— Физик, — Игорь опустил голову. — Но он не живёт с нами.
— А где он живёт?
— Во Владивостоке.
— А как его зовут? А-квадрат?
— Нет, Александр Александрович.
— Ну, правильно — А-квадрат.
— Ты его знаешь? — встрепенулся Игорь.
— Как-то встречались, — неопределённо ответил я.
— Где, во Владивостоке?
— Ага.
Я соображал, что делать дальше. Вроде всё сходится — и фамилия, и отчество. И похож он здорово на ту чеканку. Или не похож?
— А ну-ка улыбнись! — велел я Игорю.
— Чего-чего? — опешил тот.
— Ну растяни рот до ушей!
До чего непонятливый человек — просто ужас.
— Зачем? — до Игоря по-прежнему ничего не доходило.
Нет, наверное, он не сын Александра Александровича. Тот всё схватывает на лету.
Я понял, что пока всё растолкую Игорю, уйдёт много времени, и тогда я применил недозволенный приём. Я пощекотал его под мышками.
Игорь взвизгнул, а рот его, как и требовалось, растянулся до ушей.
И в то же мгновение я словно бы увидел чеканку в комнате Александра Александровича — лохматый босоногий мальчишка, улыбка — рот до ушей, из-за плеча вылетает птица. А потом передо мной предстал и сам Александр Александрович — белые зубы обнажены в улыбке, чёрная борода, как у пирата.
— Похож, — с облегчением перевёл я дух. — Вылитый папочка.
— Ты что, по шее захотел?
Игорь уже не улыбался, а глядел на меня свирепо.
— Не сердись, — я хотел похлопать Игоря по плечу, но он отпрянул от меня. — Пошли, но дороге всё объясню…
Я повёл Игоря к дому Александра Александровича. Игорь был добродушным человеком, и через минуту он уже не злился на меня, а без умолку рассказывал:
— Вот бы выиграть соревнования! Да шансов мало. Тех, кто победит, возьмут в школу-интернат, специальную, для юных пловцов. Будут готовить на Олимпийские игры… Слушай, а что ты хотел мне объяснить?
Пока я шёл и слушал Игоря, я не переставал думать, как ему рассказать обо всём.
Набравшись духу, я заговорил. Вот живёт в городе человек. У него золотые руки. Ничего не стоит ему решить любую задачку. Но нет в доме у человека радости. А всё потому, что забыл дорогу к этому человеку его сын. Сын, вообще, думает, что отец живёт где-то очень далеко, чуть ли не на Дальнем Востоке…
Я замер на полуслове и покосился на Игоря. Догадывается ли он, что я говорю о нём? Игорь напряжённо морщил лоб, но по его глазам было видно, что не догадывается. Наверное, сообразить, что я хочу сказать, было нелегко.
У дома Александра Александровича мы остановились, и сомнения напали на меня со всех сторон. А что, если я всё это придумал? Мало ли людей с одинаковыми фамилиями, а они вовсе не отец и сын, и даже не родственники и не знакомые. Просто однофамильцы. Но Игорь к тому же похож на чеканку, которая висит в комнате Александра Александровича. Вообще-то, честно говоря, сходство весьма отдалённое, очень приблизительное.