С этими словами она растворилась во тьме. Потом неожиданно вспыхнул свет, и туманный луч стал рыскать вокруг, пока не наткнулся на меня.
— Готов? — закричала тьма.
— Да, — заорал я в ответ.
— Видишь свою тень?
— Нет.
— Я подойду поближе. Скажешь, когда.
Фонарь подплыл ближе, не выпуская меня из луча света.
— Вот так вижу! — закричал я, различив смутные очертания своей тени у дальнего конца стены.
— Теперь смотри на нее.
Она шла по тропинке параллельно кладбищенской стене, футах в двух дальше от нее, чем я. Я вперил взгляд во тьму, наблюдая за своей тенью. Она довольно быстро приближалась ко мне, явно быстрее, чем шла Анна. Проходя мимо меня, она замедлилась, а потом снова набрала скорость. Анна уже шла обратно, все еще держа меня в луче. Поравнявшись со мной, она спросила:
— Ну что, видел ее?
— Ну да, видел.
— Быстро двигается, правда?
— Да, точно. Как ты это узнала?
— Машины. Фары на машинах.
Я согласился, что моя тень двигалась быстрее, чем шла Анна, но, конечно, не быстрее света, и сказал ей об этом. Ответа я не получил. По прыгавшему по стене пятну света я понял, что она где-то далеко. Внешний эксперимент завершился, но внутренний все еще продолжался.
Я взял ее за руку и сказал:
— Да ну его. Кроха, пойдем лучше к мамаше Би и перехватим по чашке чаю и чего-нибудь пожрать.
По дороге мы встретили Салли.
— Ты что, спятил? — возмутилась она. — Куда потащил ребенка в такую поганую ночь?
— Не я потащил, — возразил я. — Потащили меня.
— Ох, — сказала Салли. — Что, опять?
— Ага. Пошли с нами, выпьем чаю у Мамаши Би.
— Подходяще, — согласилась Салли.
Я как раз доедал пирог со свининой, когда Аннин внутренний эксперимент подошел к концу.
— Солнце, — сказала она. — Оно как фары у машин.
Подумав несколько секунд, она ткнула в меня вилкой, к которой покамест не притрагивалась.
— Ты, — заявила она, — ты будто земля… А стена… Стена в сквиллионе миль отсюда, но это только воображаемая стена.
Тут она окончательно вернулась и впервые заметила Салли.
— Привет, Сэл, — улыбнулась она ей.