— Мы не всё знаем о своём будущем, — предостерёг Хедин. — За это время вполне могут возникнуть расы с необходимыми для этого технологиями и возможностями.
— Если другая раса достигнет Источника раньше нас, — твёрдо заявил Магистрат, — Галлифрей, да и вся наша вселенная, будут беззащитны. Мы должны отправиться туда, мы должны добиться успеха.
Вайклиф проснулся за секунду до появления звука.
Раздался визжащий скрежет, и посреди комнаты Доктора материализовался старый шкаф. Под этим новым весом половицы немного скрипнули. Через небольшое время двери шкафа раскрылись, и из них вышел Савар, тянувший за собой Ларну.
— Найдите ключ, — спокойно приказал он, отпуская её.
Ларна поправила рукой волосы и подождала, пока глаза привыкнут к освещению. В отсеке управления ТАРДИС Савара было темно.
— Я по-прежнему не понимаю, в чём его важность?
— Это станет ясно потом.
— Почему вы просто не поговорите с Советом? Или с Доктором? Если вам хоть что-нибудь известно об этой деформации пространства-времени, вы должны рассказать им об этом. Возможно, они смогут остановить это.
Ларна подошла к столу и взяла связку ключей. Она повертела её в руке, осматривая. Обычные ключи.
Савар отобрал их у неё:
— Я могу остановить это лишь одним способом.
— Я могла бы вам помочь, — она попыталась интонацией намекнуть, что речь идёт о психологической помощи.
— Нет, — он повернулся к ней, на его лице была боль. — Нет. Вы попытаетесь помешать мне сделать то, что я должен сделать.
Он перебрал ключи, выбрал один из них, а остальные отбросил.
Он погнал её обратно к ТАРДИС.
В рутанине кипели мысли, бесформенные мысли, непостижимые для других рас. Сонтарский мясной воин нагнулся над пультом управления машины времени Доктора. Он не мог понять назначение приборов, ничто в его грубой жизни не подготовило его к такому. Его животный разум стал нестабильным, он действовал иррационально. Но рутанин был частью Множества, он был бесконечным. Сонтаране были всего лишь индивидуумами, и даже величайший из них был один.
— Ты совершил убийство. Убийство повелителя времени, — заявил рутанин, напрягая тело и принимая боевую форму. — Законы природы таковы, что те, кто убивает повелителей времени, тоже умирают. Повелители времени следят за этим очень внимательно. Убив повелителя времени, ты убил себя.
— А теперь я убью тебя, — грубо сказал сонтаранин, и его неуклюжее тело направилось к рутанину.
— Смерть этого рутанина не поможет вам. Рутанам нет числа. Теперь, когда ты убил повелителя времени, весь Галлифрей ваш враг. Сонтарской расе конец.
Рутанин сделал паузу, в нём мелькали новые идеи.
— Рутанская раса клянётся отомстить за этого мёртвого повелителя времени. Мы заключим союз с Галлифреем. Вас сотрут из истории. Вас никогда не будет существовать.
Сонтаранин был в полуметре от рутанина. Он занёс кулак.
Рутанин взмахнул щупальцем, забросил его вокруг сонтаранина и воткнул в разъём на задней части его шеи. Он нащупал отверстие и просочился вовнутрь.
Сонтар взмахнул своими плохо гнущимися руками, пытаясь дотянуться за спину.
Щупальце образовало в себе мышцы и подняло сонтаранина над полом.
Сонтар сопротивлялся, но щупальце уже пролезло в его тело на полметра и начало образовывать шипы, которые не позволят его выдернуть. Для рутанина сонтаранин представлял собой набор электрических и температурных полей, сосредоточенных в туловище. Он начал отсасывать энергию из сонтаранского тела в себя. Приятный метод казни. Сонтаранин при этом явно испытывал боль, это было ясно по форме его лица, по выпученным глазам, по визжащему рту.
— Твой труп станет мирным предложением повелителям времени, — сказал рутанин Сонтару. — Все секреты Сонтарской Империи теперь мои. Электрические узоры твоего мясного мозга, всё то, что ты считал своими мыслями и воспоминаниями, будет поглощено в рутан. Это будет наш трофей. Сонтарская раса станет расой рабов, скота. Вы проиграли. Вы проиграли.
Теперь он пил мысли сонтаранина.
Одно из воспоминаний было самым ярким. Сонтар был в лабораториях, и учёные — рутанин теперь мог вспомнить имя каждого из них — предлагали своё решение. Война шла плохо уже несколько веков. Его клоны сражались храбро, им не было числа, они были гениями тактики, но они проигрывали. Пропагандистское вещание всё ещё рассказывало о великих победах, но даже наименее сообразительные пехотинцы уже должны были замечать, что великие победы одерживаются всё ближе и ближе к дому. Рутанские флоты были менее чем в пятидесяти световых годах от Тронной Планеты.