Но попытка, говорят, не пытка. Я отбросил все колебания и повернулся к Игорю:
— Подымись на четвёртый этаж, найди там квартиру 37 и позвони.
— А кто там живёт? — спросил Игорь.
— Позвони, я тебя очень прошу, — повторил я. — Только не говори, что я с тобой пришёл…
Так ни о чём не догадавшись, Игорь вошёл в подъезд. Я представил, как он взлетает, перепрыгивая через ступеньку, на четвёртый этаж и нажимает кнопку звонка. А вдруг Александр Александрович вышел из дому?
Нет, Александр Александрович дома. Вот он выскочил на балкон и кого-то высматривает. Не меня ли? Как же он догадался? Или Игорь рассказал?
Я едва успел присесть и спрятаться за "Жигули", которые стояли у подъезда.
Значит, всё-таки Игорь — сын Александра Александровича. Что и требовалось доказать, как говорил, заканчивая объяснение задачи, сам Александр Александрович.
Вечером меня позвали к телефону.
— А-квадрат говорит, — послышался знакомый голос. — Так вы меня, кажется, называете?
— Я не знаю, — пролепетал я в трубку.
— А я знаю, — сказал Александр Александрович и, помолчав, спросил: — Твоя работа?
— Вы о чём? — я прикинулся непонимающим.
— О том, — ответил Александр Александрович. — Спасибо тебе.
— Пожалуйста, — сказал я, потому как понял, что притворяться больше нет смысла.
— Приходи, научу чеканить. Приходите вдвоём с Игорёшкой.
ЛЮБИМЫЙ УЧЕНИК
— Ты готов? — спросил я у Гриши.
Мой друг стоял посреди комнаты. Он закрыл глаза и мысленно, про себя повторил ещё раз всё, что ему предстояло совершить. В поте лица мы тренировались целую неделю. Должно получится, как задумали.
Гриша открыл глаза и кивнул мне:
— Я готов.
Волнуясь, я набрал номер телефона и услышал высокий петушиный голос Льва Семёновича.
— Я вас слушаю.
— Лев Семёнович, здравствуйте, дорогой, — крикнул я по-английски в трубку и махнул рукой Грише — мол, начинай.
Взмахивая руками, Гриша закружил по комнате. Он надул щёки и загудел, как самый настоящий самолёт.
— Простите, я не расслышал, — откликнулся Лев Семёнович. — С кем имею честь?
Мне пришлось кричать, потому что Гриша совершенно меня заглушал. Само собой, что кричал я на чистом английском языке.
— Это я, ваш ученик Роберт Полозов. Я в аэропорту. Вынужденная посадка. Как ваше здоровье?
— Это вы, Роберт? — Лев Семёнович был очень удивлён и спросил по-русски.
— Да-да, Роберт, — я не сдавался и шпарил по-английски. — Я лечу в Индию, на трассе — сильная облачность. Вынужденная посадка. Слышите, как гудят самолёты?