимым напором, огромное витринное стекло разлетелось вдребезги, наполнив окружающее пространство оглушительным звоном. Эффект действительно получился потрясающий и, переполненный выделившимся адреналином, сейчас я был вполне доволен собой.