Улыбка сползла с лица магистра.
— Тогда, может быть, вы мне объясните… — смиренно попросил он.
Брошек расправил плечи.
— Я все обдумал, — сказал он. — Толстому ни в коем случае нельзя доверять. Необходимо отправить кого-нибудь следом за ними: пусть позаботится, чтобы с Пацулкой ничего не случилось. Почему бы, например, Альберту с Влодеком тоже не пойти за грибами — это ни у кого не вызовет подозрений. Пан магистр пускай остается и караулит картину. А Ика…
Ика не любила, чтобы ею командовали.
— Сама знаю, — сказала она. — Я пойду к Краличеку и компании и доложу им про потрясающее открытие.
— Правильно, — сказал Брошек.
— А ты? — спросил Влодек. — Ты что собираешься делать?
— Я, — твердо сказал Брошек, — хотя это и не слишком красиво, быстренько обыщу сарай.
— Нельзя обыскивать сарай без охраны, — возразила Ика. — Представляешь, что будет, если Толстый тебя там застукает?
Брошек посмотрел на нее с благодарностью. И снова задумался.
— Что будет? — спросил он у самого себя. — В том-то и штука…
— Какая еще штука?
— В том-то и штука, что этого нельзя предсказать.
Влодек постучал себя по лбу.
— У тебя что, крыша поехала?
— Кончайте, вы! — рассердилась Альберт. — Предложение Брошека с Икиной поправкой принимается как вполне разумное. Пан магистр остается, а мы уходим.
Магистр, ничего не понимая, недоуменно уставился на своих юных друзей. Ему вдруг показалось, что «любопытные ребятишки» преобразились: с детских физиономий на него смотрели четыре пары взрослых глаз. Однако он решил, что ошибается. «Забавляется детвора», — подумал рассеянно магистр Потомок и, забыв обо всем на свете, погрузился в созерцание картины.
— Гм, — буркнул он себе под нос. — Влияние новосондецкой школы? Возможно… очень возможно…
Тем временем Влодек и Катажина, захватив корзинки, отправились в лес. А Брошек с Икой подошли к сараю и внимательно, хотя и незаметно для постороннего глаза, огляделись по сторонам.
— Ты уж поосторожней, пожалуйста, — попросила Ика.
— Не по душе мне это занятие, — вздохнул Брошек. — Но ведь без этого не обойтись, правда? Как ты считаешь?
— Да, пожалуй, — прошептала Ика.
— Ничего не поделаешь, — пробормотал Брошек.
Однако заходить в сарай не торопился. Тянул время, будто чего-то ждал.
— А как ты думаешь, — спросил он еще, — Толстый и в самом деле разбирается в искусстве?
— Это только еще больше его компрометирует, — без колебаний ответила Ика. — Вор должен знать, на что поднимает руку. Мне кажется, с Толстым все ясно. Как он ни прикидывается тупым хамом, бесценный шедевр настолько его поразил, что заставил забыть об осторожности. И он себя выдал.
— По-твоему, он не откажется от своей затеи?
— Уверена, что не откажется.
Брошек потер лоб.